Лезвие бритвы - Энн Бишоп

Койот указал на троих детей, которые постепенно угасали после активного дня.

— Я могу отвести их в социальную комнату посмотреть фильм.

— Давай, — сказал Саймон.

— Я помогу ему, — сказала Тирел.

Остальные женщины снова наполнили стаканы и вышли на улицу. Через мгновение к ним присоединилась Дженни Кроугард, оставив Тесс единственной женщиной за столом.

— Мы удивлялись, почему доля в саду так важна для всех вас, — сказал Влад с небрежностью, которая заставила Монти насторожиться.

— Вы предложили, — ответил Монти.

Влад кивнул.

— Мы предложили. Почему вы согласились?

Напряжение заполнило комнату.

— Что касается меня и Рути, то возможность выращивать овощи означает меньший счёт в продуктовом магазине, а многие продукты будут дороже, в том числе фрукты, — сказал Ковальски. — За последние две недели подорожало всё, что делается из муки.

— У нас есть не только огород, но и фруктовые сады, — сказал Саймон. — У нас есть земляника, малина, ежевика, виноград. В Дворе растут яблони, груши и персики.

— И ореховые деревья тоже есть, — Генри улыбнулся. — В то время как определённая форма может приобрести вкус к определённой пище, терра индигене могут и будут есть многое из того, что даёт Намида. Так что в наших Дворах есть всё, что растёт в этой части Таисии.

— Почему фрукты будут дорогими? — спросил Влад.

Оглядев сидящих за столом, Пит Денби ответил:

— Нехватка. Некоторые региональные правительства прогнозируют нехватку продовольствия в этом году, и цены уже растут. Потеря ферм в Джерзи…

— Фермы не были потеряны, — отрезал Саймон. — Фермеры могут работать на терра индигене теперь, когда земля возвращена, но работа та же. Они держат то, что им нужно, чтобы прокормить себя и обеспечить пищей Интуитов, которые переехали в деревню, чтобы управлять бизнесом, который также нужен этим фермерам. Остальная часть их урожая продаётся на рынках человеческих городов, как и в прошлом году.

— На Среднем Западе погиб урожай, — сказал Пит. — По крайней мере, так говорят в новостях.

— Элементалы не интересовались сельхозугодьями. Враг не прятался в полях. Они нанесли удар туда, куда намеревались нанести.

Ещё один обмен взглядами за столом.

Пит наклонился вперёд.

— Нам говорят, что мы потеряли много излишков урожая из-за повреждённых элеваторов. Мы потеряли корм для животных, и некоторые животные погибли из-за этого. Поговаривают о нехватке муки и зерна для крупы.

— В продуктовой книжке были купоны, которые позволяли семье покупать дюжину яиц в месяц по фиксированной цене, — сказал Ковальски. — Когда моя мама на днях пошла покупать яйца, тот же самый купон теперь лишь на полдюжины яиц по той же цене.

— Я слышал, что пекарни получат право на такие ингредиенты, как мука и сахар, чтобы остаться в бизнесе, а все остальные смогут покупать только фунтовый пакет каждого продукта в расчёте на месяц, если они будут доступны, — сказал Дебани. — Это значит, что семьи не смогут сами печь хлеб или печенье.

— В пекарне вниз по улице от нас, сказали, что каждое семейство должно зарегистрироваться в определённых компаниях, чтобы гарантировать наличие некоторых товаров. Каждому, кто зарегистрируется в этой пекарне, будет гарантирована одна буханка хлеба каждую неделю, — сказал МакДональд.

Дебани кивнул.

— Это не значит, что каждый, кто зарегистрируется, сможет позволить себе покупать буханку хлеба в неделю через полгода.

Монти слушал, чувствуя себя всё более и более неловко. Неужели всё это обострилось за последние несколько дней, пока он был сосредоточен на приезде Лиззи и смерти Элейн?

Саймон, казалось, думал о том же.

— Это не ответ на вопрос. В прошлом году еды было достаточно. Почему в этом году её недостаточно? Терра индигене не возвратили так много земли, и то, что должно быть выращено, всё ещё выращивается.

Пит Денби задумчиво покачал головой.

— Я не слышал ни о каких заражениях, которые могли бы объяснить потерю урожая.

— Было одно, — сказал Влад. — Движение «Намида только для людей».

Саймон кивнул.

— В прошлом году мы не уловили их запаха. В этом году они воют везде и обо всём.

— Может быть, нам стоит обратить больше внимания на то, что они говорят, — предложила Тесс, а её волосы тем временем позеленели и начали завиваться.

— Может, и стоит, — согласился Саймон.

У Монти вдруг возникло ощущение, что его команде очень нужен предлог, чтобы уйти. Он пристально посмотрел на Ковальски.

— О чём ты не договариваешь?

Это был не очень хороший вопрос, особенно в присутствии лидеров Двора, но информация также была урожаем, за которым нужно было ухаживать.

Ковальски поморщился.

— Я слышал от других офицеров, что в некоторых мясных лавках и пекарнях появится наклейка HТЛ. Клиенты, которые хотят ограниченные товары, должны будут не только зарегистрироваться в определённом магазине; они должны будут показать свою членскую карточку HТЛ.

— А если у них нет членской карточки?

— Вряд ли не членам будут рады. Или, что это будет безопасно.

Это можно будет сообщить капитану утром, если Бёрк ещё не знает об этом.

Саймон, Влад, Генри и Тесс выглядели устрашающе спокойными.

Потом Саймон заёрзал на стуле.

— Довольно. Пора отдохнуть.

— Согласен, — сказал Пит Денби.

Они договорились, что Тесс сохранит оставшуюся еду и перенесёт её в «Лёгкий Перекус» утром, так как большинство людей всё равно будут работать в Дворе. Ковальски, Дебани и МакДональд вышли вместе, и их голоса смешались с голосами женщин, которые всё ещё сидели снаружи.

Пожелав Иным спокойной ночи, Монти и Пит отправились в социальную комнату за детьми.

— Говорят, что глаз бури — самое безопасное место, — сказал Монти.

— Так вот где мы? — спросил Пит. — В самом сердце бури?

— Быть может. У нас будет возможность прокормить наши семьи, а это не каждый сможет сказать.

— Вы считаете, что Иные виноваты в нехватке?

— Нет. И это беспокоит, потому что если это не они…

— Значит, это мы, — закончил Пит.

Монти отогнал мрачные чувства, но ему не пришлось наигранно улыбаться своей маленькой девочке. Дети и Шутник, растянувшись на предметах мебели, крепко спали. Только Тирел ещё не спала, и она рассеянно помахала им, прежде чем снова переключила своё внимание на фильм «Волчья команда».

— Почти заканчивается, — прошептала Тирел.

Шутник резко выпрямился при звуке её голоса и, моргнув, посмотрел на Монти и Пита. Кряхтя, он пригладил волосы и откинулся назад. Тирел прошипела предупреждение, чтобы он молчал ещё до того, как он успел заговорить.

Поэтому они все молчали.

«Фильм, снятый не человеком», — подумал Монти, наблюдая за успешным нападением и спасением Волчьей команды и слушая, как Пит втягивает воздух, когда Волки расправляются с плохими людьми.

— А есть ещё такие фильмы? — спросила Тирел, убавив громкость,