Родинка на линии судьбы - Лина Богданова

— столичная штучка. Короче, нагулялись все. Не слыхали? Мне, как видите, повезло сократить прогулочную программу. Теперь тороплюсь других обрадовать. Сам-то без связи.

— Да мы вообще-то усть-урийские, — подобрел от смешной истории прапорщик, — к вам карты новые везём. Да тоже в тайге заплутали, опоздали чуток. И бензин на нуле почти. Показывайте дорогу, компенсируем, ежели вы не против, доставкой к месту назначения.

Через час мы были на КПП. Через два Олега устроили в офицерском общежитии, а меня Иван Иваныч отвёз к Доре. Весёлым получилось возвращение: и плакал Иваныч по дороге, и смеялся, и матерился, и в раю поселить обещал.

В общем, сдержал обещание. Две недели покоя в приятной компании — чем не рай. Да и оказаться дома после всего, что довелось пережить, почище любого рая будет. Жаль, ненадолго. А вообще-то не факт! На чём и заканчиваю свой дневник. Новая жизнь новых привычек требует.

Между прошлым и будущим

Наконец-то в районе Серых гор установилась тёплая солнечная погода, лишь по востоку ожидаются кратковременные дожди. Температура воздуха днём повысится до шестнадцати, ночью не опустится ниже десяти. Похоже, природа решила порадовать нас настоящей весной. Ловите, момент, уважаемые радиослушатели!

Из метеопрогноза регионального телерадиовещания на 20 апреля 2000 г.

Ночь уходила, унося с собой обрывки облаков. Горизонт подёрнулся васильковой дымкой. «Джетта» легко шла по новенькой бетонке, терпеливо выслушивая бесконечный монолог хозяина. Тот не переставал ругать себя, сетовать на какие-то невероятные совпадения, воспалённое воображение и прочие человеческие глупости.

И охнул, зависая в неожиданной воздушной яме:

— А ведь мы приехали, ласточка! Мы дома почти. Этот пригорочек я на своей волжаночке тысячу раз проскакивал по сотке. За березняком поворот, пара километров и — привет, молодость! И Бог с ним, с ошибками, наваждениями! Пройдусь по знакомым дорожкам, в себя приду. А там и до цели три шага. Максимум четыре. Ну-ну, не фыркай так, я чувствую. Финалом запахло. Кажется, счастливым. Даёшь хеппи-энд, товарищ генерал!

И на всякий случай сплюнул трижды через левое плечо. Задумался. И снова сплюнул. Через правое.

— Прости, подруга. Не зря твердили в школе, что от суеверия вред один. Вот весь салон заплевал. Отмывать придётся. Так и быть, устрою тебе генералку. СТО не обещаю, не в курсе, есть ли тут подобные изыски. Но на приличное техобслуживание гарнизонных механиков можешь рассчитывать.

Дальше они ехали молча. Разве что «Джетта» возмущалась на каждой кочке. Хозяин же сосредоточился на чём-то невидимом, застрявшем глубоко внутри. То ли в сердце, то ли в душе. То ли и там, и там. Порой вздыхал, встряхивал головой, с удивлением отмечая встречающиеся на пути изменения.

И не сразу вписался в затейливый съезд, ведущий к распахнутым железным воротам, по которым возил широкой кистью молоденький солдатик.

— Привет, служивый! — прервал молчание водитель. — Подскажи, как мне до школы добраться. А то, смотрю, тут у вас кардинальные перемены. Как бы не заблудиться.

— Привет, — в тон ему ответил солдатик. — Для начала документики предъявите. У нас тут строго. Военный объект и всё такое. Вы хоть в курсе?

— Ну, строго это громко сказано, — хмыкнул визитёр, выбираясь из машины. — В моё время меня бы уже на повороте остановили. И не маляр с кисточкой, а…

— Видать, прошло ваше время, господин хороший, — подражая незнакомцу, хмыкнул солдат. — У нас главный КПП на втором километре. Там вас и тормознут по полной программе. А это, — он с удовлетворением полюбовался на результат своих трудов, — исключительно для красоты. И на память. Когда-то тут крупный гарррр…

Солдатик осёкся, вчитываясь в предъявленное визитёром удостоверение. Отступил на шаг, махнул кистью по виску, измазав лицо и пилотку, коротко выругался и уронил орудие труда. И тут же извинился:

— Простите, товарищ генерал-майор! Я не в курсе. Не предупредил никто…

— Неважная у вас разведка, — в глазах генерала пустились в пляс озорные солнечные зайчики. — Что скажешь, служивый? Ехать дальше могу?

— Так точно, товарищ генерал-майор! Прямо, потом налево…

— Вот и славно, товарищ ефрейтор, — садясь в машину, ответил высокий чин. — А вам бы я посоветовал обратить внимание на левый столбик. Он явно выделяется из общей картины.

— Есть обратить внимание, товарищ генерал-майор! — измазанная краской рука снова метнулась к виску, отчего пострадал теперь нос.

— Поеду, пожалуй, — обратился к своей ласточке генерал. — Не то не хватит у горе-маляра краски на левый столбик. Прости, инкогнито у нас не вышло. Сейчас загудит Спокойное. Впрочем, может, оно и к лучшему. Глядишь, и знакомый кто нарисуется. Заодно и сопроводит по нужным адресам. Чудеса, красавица моя, не только в сказках случаются.

* * *

И оказался прав. На КПП их встречали. Молодой подполковник, представившийся командиром эскадрильи. И седой очкарик с палочкой. Тот подскочил к водительскому окошку первым:

— Олежка? Николаев?! Какими судьбами?!!!

— Сан Саныч? Дедушкин? — не поверил своим глазам приезжий. — Неужели… Столько лет прошло… А вы на боевом посту…

— Что ты, Олежек! Уж десять лет в запасе. Решили с Натальей тут свой век доживать. Начальство вместе с дивизией на Урал укатило. А меня в школу взяли военруком. Спасибо Иванычу, удружил…

* * *

После короткого разговора с комэска и обещания встретиться на территории эскадрильи в самое ближайшее время высокий гость усадил в машину бывшего замполита и укатил в сторону жилой зоны Спокойного. По дороге, не уставая удивляться многочисленным изменениям, он сыпал вопросами. Старый замполит отвечал коротко, успевая спрашивать и сам.

Рассказав об актуальных для гостя новостях, узнав о настоящем месте его службы, сориентировав того в обновлённом пространстве посёлка, посетовал на занятость:

— Прости, Олег, у меня три урока подряд. Не успел замениться. А директор нас нынче строго держит. До двух буду занят. А потом — весь твой. Давай встретимся у Дома офицеров. Или у школы заберёшь? Прокатимся по округе, всё покажу и расскажу. А вечером милости просим к Наталье Петровне на пельмени.

— Лучше у Дома офицеров. Надеюсь, хоть он на месте.

— Куда такая махина денется! — всплеснул руками Сан Саныч. — Правда, ориентацию сменить пришлось. Теперь там и амбулатория, и детская музыкальная школа, и библиотека. Офицерам, конечно, уголок выделили. Чисто символически. Да эскадрилье и того вполне хватает. Сам-то куда сейчас?

— Для начала прогуляюсь по знакомым местам. А потом в наш дом наведаюсь. Ностальгия и всё такое.

— Понимаю. Только на голодный желудок гулять скучно. По дороге в кафе новое зайди. Там омлеты вкусные готовят. Как раз напротив твоего дома. А меня здесь высади. До школы отсюда — три