Подарок для рыцаря смерти - Дарья Верескова

— Но я…

— Это не моё упрямство, и я поступаю так не из желания быть жестоким, понимаешь? — он говорил со мной как с ребёнком.

Сэр Гектор оттеснил меня в сторону, подальше от любопытных. А если кто и пытался подсмотреть — одного взгляда этих тёмных глаз хватало, чтобы охота тут же отпала.

— Понимаю! Но мне нужны сапоги. Где мне их взять?

Мужчина посмотрел на мои домашние туфли — те уже истрепались. Анежка раздобыла их в первый же день, и к новой одежде они совсем не подходили.

— Дай денег Анежке, пусть съездит в город сама. Купи добротные сапоги, сразу несколько пар, и туфли для дома — поприличнее этих. — Гектор чеканил слова сухо и отрывисто, явно привыкнув командовать. — Что-то ещё?

— Когда вы придёте восстановить свою силу? — произнесла я быстро, стараясь не краснеть от мысли об этом. Почему-то ожидание нового сеанса теперь, когда он относится ко мне… по-другому, волновало сильнее обычного. — А вдруг на вас нападут?

— Ты ещё не восстановилась. — Короткий ответ без всяких объяснений.

— Я…

— Это моё решение, Сабин, и оно не обсуждается, — не дал он мне вставить и слова.

Сабин…

Он произносил моё имя медленно и тихо, чуть растягивая «и», будто пробуя его на вкус.

— Почему вы так себя ведёте со мной?

— Как так? — в тёмных, бездонных глазах — дерзость, ожидание. Его рука легла мне на плечо, слегка сжав его поверх платья.

Я промолчала и отвернулась, ненавидя себя за пунцовые щёки и за то, как глупо моё нутро откликалось на него. На эти платья, на подарки и заботу, пусть даже она была такой… в духе сэра Гектора. А ведь совсем недавно он смотрел на меня как на что-то среднее между конём и мечом.

Из постройки на нас продолжала смотреть леди Элоиз. Неотрывно, спокойно…

— Я ни за что не стану принуждать тебя к близости. Но это не значит, что я не буду ухаживать за тобой, — шепнул мне на ухо сэр Гектор.

Глава 30. Элоиз

* Леди Элоиз Каносса *

Дорнессцы обращались с ней вежливо. Не сводили с неё взглядов — кровожадных, полных любопытства, враждебности, расчёта или мужского голода. Ни следа нежного восхищения, к которому она привыкла.

Усилить любое из этих чувств было слишком опасно. Да ей и не хотелось, никто из них Элоиз не нравился, а сама мысль о том, что они могут к ней прикоснуться, заставляла её передёргиваться.

Но они и не смели.

Потому что знали, что свадьба с ней сделает одного из них — их хозяина — господином этих земель. Не только Гратана, но и Вестгарда, исторически принадлежавшего её роду.

Люди любили её, любили очень сильно — так же, как любили её отца или вторую жену её деда. Это был дар, которого её брат Августин, наследник рода, так и не получил. Их любовь не была наведённой, она была настоящей, просто… чуть более яркой, чем была бы без магии.

Но единственным, кто её по-настоящему интересовал, был Первый Рыцарь, Гектор. Он принадлежал ей полностью, с головы до ног, буквально боготворя её. Элоиз не сомневалась, что он вернётся за ней. И когда это произошло — когда её поставили живым щитом между Гектором и противниками, — она чувствовала себя защищённой как никогда.

Девчонка-каэри была при нём, почти незаметная и не привлекающая внимания. Она, словно мышка, сновала по углам.

Как она там вообще оказалась? И насколько же глупы дорнессцы, раз позволили каэри приблизиться к такому мужчине, как сэр Гектор?

Когда он вернулся и вырвал её из рук захватчиков, Элоиз оказалась к нему так близко, как никогда прежде. Она чувствовала его всем своим телом, напряжённые стальные мышцы, кожа, покрытая кровью врагов. В этом было что-то завораживающее, и впервые она почувствовала, будто готова к большему.

К тому, что могло бы поставить под удар её будущее. А главное… Элоиз знала, как это работает, слышала от других. Мужчина может потерять интерес к женщине, получив доступ к её телу, если его чувства изначально были слабы.

Но чувства Гектора должны быть настолько велики, чтобы…

— Всё в порядке, миледи? — поинтересовался у неё староста Дубовой Рощи.

Она слишком долго смотрела на то, как рыцарь общался со своей каэри. Элоиз просто не могла отвести глаз, не веря, что легенды об этих магически одаренных созданиях оказались правдой. Какими бы уродливыми, низкорожденными или отвратительными те ни были, их господа в итоге всегда превращались в рабов каэри.

Нет. Гектор всё ещё был её, она это чувствовала. Впереди у них целый день вместе, и он ни за что не допустит каэри к празднику.

— Конечно, мистер Бендик, всё в порядке. Я просто рада видеть, что сэр Гектор наконец-то нашёл общий язык со своей каэри, — ласково улыбнулась она.

Восхищение в глазах старосты разгорелось ещё жарче от одного её присутствия. Она ведь ощущала отголоски похожих эмоций и от Гектора — до того, как здесь появилась эта девчонка. Нет, те чувства были иными: куда более глубокими, куда более… мужскими.

— А что же, они плохо ладили? — удивился староста.

— Я… — она смущённо посмотрела в пол. — Не думаю, что об этом стоит распространяться. В конце концов, сэр Гектор — наша главная защита и гордость…

— Что вы, миледи, я никому не скажу! — горячо воскликнул мистер Бендик. Он слыл страшным сплетником, в то время как его жене, наоборот, можно было доверить любые секреты. — Я просто никогда не видел каэри так близко.

— У них… возникли разногласия в первые дни. Она постоянно убегала и, бедняжка, совсем не понимала, кому можно доверять, а кому нет. На улицах ведь так много тех, кто готов воспользоваться наивностью и в итоге причинить другим великий ущерб её руками… К тому же она совершенно необразованная, и из-за этого у нас в Гратане много проблем. Сами понимаете, там сейчас люди короля. — Элоиз приложила руку к груди, и её голос стал совсем тихим. — Простите, я ни в коем случае не должна была вам жаловаться. Прошу вас, забудьте обо всём, что я сказала!

Староста нахмурился, теперь глядя на каэри совсем иным взором. Он отметил и слишком долгое отсутствие рыцаря, и то, что все вынуждены ждать, пока эта