Обитель - Клэр Кент

— Много? — я снова хихикаю. — Само собой, двух или трех будет достаточно.

Его губы кривятся в скрытой улыбке.

— Посмотрим.

***

Примерно через час я возвращаюсь в маленькую комнату, чтобы сказать Джимми, что ухожу. С нашими животными не все будет в порядке, если кто-то из нас не вернется сегодня, чтобы покормить их и поухаживать за ними, поэтому я поговорила с остальными, чтобы составить план ухода за ними, пока Джимми не поправится настолько, что сможет вернуться домой.

— Ты уверена в этом? — спрашивает Джимми, хмурясь и слегка ощетиниваясь в своей обычной защитной манере. — Мы не так уж хорошо его знаем.

— Джимми, пожалуйста. Мак спас тебе жизнь. Он спас жизни всех нас. Он действительно хороший человек, и случайное убийство того мальчика причинило ему сильную боль. С тех пор он сам не свой. Он сказал, что несколько дней в одиночестве пойдет ему на пользу. Так что он может пожить у нас некоторое время, присмотреть за нашими свиньями и курами. Он сказал, что также немного поработает в саду. Все будет хорошо.

— Разве им не нужно скоро возвращаться домой?

— Рэйчел сказала, что они могут остаться еще на неделю. Надеюсь, к тому времени мы сможем отвезти тебя домой, при условии, что твоя нога хорошо заживет.

— Хорошо, — бормочет Джимми. Он не выглядит взволнованным, но, очевидно, не собирается спорить с тем, что все остальные считают отличным планом. — Думаю, это должно сработать. Просто мне не нравится, что другой мужчина делает мою работу в моем доме, — он прищуривается, глядя на меня. — И даже не думай, что у него это получится лучше. Я все равно твой мужчина, даже если мне придется какое-то время провести в постели.

Я смеюсь над последним комментарием, и это, очевидно, успокаивает Джимми. Его лицо смягчается.

— Я знаю, что ты мой мужчина, — я наклоняюсь, чтобы поцеловать его. — Ты единственный мужчина, которого я когда-либо хотела.

— Хорошо. Так и должно быть. Значит, ты идешь с ним?

— Да. Мы пойдем туда пешком, но Амелия тоже прогуляется с нами, так что на обратном пути мне не придется быть одной.

— Ладно, хорошо.

— И я подумала, что могла бы вернуться на квадроцикле. Так ты быстрее доберешься домой, потому что тебе не придется долго идти пешком.

— О да. Это отличная идея. Может быть, я смогу вернуться прямо завтра, если мне не придется идти пешком.

— Не завтра. Не забегай вперед. Но как только станет ясно, что твоя нога заживает без инфекции, мы сможем вернуться домой.

Джимми бурчит что-то себе под нос, но это в основном для виду. Он улыбается, когда я подхожу к двери и оглядываюсь через плечо.

— Я люблю тебя, Джимми, — говорю я ему.

— Я тоже тебя люблю. Навеки.

Глава 18

Четыре дня спустя утром я возвращаюсь на квадроцикле к нашему домику, чтобы подготовить все к приезду Джимми домой и забрать Мака.

Последние дни были долгими. Утомительными. Джимми пребывал в паршивом настроении из-за того, что застрял в постели, и мне не терпелось вернуться в наш собственный дом, на нашу кухню, к нашим животным, в нашу постель.

Я люблю его родителей, но не хочу с ними жить.

Нога Джимми хорошо заживает. Мы очень внимательно следили, чтобы рана оставалась чистой и сухой, и никаких признаков инфекции нет. Он в основном оправился от потери крови и слабости. Вчера он весь день был как медведь в клетке. Мне пришлось очень тихо отсосать ему, просто чтобы помочь расслабиться.

После этого ему стало немного лучше.

Но я не думаю, что смогу долго удерживать его в постели, поэтому мы с Гретой решили, что сегодня тот самый день. Я выйду сегодня утром, чтобы приготовить дом и постель, и заберу Мака. Затем мы с Джимми вернемся домой после обеда.

Я взволнована, и знакомая дорога через лес и подъем к хижине напоминают объятия старого друга.

Мак слышит, как я подъезжаю, и выходит навстречу, чтобы поприветствовать меня. Очевидно, он работал в саду. У него грязные ладони, предплечья, обувь и колени.

Я надеялась, что он придет в себя после того, как немного отдохнет в одиночестве, но это не так. Он вежлив. Как всегда, готов помочь. Но он тихий и подавленный, как будто теплый огонь внутри него все еще потушен.

Это меня беспокоит, но я не уверена, что смогу чем-то помочь.

Приведя себя в порядок, Мак помогает мне сменить постельное белье на кровати и проверить продукты, чтобы я знала, что мне нужно взять с собой на обед из кладовой Греты.

Когда мы заканчиваем, Мак собирает свои вещи и садится на ступеньку крыльца, ожидая, пока я сбегаю в уборную.

Когда я возвращаюсь к нему, он выглядит сгорбленным и усталым, поэтому я сажусь на ступеньку рядом с ним. Он смотрит в пустоту перед собой.

Хотела бы я знать, что я могу сказать, чтобы подбодрить его, облегчить его бремя. Но я на самом деле не очень хорошо его знаю, а некоторые вещи просто невозможно исправить ничем, кроме времени.

— Это не помогло? — спрашиваю я наконец. — Побыть наедине?

— Помогло. Спасибо, что позволила мне остаться здесь.

— Но этого было недостаточно?

Мак устало пожимает плечами и смотрит в землю.

— Это была не твоя вина, — бормочу я, но даже произнося эти слова, понимаю, они ничего не изменят. — Ты не знал. Ты сделал то, что должен был сделать, чтобы спасти нас.

— Я знаю, — он хриплый. Не совсем болезненный. Просто невероятно усталый. — Этим я и занимаюсь.

Это небольшое замечание приносит озарение. Я осознаю кое-что, о чем раньше не догадывалась. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Мака, но он избегает встречаться со мной взглядом. После долгого молчания я спрашиваю:

— Как долго?

Наконец он поднимает на меня взгляд с немым вопросом.

— Как долго ты несешь на своей спине целое сообщество?

Мой тихий вопрос доходит до него. Мак издает тихий горловой звук и отворачивается.

— Почти десять лет.

Десять лет. С тех пор, как произошло Падение. Вероятно, с того самого ужасного дня, когда миру объявили о приближении астероида.

С тех пор он заботится о людях. Защищает их. Помогает им держаться вместе. Судя по тому, что Кэл и Рэйчел упоминали вскользь, Мак играет центральную роль в создании безопасных, устоявшихся сообществ, которые были сформированы и продолжают расти в их части света.

Он занимается этим уже десять лет. Берет на себя их ношу, чтобы