Отданная врагу. Ненужная дочь драконьего рода - Лилия Тимолаева

оставалось несколько свечей, но после ухода членов совета помещение казалось непривычно пустым. На дальнем столе лежали забытые листы, возле стены стояли отодвинутые кресла. Обычная беспорядочность после долгого заседания.

Ивена подумала, что именно здесь несколько часов назад Эйдар отказался назвать её невестой ради удобного решения.

Отец, которому она принадлежала по крови, хотел увезти её против воли.

Мужчина, с которым её не связывало ничего, кроме одного поцелуя и слишком большого количества совместной работы, разорвал собственный договор и ушёл, чтобы не мешать выбору.

Разница уже не требовала объяснений.

— Подними знак, — сказал Орвен.

— Нет.

— Я не приму подобного решения, сделанного в гневе.

— Вот опять.

— Что?

— Вы не обязаны принимать моё решение.

— Пока ты носишь имя Ардалей…

— Имя останется моим.

Орвен осёкся.

Ивена посмотрела на серебряного дракона.

— Я получила его при рождении. Вы не можете забрать прожитые годы вместе с фамилией. Не можете отменить мать, детство, Лисель, поля, на которых я работала. Я не собираюсь делать вид, что ничего этого не существовало.

Лицо отца немного смягчилось.

На секунду.

— Тогда зачем этот спектакль со знаком?

— Потому что принадлежность к дому и любовь к семье оказались разными вещами.

Орвен снова напрягся.

— Красивое объяснение.

— Вы учили меня разбираться в договорах. Я научилась.

Она сдвинула знак ближе к нему.

— Я останусь Ивеной Ардаль. Вашей дочерью по крови тоже останусь, сколько бы мы ни спорили. Но представительницей дома, чью жизнь глава рода вправе включить в очередной расчёт, я больше не буду.

— Ты не можешь выйти из рода, просто положив знак на стол.

— Возможно. Тогда завтра выясню, что для этого нужно.

— У северян?

— Да.

Орвен усмехнулся.

— Прекрасно. Ты собираешься просить чужой совет объяснить, как перестать быть моей дочерью.

— Я собираюсь спросить, как перестать быть вашей собственностью.

Усмехнуться второй раз он уже не смог.

— Я никогда не считал тебя собственностью.

— Тогда почему вам так трудно позволить мне остаться?

— Потому что я знаю цену ошибкам, которые ты сейчас делаешь.

— И снова будете спасать меня заранее?

— Если понадобится.

Ивена покачала головой.

— Вот это и должно закончиться.

Орвен смотрел на неё с выражением, в котором раздражение смешалось с чем-то более тяжёлым.

— Ты хочешь, чтобы мне стало безразлично, что с тобой происходит?

Вопрос застал её врасплох.

— Нет.

— А чего тогда?

Ивена задумалась.

Ответ не был сложным. Странно, что она так долго его искала.

— Чтобы вы переживали и всё равно позволяли мне решать.

Отец нахмурился.

— Это безответственно.

— Нет. Это трудно.

Он отвёл глаза.

Ивена продолжила уже спокойнее:

— Вы можете считать Эйдара неподходящим мужчиной. Можете считать Север ужасным местом. Можете уверять меня, что через год я возненавижу снег и теплицы. Можете даже оказаться правы. Но жить с этим буду я.

— Ты говоришь о Торвальде.

— Я говорю о себе.

— А смотришь в окно туда, где он сейчас находится.

Ивена почувствовала, как нагрелись щёки.

Орвен заметил.

Конечно.

Он всегда прекрасно замечал то, что можно использовать в споре.

Только теперь это больше не имело прежней силы.

— Да, — сказала Ивена. — Смотрю.

Отец явно не ожидал простого признания.

— И?

— И хочу к нему пойти.

— Тогда иди.

Ответ прозвучал почти равнодушно, но Ивена слишком хорошо знала Орвена.

— Однако сначала вы хотите, чтобы я уехала с вами.

— Я хочу, чтобы ты не принимала решение о своей жизни после нескольких недель знакомства с мужчиной.

— Справедливо.

Орвен удивился.

— Что?

— Это действительно было бы глупо.

— Наконец-то.

— Поэтому я не выйду за него замуж сейчас.

Он выдохнул.

Ивена закончила:

— Но останусь на Севере.

Отец закрыл глаза.

— Ты невыносима.

— Эйдар говорит примерно то же.

— Очень рад, что хоть в чём-то мы совпали.

Ивена не удержалась от улыбки.

Орвен тоже едва заметно дрогнул губами.

Тёплый момент мог бы всё испортить несколько недель назад. Она бы сразу решила, что отец понял, что ссора закончена и теперь надо пойти навстречу.

Сегодня улыбка осталась просто улыбкой.

Ивена не потянулась за знаком.

Орвен тоже.

В коридоре послышались быстрые шаги.

Они оба повернулись.

В дверях появилась Лисель.

Она явно не собиралась возвращаться в зал: волосы уже были распущены, поверх платья накинут лёгкий шерстяной платок. Сестра перевела взгляд с Орвена на Ивену, потом заметила серебряный знак на столе.

— Что случилось?

— Ничего, — ответил отец.

Одновременно Ивена сказала:

— Я выхожу из подчинения дому Ардалей.

Лисель моргнула.

Орвен раздражённо посмотрел на старшую дочь.

— Ты могла сформулировать менее драматично.

— Могла.

— Ивена…

— А что? Это и происходит.

Лисель подошла к столу.

— Ты решила отказаться от фамилии?

— Нет.

— От наследства?

Ивена задумалась.

— Если потребуется.

Отец сразу вмешался:

— Ничего не потребуется. Потому что утром она успокоится.

Лисель посмотрела на него.

— Вы опять?

— Я с ней разговариваю.

— Вижу.

— Тогда не вмешивайся.

Сестра перевела взгляд на Ивену.

Ещё месяц назад она, скорее всего, послушалась бы.

Сейчас подошла и встала рядом.

Совсем просто.

Без красивого жеста.

Без речей.

Ивена посмотрела на неё.

— Почему вернулась?

— Забыла перчатки.

Она указала на кресло у стены. Там действительно лежали белые перчатки, которые Лисель сняла во время совета.

— А теперь?

— Теперь интересно.

Орвен устало выдохнул.

— Именно этого мне не хватало.

Лисель не обратила внимания.

— Ты правда остаёшься?

— Да.

— Хорошо.

Отец повернулся к ней:

— Ты даже не спросишь, что она собирается делать?

— Она, кажется, сама знает.

— Несколько часов назад ты тоже ничего не знала.

— Поэтому и научилась не советовать человеку то, о чём меня не спрашивают.

Ивена удивлённо подняла брови.

— Кто вы и что сделали с моей сестрой?

Лисель улыбнулась.

— Север плохо влияет.

— Я заметил, — сказал Орвен.

На этот раз рассмеялись обе.

Отец не поддержал.

Он взял со стола родовой знак Ивены.

На его большой ладони серебряный дракон выглядел почти игрушечным.

— Хорошо. Допустим, я не могу заставить тебя уехать. Допустим, Торвальд действительно не станет вмешиваться. Что дальше?

Ивена не ожидала такого вопроса.

— Дальше?

— Ты отказалась от подчинения дому. Прекрасно. Где будешь жить? На