Голос прибоя - Эмма Хамм

– Неужели совсем неинтересно? – спросил он глубинника, ища хоть какую-то реакцию.

Что-то едва заметно мелькнуло на плечах самца. Еле заметная вспышка цвета, которую почти невозможно было разглядеть. Но Макетес заметил. Вспышка была, а значит, ему было любопытно.

Впрочем, глубинник растопырил плавники и зашипел.

Обнажив зубы, он прорычал:

– Ахромо меня совершенно не интересуют. Твои мысли больны, а твой разум отравлен.

– Конечно. Но мне нужно, чтобы кто-то помог мне найти ее сестру. – Макетес взмахнул плавником на бедре, словно просто удерживая себя на плаву, и отправил запах Эйс в сторону второго ундины. – Из Гаммы в Бету плавает дрон. На нем информация. Мне нужно узнать, куда тот дрон направляется и можно ли ту женщину, к которой он плавает, оттуда забрать.

Снова растопырились жабры, поднялись светящиеся плавники.

– Почему ты просишь меня?

– Потому что мне нужен кто-то, кому можно доверять. Кто-то, кто не убьет ахромо, если мы ее достанем. Кто-то… кому интересно.

Эйс заерзала у него на руках, явно недовольная, что он предлагает какому-то незнакомцу из своего вида вот так вот взять и поплыть искать ее сестру. Но так у них было принято. Он бы доверился любому из Народа Воды, кто хотел узнать ее вид получше.

– Макетес, – прорычала Эйс ему на ухо. – Ты вообще-то за моей сестрой какого-то левого ундину отправляешь.

Не обратив на нее внимания, он наклонил голову к глубиннику:

– Если найдешь ее, я буду у тебя в долгу.

Глубинник кивнул:

– Да, я заинтересован. Найду тебя позже в том гнезде, куда вы направляетесь.

– Благодарю.

Глубинник уплыл, а Эйс стукнула Макетеса по груди, насколько ей это удалось под водой.

– Да этот ундина даже не знает, как моя сестра выглядит! Как он будет искать, где она, если у него никакой информации? А дрон? Откуда ему знать, который из дронов плывет в Бету. Там их, может, тысячи.

Макетес прижал ее к груди посильнее, несмотря на сопротивление.

– Мой народ охотится не так, как ахромо. Запаха достаточно, чтобы найти твою сестру. Особенно учитывая, как… сильно вы пахнете.

Эйс замерла. Может, это в ее народе считалось оскорблением? Ему ее запах нравился, но и выследить бы он ее смог на огромном расстоянии.

– Макетес. Хотя бы скажи ему, как Лаура выглядит.

– Я не знаю, как Лаура выглядит.

– Тогда развернись и скажем вместе. Ты меня переведешь! – Эйс разъяренно взвизгнула. – Ты что, уплываешь? А ну, развернись сейчас же!

– Он знает, что дрон плывет в Бету, так что вариантов будет не так много. Мы заточены под охоту. Эта охота сложная, а значит, у того ундины будет повод уделить ей все внимание. – Макетес развернул Эйс, чтобы она посмотрела на него. – Это лучший вариант. Глубинники охотятся до последнего вдоха, и все они талантливее прочих. Если придется, он заглянет в будущее, найдет твою сестру так и все равно принесет ее домой.

– Будущее?

Ему понравился ее ошарашенный взгляд. По крайней мере, Эйс наконец-то переключила внимание на него.

– Будущее. – Макетес помахал рукой перед глазами. – Не заметила, что Фортис от нас немного отличается?

– Меня чуть-чуть отвлекала куча смертей и толпа народа, которая хотела нас убить, – пробормотала Эйс, но опять замерла. – Хотя стой, что-то про его глаза помню. В них было столько цветов! У тех глубинников у первого здания тоже.

Макетес тихо фыркнул, щекоча ее бедра жабрами.

– Вроде того. Чем больше цветов в глазах, тем дальше они заглядывают в твое будущее. Я же говорил. Они видят прошлое, настоящее и грядущее. Неприятный опыт, как по мне.

– Тебе не нравится, когда они заглядывают в твое будущее?

– Предпочитаю сюрпризы, – ответил ундина. – Вроде тебя. Как удивительно было узнать, что ты совсем не та, кем я тебя представлял. Ты стала бо́льшим, чем я даже ожидал.

Эйс прижалась поближе к его боку. Дыхание в трубке щупальца немного успокоилось.

– Рада, что удивила. Ты меня тоже.

– Да что ты? – Макетес прикинулся пораженным. – А я-то думал, что я именно такой, как ты думала. Я же тебе говорил, как выгляжу.

– Не говорил! Только то, что ты ундина, как остальные. Это еще не значит, что я ожидала, что ты будешь такой… такой…

– Сильный? – спросил он, чуть играя мышцами под ее ладонями.

– Не то, о чем я думаю.

– Неотразимый? – Макетес наклонил Эйс чуть назад, чтобы ей было лучше видно изгиб его челюсти.

– И не об этом тоже. – Она слегка улыбнулась.

– А. Ты думала, я буду больше.

– Нет!

Теперь она смеялась, и этот булькающий звук вызывал в нем столько радости, что Макетес снова убедился – он дал ей правильное имя. Внутри него все вздохнуло с облегчением. По крайней мере, Эйс больше не злилась, что он отправил на задание того глубинника. А ему нужно сейчас было все возможное одобрение, потому что он нес ее к остальным.

Эйс покачала головой, изо всех сил стараясь не попадаться на крючок. А потом подняла руку и провела по линии челюсти, которой Макетес только что перед ней хвастался.

– Прекрасным, – сказала она. – Я не думала, что ты будешь таким прекрасным.

Вот так он себя еще не описывал. Прекрасными называли милые вещи, мягкие хрупкие существа, которые существовали больше ради красоты, нежели для пользы. Но потом до него дошло. «Прекрасный» значило, что Эйс смотрела на него так же, как на закат прошлым вечером. С широко распахнутыми глазами, впитывая все раскинувшееся перед ней богатство красок. Она смотрела на тот закат, словно это был смысл всей ее жизни, и если это значило быть прекрасным…

Что ж, Макетес был совсем не против.

Перехватив Эйс покрепче, он понесся вперед. Обогнул Гамму по дуге, давая девушке рассмотреть лишь неоновые знаки вдалеке и всех тех рыб, что плавали вокруг. У Эйс перехватило дыхание, но было непохоже, будто она хотела туда возвращаться.

Скорее, она просто прощалась с той версией себя, что осталась за стенами. Макетес поднялся выше, проплыл над башнями, и вскоре они уплыли прочь, в те дали, в которых Эйс никогда не бывала. Там не было человеческих городов. С чего бы? Все они ютились глубже, где бурям было их не достать.

Но он и его люди нашли убежище. Достаточно глубоко, чтобы бури лишь чуть волновали толщу воды где-то наверху.

Улыбнувшись, Макетес покрутился с Эйс в руках и вышел из спирали в течение, которое могло нести их часами.

Они