Охота на жену - Юлия Гетта

— У меня тут ещё пирожки с луком и яйцом, будете? Жена целый мешок в рюкзак сунула, хотя мне ни за что за день столько не съесть, — угодливо предлагает мужик. И чёрными от многолетнего загара мозолистыми руками протягивает Тане пакет с выпечкой.

— Спасибо огромное, вы просто чудо! — восторженно принимая его, восклицает Мышка.

Я смотрю на неё, и губы сами собой растягиваются в улыбку. «Это ты чудо», — проносится в голове. Но я молчу. Просто смотрю, как Таня хищно впивается зубами в румяный пирожок, как с наслаждением прикрывает глаза. Как, спохватившись, торопливо достаёт из пакета ещё один и всовывает его мне в руки.

На вкус выпечка жены рыбака оказывается просто божественной. Мы с Таней синхронно жуём и смотрим друг другу в глаза, словно невербально общаясь. Я мысленно транслирую ей, как сильно люблю её, и в тысячный раз прошу прощения за всё. И кажется, Таня понимает меня.

До сих пор не верится, что нам так повезло. Постоянно ловлю себя на стрёмном ощущении нереальности происходящего. Будто это только снится мне, а я всё-таки сгорел в том пожаре и попал на тот свет. Но по какой-то нелепой ошибке угодил прямиком в рай. Вот и мужик этот с удочками очень напоминает архангела. Буквально на физическом уровне чувствуется, как от него исходит какая-то добрая, светлая энергетика. Кажется, ещё немного, и над старой шляпой засияет нимб.

Но головой я понимаю, что это всего лишь разыгралась моя фантазия, а на самом деле рая мне не видать. Вряд ли за то, что я побывал в аду на земле, там сверху возьмут и отпустят мне все мои грехи. Учитывая, что в ближайшее время я планирую добавить к ним ещё парочку. После того, что я сделаю с Монголом и всей его свитой, обитель блаженных мне точно не светит. А ведь ещё остаётся Рома…

Пирожок, несмотря на свой охренительный вкус, встаёт поперёк горла от невесёлых мыслей.

— А телефон у вас есть? — кое-как проглотив его, спрашиваю я у мужика.

— Да, есть, — энергично кивает он. — Только там на балансе не очень много денег… — смущённо добавляет, бережно доставая из нагрудного кармана рыбацкого жилета крошечный кнопочный телефон и протягивая его мне. Такими, наверное, ещё в прошлом веке пользовались.

— Не переживайте, я попрошу друга пополнить ваш счёт сразу после звонка.

— Да вы что, не надо! — ещё больше смущается мужик.

Таня, дожёвывая свой пирожок, напряжённо смотрит на меня, не отводя глаз.

— Серёж, — озабоченно произносит она. — Кому ты собираешься звонить?

Красивая, добрая, ещё и умная.

Как я раньше мог быть таким дураком?

— Не переживай, — успокаиваю я её. — Есть один человек, которому точно можно доверять. Ты его, кстати, знаешь.

— Кто? — хмурится Мышка.

Сомневается. Хотя обещала теперь доверять. Но я бы и сам на её месте сомневался.

— Надеюсь, скоро увидишь, — подмигиваю ей.

Набираю номер, который знаю наизусть, и прикладываю к уху телефон.

— Алло, — раздаётся знакомый голос на том конце провода.

— Здорово, брат.

66. Будем дружить семьями

— Карим, сука, как я по тебе скучал.

— Я тоже, бро.

Мы с Саней обнимаемся, едва не ломая друг другу рёбра. Если б мне раньше кто сказал, что когда-нибудь я буду так дико рад видеть этого душнилу, я бы очень долго ржал.

Он прилетел сразу же, даже часа не прошло после нашего телефонного разговора. В кортеже из трёх внедорожников и с десятком парней.

Смотрю на друга детства, и не верится, что это он. За два года во Франции Карим сильно изменился. Или это семейная жизнь так на него повлияла. Стал каким-то лощёным, морда слегка покруглела, глаза подобрели. Но на удивление, ему идёт.

Таня ошалевшими глазами наблюдает за вереницей машин, оставивших уродливую колею от мощных колёс на девственно-зелёной лужайке у озера. Похожу к Мышке, обнимаю её за талию, притиснув к своему боку.

— Сань, помнишь Мышку? Татьяну Петровну? Жена моя будущая.

Карим впивается в Таню своими цепкими глазищами и протягивает ей ладонь для рукопожатия.

— Здравствуйте, Татьяна Петровна. Вы совсем не изменились. Всё такая же красивая.

— Э, блять, капитан очевидность, — легонько толкаю кулаком его в плечо. — Она и без тебя это знает.

Карим ржёт, Таня тоже смеётся и пожимает ему руку своей миниатюрной ладошкой.

— Здравствуй, Саш. А ты, наоборот, очень изменился.

— Надеюсь, в хорошую сторону? — улыбается ей тот во все свои тридцать два зуба.

— В хорошую, — кивает Мышка. — Такой взрослый, солидный стал.

Меня начинает слегка напрягать их обмен любезностями. Но я одёргиваю себя.

Это ведь два моих самых близких человека. И я доверяю им теперь больше, чем себе.

Даже наедине не побоюсь их оставить. Минут на пять.

— Карим, у тебя наличка есть?

— Да, — хлопает себя по карманам Саня. Достаёт несколько пятитысячных купюр, протягивает мне.

— Спасибо, бро, — забираю у него деньги.

Подхожу к рыбаку. Он скромно стоит в стороне, прижимая к себе свой рюкзак с удочками, и с опаской косится на нашу гоп-компанию.

— Отец, держи, это тебе. Спасибо, что выручил, — протягиваю мужику деньги. Но тот не спешит их брать.

— Бог с тобой, сынок, зачем так много-то?

— Нормально. Купишь жене что-нибудь. Или себе. Держи.

— Не надо, убери, — артачится рыбак.

Но я настойчиво пихаю купюры ему в руку:

— Отец, я же от души.

— Не надо, я сказал, — бубнит мужик, упрямо отодвигая от себя мою руку с деньгами. — Чай, не голодаем.

— Да я же не поэтому, ты чего? Просто отблагодарить хочу. Считай, за воду да за пирожки заплатил.

— А я вам их не продавал, а угостил! Не нужно мне ничего, от денег этих зло одно. Так что ты это, давай, убирай, сынок. Иди своей дорогой, дай бог тебе удачи.

— Спасибо, — растерянно отвечаю я, всё же опуская руку с деньгами вниз. — Удача мне сейчас не помешает…

Впервые в жизни встречаю человека, который так уверенно отказывается от халявного бабла. И ведь мужик вполне себе адекватный, не какой-нибудь там идиот блаженный. Я думал, таких в принципе не существует. Ведь алчность в нашей человеческой сути. Нам всегда всего мало. Не ценим ни черта что имеем. Чем больше получаем, тем больше хочется. В этом отношении мы гораздо хуже животных… Но, как оказалось, не все.

Смотрю на мужика теперь совсем иначе. С уважением.

— Давай тогда мы хоть до деревни тебя подкинем? — предлагаю первое, что приходит на ум. Очень хочется хоть что-то для него сделать. Не