Фавориты - Лэйн Фарго

Чтобы успеть из Ванкувера к утреннему шоу на Восточном побережье, пришлось вставать посреди ночи и ехать к стилисту. Наша тренер участвовать в интервью отказалась. «Я старая женщина, и мне нужен отдых», – заявила она, хотя мне не встречалось еще ни одного человека, ни старого, ни молодого, который бы был крепче и выносливее Лены Мюллер.

Интервью должен был брать Кирк Локвуд. Но в студии к нам вдруг подбежала ассистентка. Оказалось, что Кирк приболел и, чтобы поправиться к соревнованиям, решил отменить все свои встречи в эфире. Вместо него нам дали другую ведущую, которую я сперва приняла тоже за ассистентку, – совсем молоденькую девушку в роговых очках и с торчащими во все стороны кудряшками.

– Инес Эктон! – представилась она. – Безумно рада нашей встрече!

Не было еще и пяти утра, а Инес вела себя так, будто уже успела проглотить полдюжины чашек эспрессо. Усевшись напротив нас, она нервно дергалась и качала ногами в простых черных лодочках.

Мы с Хитом устроились на небольшом диване. Студия была оформлена под элитную лыжную базу. Камин из серого кирпича, не будь он искусственным, непременно напомнил бы мне родной дом. За камерами находилась плексигласовая панель с видом на площадь, где толпились фанаты, не захотевшие пропустить съемку. Впрочем, не только фанаты: в толпе я заметила светлокожую женщину, которая держала плакат, изображавший меня с бесовскими рожками и окровавленным ножом в руке. Я мысленно добавила ей балл за креативность.

Продюсер отсчитывал время. На последней секунде, перед началом прямого эфира, Хит пододвинулся ближе и обнял меня за плечи.

Глядя на ведущую, я недоумевала, как это во всей телекомпании не смогли найти подходящей замены Кирку. Инес считывала текст с карточек, которые сжимала в побелевших от напряжения пальцах. Она бубнила, спотыкалась на каждом слове и называла произвольный танец «производственным». И где только откопали такой экземпляр?!

– В прошлом году на чемпионате США вы сделали Катарине предложение, не так ли?

– Да, верно, – подтвердил Хит.

– Давайте посмотрим.

Инес повернулась к экрану, и на нем показали фотографию Хита, вставшего передо мной на одно колено посреди катка в Кливленде. Толпа на площади отозвалась восхищенным вздохом. Хит, словно по команде, улыбнулся и крепче меня обнял. Я машинально растянула лицо в улыбке, ничего при этом не чувствуя.

На экране появился следующий снимок, где мы с Хитом еще детьми резвимся на пляже у озера Мичиган. Эта фотография, которую отец сделал старым маминым «Полароидом», стала достоянием общественности с тех пор, как Ли без моего разрешения передал наш семейный альбом в руки журналистов.

– Ах, как мило! – восхитилась Инес. – От первой любви – к олимпийской медали. Вот образцовая пара! Ну и когда же у вас великий день?

– Какой день? – не поняла я.

Журналистка нервно хихикнула.

– Ну, день свадьбы, конечно! Вы уже выбрали платье, Кэт? Какое? Расскажите! Нам же всем интересно!

Наш великий день был 22 февраля: финал олимпийских соревнований по спортивным танцам на льду. Вот самое главное событие в моей жизни. А не какая-то дурацкая свадебная вечеринка.

– Дата бракосочетания пока еще не назначена, – ответил за меня Хит. – Мы были заняты подготовкой к Олимпиаде. Вот пройдут Игры, и тогда нам будет чем поделиться.

– Серьезно? Так вы, наверное, уйдете из спорта на какое-то время? Семью будете строить?

Хит застенчиво улыбнулся:

– Как знать! Мы еще не…

– Черт побери, да вам что, больше спросить не о чем?

* * *

2010 год, зимние Олимпийские игры. Молодая журналистка Инес Эктон берет интервью у Катарины Шоу и Хита Рочи для телеканала «Эн-би-си».

Когда речь заходит о романтических отношениях фигуристов, Катарина внезапно взрывается: «Черт побери, да вам что, больше спросить не о чем?»

Инес бледнеет. Толпа в студии ахает.

Инес Эктон. Мое первое – и последнее – интервью в прямом эфире.

«Я приехала выступать на Олимпиаде! – не унимается Катарина. – А вы меня спрашиваете, что я надену на свадьбу! Может, еще поинтересуетесь, когда детей рожать собираюсь?»

«Ой, извините…» – Инес замолкает, нервно теребя в руках карточки.

Кирк Локвуд. Я смотрел интервью у себя в номере, и мне хотелось кричать. Да вот только врачи прописали покой, велели не напрягать горло…

Франческа Гаскелл. Вопросы носили слишком личный характер, не спорю. Но зачем же так на бедную журналистку?

«Да откуда вам знать, – возмущается Катарина, – я, может быть, вообще не хочу заводить детей!»

Хит вздрагивает, сжимая рукав ее свитера с нашивкой – американским флагом.

Инес Эктон. У олимпийцев – особенно у женщин – есть четкий сценарий поведения. Держаться следует скромно и вежливо. Всем своим видом выражать бесконечную благодарность за выпавшую им честь.

«Я вам не принцесса из ледяного замка! И не стыдливая невеста у алтаря! – Катарина подается вперед, забыв про онемевшего Хита. – Я спортсменка, которая приехала на Олимпиаду! И я хочу победить!»

Инес Эктон. А Кэт Шоу взяла этот самый сценарий, прямо на моих глазах разорвала его и пустила по ветру. Я подумала: вот на кого надо равняться. Уверена, что такая мысль промелькнула тогда не у меня одной.

Глава 57

До утренней тренировки оставалось менее двух часов. На полноценный сон времени уже не хватало. Но поругаться мы все-таки успели.

– Н-да, – сказала я, присаживаясь на скрипучую железную койку. – Вот тебе и…

– Значит, ты не хочешь детей?

От неожиданности я рассмеялась: и это все, что его волнует после нашего фиаско в прямом эфире?

– А ты?.. Неужели хочешь?

Нахмурившись, Хит отвернулся к окну. Шторы были закрыты – когда мы уходили, было еще темно, – но по бокам уже пробивались первые лучи солнца.

– Не знаю, – ответил он. – Но, может, не стоило все же откровенничать на публике… Хоть бы со мной сперва посоветовалась.

Мы с Хитом никогда не разговаривали о детях, и мне даже в голову не приходило заводить беседу на эту тему. Хит знал меня лучше других и, казалось бы, должен был понимать, что материнство меня совершенно не привлекает.

Вот возвращение в Иллинойс мы с ним обсуждали. После смерти Ли дом полностью перешел в мои руки, и у нас были средства, чтобы как следует его отремонтировать. Я уже представляла, как развешу в гостиной над камином золотые медали. Как вытряхну весь хлам из комнаты брата и сделаю в ней ультрасовременный спортзал. Я не думала, что, кроме нас двоих, в доме будет жить кто-то еще.