Год моего рабства - Лика Семенова

я об этом пожалею. Но если решусь, что будет меня отличать от него самого? Я не смогу с этим жить. Даже понимая, что избавляюсь от чудовища. И я не хочу, чтобы Кольеры изменили меня, изуродовали. Я все еще оставалась такой, какой вошла сюда. Всю свою сознательную жизнь я созидала, жалея каждую ветку, каждый листок. Никогда ничего не разрушала. Тем более, чужую жизнь.

Я поспешно поднялась, оправила платье. Стало легче, будто ноша упала с плеч. Я утерла заплаканное лицо, подобрала с ковра свой навигатор. Теперь я отчетливо понимала, что теряю время. Скорее всего, Кондор рано или поздно очнется, и я понятия не имела, как быстро. Была дорога каждая секунда.

Впрочем, я до сих пор даже не представляла, что стану делать. Все произошедшее в этой проклятой сепаре буквально выбило почву из-под ног. Но медлить было невозможно. Я нашарила взглядом черную мантию Кондора, накинула на плечи поверх рабского платья, запахнула на груди. Прочесала пальцами волнистые от заплетенной косы волосы.

Я пыталась вспомнить все то, что когда-то говорила о Кольерах Пальмира, но пойманной мухой в голове билась лишь мысль о том, что подвижные коридоры были придуманы специально для того, чтобы посетители Кольер никогда не пересекались и не видели друг друга. Это было моим шансом. За все то время, что меня водят здесь по коридорам, я встречала кого-то лишь пару раз. Если повезет — сегодня я не встречу никого.

Я зажала в кулаке навигатор и направилась к двери, но полочка ключа нашлась не сразу, заставив меня почти отчаяться — она была спрятана в потайной нише сбоку. Наконец, замок привычно пискнул, и створка поехала в сторону, выпуская меня в белую пустую прихожую, из которой вела еще одна дверь. Эту открыть не составило труда.

Я понимала одно — спрятаться будет невозможно. Поэтому я должна идти так, будто имею на это полное право — с гордо поднятой головой и выставленным напоказ навигатором. Иначе у меня не будет даже шанса. Я глубоко вздохнула и шагнула в пустой серый коридор. Замерла на мгновение, слушая полную тишину. Сверилась с навигатором и едва не зарыдала от отчаяния: чтобы выйти в нужное место, мне предстояло пересечь все Кольеры и спуститься с высоты на самый низ.

Я активировала таймер, чтобы понимать, сколько времени прошло, и пошла по проложенному маршруту под марш собственного сердца. Нужно верить в удачу. Мне, впрямь, везло. Я четко следовала навигатору, преодолевала повороты, лестницы, узкие пандусы. Сигнал был постоянным и четким. Время на таймере стремительно прибавлялось, а вот расстояние сокращалось ужасающе медленно. Я прошла всего двенадцать минут, но это была лишь одна двадцатая проложенного пути. Был ли пусть короче — зависело только от самих Кольер. Но я понимала и то, что расстояние может и увеличиться, если проклятые коридоры поменяют расположение.

Главное, не паниковать. Говорят, дорогу осилит идущий — осилю и я. Я спустилась по узкой крутой лесенке и вывернула в одну из стационарных сводчатых галерей. Эти галереи служили связующими узлами и всегда оставались на своих местах. Я вышла из-за угла и замерла, едва не вскрикнув: прямо передо мной вполоборота стояли два вальдорца, заложив за спину огромные ручищи. Я едва смогла взять себя в руки, понимая, что промедление равнозначно провалу. Я сглотнула, демонстративно выставила навигатор, задрала голову и пошла, умирая от страха. Уже поравнялась с ними, но продолжала так же невозмутимо идти, с ужасом отмечая, что уже видела эти лица — они были прикреплены к моему тотусу и неоднократно сопровождали меня. Я научилась различать этих вальдорцев.

Все мысли были лишь о том, чтобы не выдать себя. Наконец, вальдорцы оказались позади, но я все еще оставалась в поле их зрения. Я уже видела угол, за который следовало теперь повернуть: главное — добраться до коридоров. Сердце колотилось, отдавалось в ушах. Казалось, вот-вот подкосятся ноги. Я даже не сразу поняла, что слышу голос за спиной.

— А ну, стой!

Глава 59

Я замерла, будто меня парализовало. Горела, словно ошпарили. А сердце разгонялось дробным пугающим ритмом. Кровь пульсировала в ушах, оглушая. Бежать или ждать? Я не могла решить, что лучше. Но если побегу, вальдорцы гарантированно поднимут тревогу. Спокойствие давало хоть какой-то шанс… или нет?

Ноги будто пристыли к камню, а огромная невидимая рука дергала и толкала, вынуждая действовать. Что делать? Есть ли вообще в моем положении правильное решение? Я покосилась на навигатор, чтобы точнее прикинуть расстояние до поворота в скрытый коридор, но с ужасом увидела, как изображение дрогнуло, зеленая кривая погасла — ходы Кольер меняли расположение. Кольеры все решили за меня.

Вновь голос за спиной:

— Куда ты идешь?

Я стиснула зубы, задрала голову так высоко, как могла. Медленно развернулась, стараясь выглядеть уверенной и невозмутимой. Почему я за всю свою жизнь не научилась толком врать?

Не лепетать… Не опускать глаза… Держать расслабленными руки.

Я с трудом разомкнула губы:

— Выполняю поручение своего господина.

Тот, что был шире в плечах, приблизился на шаг. Массивный и сероватый, как каменная глыба.

— По какому поручению? В какой сектор направляешься?

Я поджала губы:

— Я должна отчитаться перед тобой о делах своего высокородного господина? Ты в своем уме? Ваше дело — следить за рабами, а не выведывать тайны господ держателей.

Вальдорец колебался, это было заметно даже по его неказистому грубому лицу.

— Кто твой господин?

Я презрительно скривилась, выдержала паузу:

— Господин Кондор, разумеется. И не говори, что ты не узнал его мантию, подаренную мне, как милость. Я хочу, чтобы все ее видели. Отныне я не отношусь к тотусу Кольер, а принадлежу лично господину Кондору.

Я бросила быстрый взгляд на навигатор: сигнал стабилизировался, и ломаная зеленая линия вновь указывала путь к спасению. Я не позволю этим двоим уродам все испортить! Не позволю! Я буквально чувствовала, как вживаюсь в роль, будто видела себя со стороны. Мантия должна убедить вальдорцев — иначе и быть не может. Разве они могут допустить, что рабыня взяла ее без разрешения? И так нагло посмела надеть?

Вальдорец кивнул, вытянув губы:

— А ты изменилась… говорливая стала.

Я задрала подбородок еще выше, буквально раздуваясь от важности:

— Потому что теперь я не рядовая рабыня — я обрела влиятельного покровителя из господ держателей. — Я видела перед глазами Финею. Ее мечтательные горящие глаза, ее улыбку, когда она говорила о покровителе. Я старалась перенять ее жесты, ее интонации, ее взгляды. — И очень скоро я