Здрасте, я — ваше счастье - Наталья Юнина

— Еще чего. Не буду. Я сильная и независимая.

— Дура, — бросает Полуянов, доставая из пакета икру и виски. — Ладно, давай выпьем за твою взрослую жизнь, а Наталье Евгеньевне нальем детское шампанское.

— Неа, мне тоже детское.

— Только не говори, что ты тоже беременна, — чуть ли не закатывая глаза произносит Наташа.

— Нет. Просто мы решили не пить. Когда выпьем, происходит какая-нибудь задница. Кирилл против.

— Ах, Кирилл против, — насмешливо произносит Полуянов. — А с каких пор ты стала послушной?

— Я не послушная. Просто так правильно.

— Ссыкуха, — вот ведь гад. Знаю, что он меня провоцирует и ведусь на это.

— Ладно, одну рюмашку под икорочку.

Не знаю, что за виски, но после трех бокалов меня конкретно развезло. И стало еще больше тянуть позвонить Кириллу. Ну что ж так тянет-то? Ведь это правда ненормально находиться двадцать четыре часа вместе: дома и на работе. И хотеть этого снова. Полуянов подливает мне в очередной бокал виски, я же тянусь за Наташиной кружкой.

— Говорят, если выпить из той посуды, из которой пьет беременная — в будущем залетишь.

— И куда тебе ребенка? — саркастично отмечает братец Кирилла.

— Ну, я на будущее. Чтобы наверняка. И вообще. А вам куда? Сами встречаетесь совсем ничего.

— Ей за тридцать, мне за сорок. И мы так-то трахались до этого, представь себе. Так что ты сначала попробуй половые приключения, а потом уже детей рожай.

— У меня за этот месяц половых приключений было столько, сколько вам и не снилось, — я реально сказала это вслух? Блин, мне не наливать. — Ну, короче. Дай испить, — отпиваю из кружки и тут же закусываю икрой. — А можно я на диване у вас переночую?

— Нужно, — не раздумывая бросает Наташа, откусывая колбасу. Полуянов при этом закатывает глаза. Да так тебе и надо.

— Ну и как там взрослая жизнь? — интересуется Полуянов, потянувшись ложкой за икрой.

— Лучше, чем могла представить. Но есть минус.

— Какой?

— Приходится работать. Особенно последние две недели усиленно. И чуть-чуть выслушивать психи Кирилла из-за работы. Если бы не этот факт, все идеально.

— Ужасно, когда людям приходится работать, — не скрывая сарказма выдает Полуянов.

— Ой, забыла еще. Его кот! Это не Валера, а исчадье ада. Сущее зло. Мне даже страшно ночевать у Кирилла. Этот пушистый сученок хочет отгрызть мне ногу. И смотрит на меня так, как будто я у него что-то украла.

Я хотела сочувствия, но точно не смеха. Причем с обеих сторон. Когда Полуянов оставляет нас одних, Наташа не раздумывая бросает:

— А что с сексом-то, Кать?

— Охренительно. Тьфу-тьфу-тьфу.

Сто лет будет жить. Не иначе. Перевожу взгляд на вибрирующий мобильник, когда за стол возвращается Полуянов. Отвечать не хочу и вовсе не потому, что желаю строить из себя сильную и независимую мадам. У меня тупо заплетается язык. Он поймет, что я пила, а я этого не хочу.

— Ну давай, Катерина, продемонстрируй мне искусство флирта. На зачете ты не появилась. Покажи мне, чему ты научилась.

— Если я смогла познакомить свою Матильду с Матвейкой, значит, я уже сдала все экзамены.

— Значит, боишься. Все ясно, — подначивает меня этот наглый мужик.

— Ничего я не боюсь.

Недолго думая отвечаю на вызов, включив громкую связь.

— Прелесть моя, ты ничего не забыла?

— Трусы я оставила специально, если ты о них.

— Я не про них.

— Волосы в ванной? Это я не контролирую. Да и пусть слив твоей ванны не скучает в одиночестве.

— Где ты?

— Эмм… На стуле.

— На каком нахрен стуле?

— На бежевом, — я бы и забыть забыла, что я не одна, если бы Полуянов не захлопал в ладоши.

— Забыл с кем разговариваю. Хорошо, где этот стул?

— На кухне.

— У тебя не бежевый стул. На чьей ты кухне?

— На кухне будущей жены твоего брата.

— Пила? — блин, почему такое чувство, что я провинившийся подросток? Отвратительно.

— Нет. Я потом перезвоню. Извини. Писать хочу.

Скидываю вызов и тянусь за детским шампанским, осушая Наташину кружку.

— Ну, это, конечно, пять баллов. У тебя только учиться и учиться флирту.

— Да иди ты, — обиженно бросаю я, налегая на икру.

Чувства страха и вины немного притупляются за очередным глотком виски. Но ровно до тех пор, пока на экране моего мобильника не светится знакомое имя. Подумать только. А ведь недавно он был просто «Придираст». Скидываю звонок, понимая, что сейчас точно выдам себя речью.

Когда на кухне появляется Полуянов вместе с Кириллом, я зажмуриваю глаза и резко открываю их. И так несколько раз. Картинка не исчезает.

— Ты зачем ее напоил? — блин, это не галлюцинация.

— Исключительно для благих и исследовательских целей. Как быстро ты сюда прилетишь ее забрать. Справился ты быстрее, чем мог бы. Спасибо.

— Мудак.

— Не благодари. И тебе хорошо, и мне, — ну и козел. — Забирай свое чудо, — дважды козел.

— Давай, вставай, — тянет меня за руку.

— Подожди, я заберу баночку икры в отместку за гадкое поведение твоего брата.

— Катя, твою мать.

— Ну, накорми ее, что ли, икрой, жлоб, — насмешливо бросает Полуянов.

— Иди на хер.

— Это я любя. На самом деле Катерина мне крайне симпатична. Но это не отменяет того факта, что она меня подбешивает. Хорошего вам вечера, ребятушки.

Когда мы оказываемся на улице, понимаю, что меня снова развезло, и от этого чувствую себя паршиво. Блин, и машина, как назло, припаркована не рядом. Самое обидное, что выпила я реально немного.

Шагаю вроде уверенно, но пройдя несколько шагов, поскальзываюсь на снегу. Ловит меня Кирилл за капюшон как маленького ребенка. Благо не отчитывает, но сумку я роняю. Из нее выпадает все содержимое.

— Стой уже. Сам подниму.

Это чертовски мило. Паскуда, но самая лучшая, несмотря на то что крови мне попил знатно. Стою и улыбаюсь как дурочка, смотря на то, как он поднимает мои вещи. Красивый гад. Мой. Мой же? За своими раздумьями не замечаю, как Кирилл замедлился. И только спустя несколько секунд я понимаю в чем дело. Он внимательно смотрит на мой календарь…секса. Убейте меня