Похищенный ведьмой (Ведьма и охотник) - Екатерина Розова

За выбитым напольным окном солнце играло на стопке цветного стекла, которая оказалась высотой с Раэ. Рядом заграждал обзор мощный штабель досок, похожий на поленницу. Надо ли говорить, что даже при взгляде из кухни Раэ понял, что Мурчин опростоволосилась и тут? Доски были с трещинами, выпавшими сучками и вообще перекручены так, словно дерево под них растили в Кнее. Но попробуй скажи сейчас об этом Мурчин, хоть намекни. Это было бы продолжение того разговора, после которого Раэ мигом бы отправился назад в колодец. В третий раз за столь короткое время. Хотелось хоть минуту посидеть в тепле и выпить хотя бы чаю, не говоря уж о том, что подводило живот от суточного сидения в колодце…

За выбитым напольным окном резко хлопнуло и сверкнуло. Запахло серой. Мурчин вскочила, внезапно переменившись в лице. От ее и без того бледных щек отхлынула кровь, и они стали серыми. Никогда еще Раэ не видел ее такой испуганной. Скривила рот как маленькая девочка.

Раэ сообразил, что перед домом раскрылся портал. Кто-то колдовским путем проник в Кнею!

С крыльца донеслись оживленные голоса. Задорный женский:

— Да здесь все разнесено! Смотрите! Весь этаж разбит…

— Да уж, — мужской голос, — тут много чего произошло…

— Вон-вон дымок из окна! Если она дома, то должна быть здесь!

Кто-то бойко, как к себе, поднялся по ступеням и оказался в гостиной. Несколько человек.

— Гостиная! Гостиная Ронды… Рете, Юлан… да здесь шаром покати! Ох!..

Что еще могли сказать случайные посетители при виде опустошения, которое нанес гостиной сначала грабеж Мурчин, затем ворвавшиеся в дом мертвецы и как последствие раздосадованная уборка Раэ?

— Зайдем в дом с другой стороны. В такой гостиной Мурчин точно нет… — низкий недовольный голос, говорила уже другая женщина, судя по тону, привыкшая командовать, — Что вообще мы сюда вломились? У себя она сидит, на втором этаже, нам теперь полдома обходить.

— Нет-нет, я чую запах гардений. Мурчин где-то тут…

— Да и что ей делать покоях Ронды? В разгромленных! Мурчин — и вдруг в пустых покоях Ронды?

— Запах гардении, чабреца и лаванды… ее привычки, — произнес мужской голос.

— Нет-нет, она наверняка держится отсюда подальше. Что ей в самом деле делать в покоях Ронды? Мурчин же ее ненавидела и все, что с ней связано.

— Как раз в покоях Ронды она быть и должна, раз они ей достались как трофей… Мурчин, Мурчин, ты где? — проникновенный мужской голос, — я чувствую, что ты рядом.

Ведьма впервые за утро глянула в лицо Раэ:

— А ну-ка в ледник, быстро!

— Там же холодно…

— Я тебе что сказала!

По ее щелчку отъехала панель ледника, она отвесила Раэ ускоряющий подзатыльник, и вскоре он очутился на толще опилок среди крынок и подвешенных на крючки окороков.

— Я же замерзну!

Ведьма швырнула ему комком плед, в котором спустилась в кухню, и резко захлопнула за Раэ дверь ледника, отрезав от остального мира, однако дверцу от спешки перекосило и осталась небольшая щелочка, которую Раэ счел нужным еще расширить, чтобы не задохнуться в холодильнике.

— Она любит посиживать на кухне по утрам, наша Мурчин… — проникновенный мужской голос проговорил со знанием дела. Он явно знал, что хозяйка рядом и эти слова предназначались уже для нее.

— Так она нас слышит? — недовольный женский голос.

— Слышу вас и слышу прекрасно, гости непрошеные, — подала голос Мурчин. Ее тон был холоден. Не будь она верховной ведьмой, Раэ бы подумал, что это хорохорится молоденькая девчонка. Свела на бархатном лобике светлые детские бровки, поджала маленькие губки. Ее гнев выглядел бы забавно, как у крохотного котенка, не знай Раэ, на что ведьма способна, когда выйдет из себя…

Раэ увидел в щелку двери ледника, как его тюремщица поспешно оправляет на себе белое утреннее платье, проверяет все ли свои пепельные лохмы затолкала под кружевной чепец, чьи оборки она так же тщательно принялась расправлять. Затем запахнулась в белую шаль, как защищаясь.

Застучали легкие женские каблучки, зашуршали шелковые платья. Со своего места Раэ мог наблюдать только за выражением лица Мурчин, которое стало насупленным и за взглядом, который явно встретился со взглядом человека, появившегося в дверях кухни. Раэ почувствовал по шороху шелка и скрипу половиц, что неожиданные посетители мнутся на пороге под неодобрительным взглядом хозяйки Кнеи.

— Мурчин, — ласкающий мужской голос, все такой же проникновенный, — ах вот ты где, моя звездочка, прячешься?

— Мы тебя нашли, — прощебетал нежный девичий голос, — туки-туки…

— Вы зачем переступили порог этого дома? — спросила холодно Мурчин и спрятала руки под шаль. Раэ заметил, что они дрогнули. Он уже слышал от Мурчин, да и Тево-ведьмобойца как-то вскользь упомянул, что для ведьм самое больше оскорбление — это когда кто-то из их подобных без спроса переступает порог дома, нарушает границу владений… разве что только за советом. Таково было правило среди ведьм и колдунов. Уж конечно постоянно нарушаемое, потому, что слишком обтекаемое и неопределенное, как и все ведьминские правила.

Одна женщина вне поля зрения Раэ хмыкнула насмешливым тоном, мужчина цокнул. Третьим голосом был тот самый задорный девичий, который протянул:

— Ну Му-урчин, не будь с нами такой букой!

Уж на буку, который недовольно смотрит из сундука, на того, кто ненароком залез в него и потревожил букин покой, Мурчин никак не походила. Бука хоть знает, что занимает сундук или ящик поставца незаконно. Мурчин же ощущала себя все-таки хозяйкой Кнеи. Постепенно розовели ее гардениевые щеки, взгляд исподлобья потяжелел и потемнел, подбородок медленно выпятился. Все, рассерженный котенок зверел. Еще чуть-чуть и оскалится. Раэ почувствовал, как собирается в воздухе гроза, точно такая же, когда Мурчин собиралась его шарахнуть молнией. Только на этот раз дело было посерьезней.

Ласковый мужской:

— Звездочка, я, конечно без спроса, но я к тебе с советом.

Мурчин неохотно выдохнула. Переменила позу. Правила есть правила. Гроза все еще витала в воздухе, но обстановка чуть разрядилась. Колдун решил соблюсти видимость приличий.

— А со своим ковеном уже советовался? — буркнула ведьма.

— Советовался-советовался.

— Что ж от него совет не получил, раз у тебя такой ковен умный? Чего в мой пришел?

— В твой ковен? — насмешливый низкий голос женщины, привыкшей командовать, — у тебя есть ковен?

Мурчин