После развода. Ненужная истинная дракона - Анна Лессер

— Ты не умеешь проклинать, Анна. И это плохо. — Медленно ответил Герберт.

Он был хорошим мужем. Тот молодой дознаватель, появившийся на пороге Дринроу, оказался хорошим мужем. Если бы не события двухлетней давности, я бы по-прежнему была в этом уверена.

Я встала с постели и прошла в ванную комнату. Вода обжигала, и кожа тут же краснела. А когда я появилась в гостиной, Герберт, отложив пачку писем, покачал головой.

— Мне иногда кажется, что игры короны направлены только на то, чтобы никто не сумел заскучать. Переворот бы. — Посетовал Герберт и встал с кресла.

Он протянул мне руку, которую я не оттолкнула, а вложила свою.

— Позавтракаем?

— Да. — Тихо призналась я.

И после долгого, вычурно правильного завтрака, впервые с момента развода вместе, мне казалось, что так выглядит обречённость, знание, что вот-вот будет гильотина, эшафот, приговор.

После полудня наряды действительно доставили. Красный тяжёлый атлас, кружева. У Герберта был чёрный камзол. А украшения на мне были: рубины и бриллианты.

Герберт присел на корточки, когда я опустилась на кресло, и дёрнул юбки наверх. Я отстранилась, но он перехватил меня больно за щиколотку, провёл жёсткими пальцами вверх до колена, а потом, вытряхнув ещё из одной шкатулки тонкий агатовый браслет, застегнул быстро на ноге. Юбки стали выворачиваться сильнее. Звякнули фляжки, тонкие, узкие, намного мельче, чем алхимические мензурки. Настолько миниатюрные, что от силы пучок иголок мог в них спрятаться.

— Здесь что?

— Яды. — Произнёс тихо Герберт, крепя к нижней юбке маленькие флаконы в тканевом мешочке.

— Органические дракон отрыгнёт, магические….

— Слава Богу, это алхимические.

Я вскинула брови.

— Если в структуру магического зелья внести химические изменения, то тогда это приобретает немного другую окраску. Яд на основе цикуты становится для дракона смертельным. Третий флакон. — Медленно произнёс Герберт.

— Зачем ты мне это даёшь?

— Королевские вечера такая вещь, что никогда не знаешь, что тебе пригодится.

Жёсткие пальцы сомкнулись на моём запястье. Герберт потянул из шкатулки некрасивое вычурное кольцо.

— Распознает ложь. Меняет цвет с кристально прозрачного на голубой. Смотри за камнем. Рубины — отводит сглаз, проклятие. Диадема — призвана отклонить несколько магических ударов.

— А это? — Браслет переливался всеми огнями красного.

— Усилит то, что у тебя уже есть.

— А ты сам?

Герберт улыбнулся, поправляя серебристые петлицы на камзоле. Погладил фамильный перстень и обручальное кольцо.

— Я? — Спохватившись, прикусил губу и качнул головой. Вытащил из шкатулки моё кольцо...

И почему-то отчаянно больно было находиться в моменте, когда много лет назад, Герберт сделал меня своей.

Когда мы закончили собираться, Герберт тяжело выдохнул.

Белая, длинная лисья шуба легла на мои плечи, которые тут же сжал муж.

— Я, наверное, очень большую ошибку совершал весь брак. Но сейчас я готов признать — я слишком мало раз говорил, что люблю тебя.

Глава 67

Герберт.

— Лорд и леди, — медленно протянул церемониймейстер и запнулся, не зная, как нас представить.

Я перекинул в ладони поудобнее трость с набалдашником в виде морды грифона и дотронулся этим самым набалдашником до плеча услужливого мужчины.

— Лорд и леди Шейн. — Тихо поправил я, намекая на то, что мы здесь появились в качестве семьи.

Церемониймейстер замялся, растерялся, начал бросать пугливые взгляды по залу, но все-таки, совладав с единственным потоком эмоций, прогорланил:

— Лорд и леди Шейн, из рода Чёрной Стали.

Ладонь Анны в моих руках дрожала. Я обвёл взглядом зал, который был залит светом, и поморщился.

Прекрасное, просто чудесное место, чтобы начать покушение на короля.

А какие чудесные галереи, полностью не просматриваемые с первого этажа.

Мне даже интересно, если это устраивал мой заместитель, то вполне возможно, ему пора на пенсию.

— Что нам теперь нужно делать?

— Мы поздороваемся с вон тем человеком. — Направил трость в сторону министра финансов. — Потом ещё вот с тем. Видишь вон ту леди с лисьим манто?

— Безвкусица. — Медленно произнесла Анна.

Я поспешно кивнул. Ей было виднее.

На самом деле сначала пришлось подойти к министру финансов, который рассыпался в восхищениях и пристально рассматривал Анну, как будто бы надеясь разглядеть в ней что-то особенное.

— Я как-то упустил, — медленно произнёс, глядя министру в глаза, — с чем связан сегодняшний приём?

— Затяжная зима. Король просто хочет посмотреть на своих подданных.

И это была ложь.

Потому что перстень на среднем пальце Анны полыхнул голубым.

Я отметил про себя, что министру финансов надо бы получше научиться врать.

А вот министр внутренних дел, который шпионил внутри страны, периодически путая показания, оказался более честным.

— Что вам сказать, лорд Шейн, — медленно произнёс он, обводя весь зал неприязненным взглядом, в котором было намешано и брезгливость, и равнодушие. А ещё усталость. — На мой взгляд, короне просто некуда девать деньги. И всё это самое логичное объяснение, которое находится у меня в последнее время.

Я цокнул языком. Министр внутренних дел взмахнул тонкой кистью, намекая мне на то, что по нему плаха давно плачет, поэтому ничего страшного, если он наговорит ещё на одну статью. Но я был благодарен.

— А если серьёзно?

— А если серьёзно, то наш король, как любой монарх, очень озадачен вопросами поголовья знати. — Процедил едко так, как будто бы самому пришлось жениться на ненавистной бабе.

В толпе я увидел блёклые глаза леди Трилони. Горячая волна прошлась по телу. И Анна сильнее, словно бы почуяв угрозу, сдавила мне пальцы так, как будто собиралась сломать.

Я не понял, как Анна узнала, что это именно она. Скорее всего, что-то интуитивное. Но сейчас дракон только любопытно поднял морду. А на болючий жест со стороны Анны посмотрел с оценивающим интересом.

И я зашипел про себя:

— Только попробуй.

Анна терялась в этом многообразии запахов, цветов и показной роскоши. Я мог по пальцам пересчитать тех, кто действительно занимал своё место по праву, а кто просто попытался казаться таким.

Леди Бенедикт — вдовствующая графиня, едва сводила концы с концами. Несмотря на то, что умудрилась выдать замуж всех троих дочерей, это никак не помогло ей вылезти из долговой ямы. Я подозревал, что намного эффективнее в этом случае было бы не тратиться на молодых любовников.

Я качнул головой. Лорд Август едва поклонился, разглядев меня в толпе, и вскинул удивлённо