Похищенный ведьмой (Ведьма и охотник) - Екатерина Розова

стрельнула на голос недобрым взглядом. Где-то у дверей зашикали, зашевелились… Раэ не видел, но был уверен, что ту, которая это ляпнула, пытались знаками и жестами заставить прикусить язык.

— Никто, кроме тебя, звездочка, не может дать мне совет, и потому я здесь…

— Ну? — тяжело уронила Мурчин, — о чем вы пришли ко мне советоваться?

— А то, что я в полной растерянности, Мурчин…

— Не тяни. Говори, каков совет тебе нужен и покинь мою Кнею. Может, у меня и не будет никакого совета для тебя…

Послышался стук окованных сапожных каблуков, Мурчин немного попятилась. Ее собеседник прошел неторопливой походкой хозяина и оказался в поле зрения Раэ. Правда, со спины. Темно-русый затылок, дорогой кафтан с отворотами и шнурами, изысканно подвязанные длинные рукава, сложенные на пояснице… А носить дорогие наряды этот посетитель умел. Раэ тотчас сообразил, что он этого человека раньше где-то видел… где-то видел… Но сейчас он не мог собраться с мыслями, потому, что вынужден был закутываться в плед да так, чтобы на сронить с крючьев окорока и не задеть крынки с маслом. Все-таки в леднике было холодно! И при этом Раэ жадно и неотрывно следил за посетителем. Вдруг упустит миг, когда тот повернет голову и покажет лицо?

— А то, что месяц назад я был на гулянии в Аве, — проговорил мужчина, — и принял участие на площади во всеобщих танцах… и надо же… ухватил там за ручку молодую вдову в маске, расшитой серебром, у нее были роскошные пепельные волосы, забранные под серебряную сетку… я ей сказал, что она похитила мой покой, а она рассмеялась и убежала. Скрылась от меня в пляшущей толпе. Не подскажешь ли мне, как найти ее и вернуть свой покой?

— Найди утешение в объятиях своей мейден, — Мурчин кивнула подбородком в сторону входа в кухню.

Так-так… Раэ уже знал, что мейден — это главная ведьма в ковене. «Своей мейден»… Так могут сказать только господину над мейден, а значит господину ковена, магистру. И Раэ пробил озноб и не потому, что он сидел в леднике — холод еще не прокрался сквозь плед, а от понимания того, что перед ним стоит не просто колдун… Верховный колдун! И Раэ его где-то уже видел! Да кто он? Вспомнить… вспомнить… где? На гуляниях в Аве? Да, где-то в Аве...

— Ну, Мурчин, мейден это мейден… — и колдун развернулся, на миг мелькнул знакомым лицом и поклонился в сторону входа в кухню, должно быть одна из женщин, которые остались стоять в дверях, и была мейден его ковена! Вот так посетители у Мурчин!

— Ну раз тебе поднадоела своя мейден, найди утешение в объятиях других женщин своего ковена… — и Мурчин глянула в сторону выхода из кухни поверх головы колдуна, — что ж вы девочки так плохо смотрите за своим магистром, что он бегает по другим домам?

— Иногда надо отпускать погулять, — протянул насмешливый низкий женский голос, — мы тебе доверяем… отпускали же его к тебе и раньше… как помнишь, наш магистр возвращался…

Раэ передернуло. Он, конечно, не мог не слышать о том, какие нравы царили в ковенах, но убеждаться на деле было совсем другое.

— Ну так вот он, мой совет, девочки, — сказала Мурчин, — уж постарайтесь, чтобы ваш господин к вам вернулся окончательно и не нарушал ничьего покоя. Надеюсь, вы получили мой совет? Так может, больше не будем отнимать друг у друга время?

Колдун снова обернулся на вход в кухню. На этот раз он задержал недовольный предупреждающий взгляд на своих дамах подольше и позволил Раэ себя опознать. Это был высокий худой мужчина с бледным лицом, которое казалась еще бледнее из-за черного контура бороды, очеркивающего линию лица, прямых бровей и пронзительного взгляда темно-серых глаз. Глаз, выдающих ум.

Все в этом человеке — поворот головы, правильные одухотворенные черты лица, то, как он держал голову, жесты — все говорило о том, что тот принадлежит к знати, да еще как принадлежит. Колдун… надо же… От него веяло той тяжелой подавляющей силой, по которой так легко было распознать людей, владеющих магией. Колдун… из самых высших кругов… Ретеваро из рода Югью! Вот кто это был! Казначей князя Авы Лэ Морвина. Один из главных людей в его синклите, неизбежно присутствовавший рядом с князем на выездах, пирах, приемах, шествиях, службах в храме… Раэ мог его видеть только из толпы на больших празднествах и торжествах. Ах, Канги, Канги! Не всех негодяев, выходит, ты повыуживал в окружении Лэ Морвина… Ретеваро Югью — колдун! Казначей самого князя Лэ — колдун! Бедный князь Лэ, он окружен одними врагами!

Раэ уже начинало потряхивать от холода, но он не обращал на это внимания…

— Я, кажется, сделал ошибку, когда взял с собой мейден Юлан для сопровождения, — холодно сказал Ретеваро, обращаясь в сторону входа. Там завозились, вызывающе усмехнулись, предостерегающе пискнули.

— Мейден Юлан, барышня Нанни, выйдите, прогуляйтесь, полюбуйтесь видом…

— Видом? — низкий насмешливый голос, — в этом... с позволения сказать... гнилом лесу?

— Пойдем-пойдем, — взволнованный полушепот второй посетительницы, — Юлан, пожалуйста, пусть они останутся одни…

— Может, я составлю компанию дамам? — холодно сказала Мурчин, — хоть вы гости и непрошенные, но я могла бы пройтись показать владения…

— Да мы уж знаем, как выглядит твоя Кнея, — насмешливый голос мейден Юлан, — мейден Ронда нам уже показывала… когда у тебя был ковен…

— Юлан! — грохнул властный голос Ретеваро Югью, да так, что подскочила Мурчин, кто-то пискнул у входа в кухню, чуть не вывалился из ледника Раэ.

— Идем-идем… не зли его! — нежный шепот очевидно той, которую колдун назвал барышней Нанни.

Каблучки застучали по крыльцу.

— Слишком уж он с ней цацкается, — донеслось с крыльца через окно без стекол, — с ведьмой без ковена…

— Тихо-тихо, они могут услышать…

— Да и пусть…

Ретеваро прошел к окну и веско бросил:

— Пока не позову — не появляйтесь!

Сказал он так, что ведьмы должны были скорее раствориться в воздухе, чем нарушить его приказ. За окном стихло. Мурчин стояла, поджав локти под шалью, стараясь не глядеть на колдуна, который подошел к ней и посмотрел на пепельноволосую ведьму прямо, невозмутимо, как будто заявлял о самых что ни на есть само собой разумеющихся правах на нее. Правах, которые не надо отстаивать