Расплата - Джиллиан Элиза Уэст

Я медленно поднялась и подошла к нему, а затем застыла, увидев истерзанное, изломанное тело Мекруцио. Рен говорил тихо, хотя было ясно, что магия Мекруцио уже вернулась в мир. Я знала, что он освобождает и ту последнюю связь, которой его душа могла ещё держаться за эту жизнь. Этим действием Рен даровал ему прощение и принял предательство, которое тот совершил.

Рен присоединился ко мне, когда я опустилась на колени рядом с одним солдатом, на его животе зияла рана, руки судорожно пытались удержать внутренности.

— Дыши, — прошептала я, когда человек стиснул зубы от боли, его светло-коричневая кожа стала ещё бледнее.

Лицо Рена помрачнело, и он опустился на колени рядом с ним.

— Как тебя зовут?

Тело солдата задрожало, но он сумел выговорить имя достаточно отчётливо:

— Фиро Грейсон, в-ваше величество.

Я закрыла глаза, пока они говорили, и из моего горла полилась песня, тёплый свет исцеляющей магии окутал плечи, подобно теням. Мужчина с облегчением выдохнул, его тело расслабилось.

— У тебя был брат? Или сын? — спросил Рен.

Мужчина прочистил горло, и в ответе зазвучало горе.

— Б-брат. Джеспер. Но его убили несколько месяцев назад.

Через нашу связь скользнуло чувство вины, открыв глаза, я увидела страдальческое выражение на лице Рена. Магия, пульсирующая в такт каждому удару моего сердца, продолжала исцелять Фиро, сращивая разорванную плоть, возвращая цвет его щекам.

— Мне жаль, — тихо сказал Рен.

Фиро молча кивнул.

Но Рен покачал головой, проводя рукой по волосам жестом, который говорил мне больше, чем сама связь и его сдержанная напряжённость. Это была вина, давившая ему на сердце.

— Ты… ты хотел бы увидеть его? — предложил Рен, бросив взгляд через плечо в сторону Ратиры.

Глаза мужчины широко распахнулись, и он безмолвно кивнул и перевел взгляд на меня. Я ответила ему слабой улыбкой, когда один из воинов Рена подошёл ближе.

— С тобой всё будет хорошо, — прошептала я, пока Рен поручал душе сопроводить Фиро в Пиралис, чтобы он смог увидеть брата.

Душа помогла мужчине подняться на ноги, прежде чем он склонил голову ко мне и коснулся лба тремя пальцами.

— Спасибо, миледи… Ваше величество.

Когда он скрылся из виду, я протянула Рену руку, позволяя ему поднять меня.

— Это было доброе дело.

Он нахмурился, глядя на наши переплетённые пальцы, и сжал мою ладонь.

— Его брат умолял о смерти, о том, чтобы быть освобождённым от вины за свою жизнь в армии Тифона…

— Как и многие здесь.

Рен вытер лицо рукавом и тяжело вздохнул, прежде чем притянуть меня к себе. Я охотно пошла в его объятия, вдыхая его запах, пока он устраивал мою голову у себя на груди. Здесь был мой дом. Здесь, в его руках, всё обретало смысл, и мир становился правильным. Даже сейчас его магия, наша магия, воздействовала на меня, заполняя трещины, оставленные до его воскрешения.

— Как ты? — спросила я, уткнувшись в его доспехи, пока он перебирал мои спутанные волосы.

— Я… устал, — ответил он, отстраняясь, чтобы заглянуть мне в глаза. Медленно он склонился, и наши лбы соприкоснулись. — И отчаянно хочу провести хотя бы миг наедине со своей женой.

Улыбка тронула уголки моих губ и отразилась на его лице. Его губы накрыли мои, и почувствовать, как он прижимает меня ближе, как тьма скользит вокруг нас и поглощает целиком, снова стало облегчением.

Перед нами возникла наша спальня, но я почти не обратила на неё внимания, когда он перенёс нас в купальню. Купель была наполнена горячей водой, чистый аромат перебивал едкий запах дыма и крови, приставший к нам на поле боя. Оружие, ремни и сапоги с грохотом падали на пол, пока мы освобождали друг друга от боевой кожи. Рен касался меня мягко, почти благоговейно, обводя линию ключиц, изгиб челюсти, впадину у горла. А затем его ладонь легла на ложбинку меж грудей, и сердце забилось прямо в его руку.

— Прекрасна, — прошептал он. — Моя прекрасная eshara.

Он помог нам опуститься в купель, плотно прижав крылья, и я вздрогнула от блаженного тепла, когда мы погрузились в воду. Рен сразу же усадил меня к себе на колени и, запустив пальцы в мои волосы, снова притянул мои губы к своим. Зубы задели нижнюю губу, язык требовательно скользнул вперёд, крадя дыхание. Я невольно застонала, когда его рот переместился к моей щеке, затем к линии челюсти, и он поцеловал место под ухом.

Было ошеломляюще снова ощущать его прикосновения после столь долгой разлуки. Ледяная пустота в груди длилась неделями, но казалось столетиями. Я не могла даже представить, каково было ему лишиться тела на всё это время, застрять в мире, над которым не властны ни время, ни пространство. Возможно, для него прошли целые тысячелетия.

— Ты ранена? — тихо спросил он, отстраняясь и ладонями исследуя каждый дюйм моей кожи.

Я покачала головой и провела пальцем по белому шраму на его груди, близнецу моего собственного. Он поцеловал мой шрам.

— Моё сердце у тебя. — Это было не вопросом, но он всё же он вопросительно вскинул брови.

Я кивнула.

— Часть его, да.

Он тихо хмыкнул, мокрые кончики волос коснулись плеч, когда он склонил голову.

— А твоё у меня.

Глаза защипало.

— Да.

Улыбка Рена была ослепительной, когда его большие пальцы коснулись моего лица, и он снова накрыл мой рот своим. Его присутствие в этих покоях было похоже на глоток воздуха после долгого погружения, на первый глубокий вдох свободы.

— Я твой, — поклялся он, прижимаясь лбом к моему.

— А я твоя.

***

Впервые за долгое время мысль о том, чтобы лечь спать, не наполняла меня страхом. Не тогда, когда Рен обнял меня, откинул одеяло и уложил под него. И уж точно не тогда, когда он лёг следом, нахмурившись, неловко устраивая крылья.

— Это странно?

Он снова пошевелился, перекатываясь чуть больше на бок, чтобы полностью повернуться ко мне, и подпер голову рукой.

— Страннее, чем я надеялся.

Я нежно провела большим пальцем по складке между его бровей. Он поймал мою руку, перевернул её и поцеловал ладонь.

— Отдыхай, eshara.

Хотя я покачала головой, жадно скользя руками по плоскостям его груди, веки всё равно отяжелели от усталости. Его кончики пальцев прошлись вдоль моей челюсти, по лбу, мягко убеждая закрыть глаза.

— Я буду здесь, когда ты проснёшься, — пообещал он.

***

Мне показалось, что я открыла глаза всего через несколько мгновений, но бледный утренний свет уже скользил через окно, шторы так и не были задёрнуты. По моему животу и бедрам скользили руки. С губ сорвался тихий