Связанная с Падшим Королём Теней - Джен Л. Грей

нужных слов. Ты не должен винить себя за то, что произошло той ночью. Это была не твоя вина, и твоя мать тоже не стала бы тебя винить. Это был её выбор, и, если бы я был на её месте, я бы поступил так же. Иногда мне тяжело видеть тебя, но не потому, что ты меня разочаровываешь. Это потому, что ты так сильно напоминаешь мне её, и что меня не было рядом с ней. Твои глаза — они так похожи на её, — он отвернулся, по его щекам катились слёзы. Он протянул руку и вытер их. — Жаль, что твоей мамы не было здесь сегодня вечером. Возможно, в образе духа.

Слова Сайласа звучали у меня в ушах, когда мой отец направился в сад.

— Отец, ты... я не знаю, как спросить об этом, — мои руки снова сжались в кулаки, когда я попыталась проглотить комок в горле. — Ты когда-нибудь сожалел о том, что не последовал пожеланиям совета? Ты думаешь, что... что... - я не смог закончить вопрос. Этого было достаточно. Его ответ не изменил бы того, что я сделал, но мне нужно было знать.

Часть меня ожидала, что отец отреагирует гневно. Я бы понял, если бы он это сделал.

Но он просто оглянулся на меня и покачал головой.

— Единственные, кого я виню, — это те, кто убил её, и я сожалею только о том, что не смог остановить их или заставить страдать ещё больше. Я бы бросил вызов воле советов и самой Судьбе, если бы это означало быть с твоей матерью. Я никогда не пожалею, что выбрал её. Любовь к Валоре была лучшим выбором, который я когда-либо делал в своей жизни, и я бы снова перенёс всю боль только ради ещё одной ночи с ней, — затем он наклонил голову и ушёл.

Когда мой отец ушёл, странное чувство кольнуло меня, словно предупреждение.

Бриар

Воспоминание об улыбке Вэда запечатлелось в моей памяти. Моё сердце затрепетало, когда я вспомнила, как он убедил Сайласа, что я принадлежу ему, и как Вэд не позволял нашим телам разделиться, пока нам не пришлось расстаться. Я хотела подразнить его за то, что у него немного растрепанные волосы, но не хотела рисковать, чтобы он привёл их в порядок. Это было напоминанием о том, что мы только что обещали друг другу, и мне не терпелось испортить всё ещё больше.

Возбуждение, которое охватывало меня везде, где мы соприкасались, усилилось и отдавалось вибрацией прямо в моём сердце. Я не понимала, как это возможно, но то, что Вэд был моей истинной парой, с каждой секундой приобретало для меня всё больший смысл.

Стражники выстроились вдоль коридоров через каждые десять футов, застыв неподвижно, как статуи.

Моё сердце бешено колотилось, когда я спешила в свою комнату. Я не могла поверить, что Вэд испытывает ко мне те же чувства, что и я к нему, и впервые после смерти моих родителей я испугалась, что могу взорваться от счастья. Я не могла дождаться, когда мы с Вэдом навестим мою сестру и всё ей расскажем.

Как только я подошла к двери своей спальни, из комнаты Риэль донёсся тихий сдавленный крик. Мой желудок сжался, и я обернулась, чтобы посмотреть на её дверь. Она чувствовала себя очень плохо; должно быть, случилось что-то похуже. Может быть, она упала.

Я сбросила туфли и поспешила к её двери, но обнаружила, что она не заперта. У меня мурашки побежали по коже. Здесь было опасно оставлять двери незапертыми. Я распахнула дверь, думая отвести Риэль в целительские покои.

Комната была обставлена так же, как и моя, но в оформлении преобладали все оттенки тёмно-фиолетового, индиго и чёрного. Обои были украшены рельефным геометрическим рисунком, а шторы висели тяжёлые, словно утяжелённые. Я потянула свою волчицу, чтобы лучше видеть в темноте.

У меня кровь застыла в жилах. Риэль, бледная и безжизненная, лежала в своей постели, окутанная тёмным туманом. Я даже не заметила, как поднялась её грудь.

Судьба — нет. Я бросилась к ней, готовая подхватить её на руки и побежать за целителями, зовя на помощь, когда что-то тёмное шевельнулось в углу комнаты. Я развернулась, готовясь закричать и сопротивляться, но ткань с тошнотворно-сладким запахом закрыла мне рот и нос. Я попыталась задержать дыхание, но было слишком поздно. У меня закружилась голова, в глазах потемнело, а затем тело обмякло... и меня поглотила темнота.

Глава 25

Вэд

Я вышел из зала Вознесения. Два оставшихся часа бала прошли с невыносимой медлительностью и всё возрастающим дискомфортом, но теперь я был здесь, а Бриар — нет.

Где же она? Мои ботинки скрипели по мрамору каждый раз, когда я поворачивался. Мой желудок скрутило, а грудь сдавило, меня охватил странный жар.

Это, должно быть, нервы. Хотя для этого не было никакой причины.

Бриар сдержит своё слово. Если она задержится, на то должна быть веская причина. Я замер, когда холодный страх пронзил меня насквозь и сковал позвоночник. Что, если она передумала?

Нет. Я отбросил эту мысль и взял себя в руки, уперев руки в бока.

От того, как она смотрела на меня, я весь загорелся. Я уже чувствовал её аромат с корицей и имбирём, и скоро она снова будет в моих объятиях. В её ответе не было никаких сомнений. Может быть, она заснула?

Это кажется вероятным.

Но что, если она попала в беду?

Мои крылья чесались, а по коже ползали мурашки, как будто насекомые роились под моей плотью. Что со мной не так?

Я сам проводил её в зал для гостей, и там были все стражники. Но Кейлен, возможно, не вняла моему предупреждению оставить её в покое. Одна из других участниц, возможно, тоже взяла дело в свои руки.

Напряжение скрутило мои внутренности. Мне нужны ответы, и мне нужно увидеть её.

Я направился в зал для гостей, и тут крик пронзил моё сердце и душу. Бриар. Но крик исходил не со стороны зала для гостей. Из сада? Из сада моей матери?

Я развернулся и рванулся вперёд, но меня захлестнула волна тошноты и дезориентации. Я подавился и изо всех сил старался удержаться на ногах, мои крылья поникли, как будто были перерезаны связки. Что происходило?

— Бриар! — позвал я и подался вперёд, хватаясь за стену и пытаясь сохранить равновесие. Мир вокруг меня накренился и закружился, и меня чуть не стошнило.

— Помогите! — Бриар закричала. — Королю нужна