Сдавайся - Наталья Юнина

хватаю со стола букет и со всей силы замахиваюсь им в Крапивина. Он успевает увернуться, а я лишь задеваю его плечо. У самой же оказываются проколоты пальцы. Несмотря на саднящую в них боль, я достаю из букета несколько роз, и начинаю замахиваться в эту самоуверенную наглую сволочь куда придется. Не контролирую ни силу удара, ни цель попадания. Но радуюсь как ребенок, когда мне удается поцарапать его лицо.

— А если бы в глаз? Сдурела?

— Ну что ж поделать, шлюхи, дающие за медведя, вот такие дурные, — пожимаю плечами.

Очередной замах и он ловко ловит мою руку. Сжимает запястье, из-за чего я разжимаю руку и розы выпадают из рук. Мгновение и Крапивин подталкивает меня к столу, отчего я ударяюсь ягодицами. Дышим тяжело, словно пробежали оба стокилометровку. Только сейчас замечаю не только царапину на скуле, но и кровь на его губе.

— Ерунду ляпнул, прости. На самом деле я не думал о том, что ты могла дать за медведя.

— А что ты думал?

— Как не дать тебе ремня за тир, — не раздумывая бросает Крапивин. Вот уж не ожидала такого ответа.

— Не находишь это несправедливым? Об меня обтирались, а ты зажигал с проститутками. Сравним счет?

— Ты оглохла? Какие, к чертям собачьим, проститутки?

— Понятия не имею, какие в твоем вкусе. И знать не хочу. Давай я вызову проститута, позажигаю с ним, а потом об тебя потрется какая-нибудь баба. Сравним счет?

— Ты дура?

— Да, — одергиваю руку.

— Оно и видно. Это как тебе твой папаша обработал мозги, что кроме как о несуществующих проститутках ты думать ни о чем не можешь?

— Да причем тут он? Это Матвей мне сказал, что ты в загуле со своими проститутками!

— Вот же сука. А больше он обо мне ничего не говорил? Например, что я физически не мог быть в загуле, потому что был в больнице? — я ни на грамм не восприняла его слова про болезнь за правду, а сейчас почему-то уверена, что он не врет. Просто сам по себе факт, что этот человек мог заболеть кажется абсурдным, но, ведь если подумать, он же не робот. Означает ли это, что Матвей сказал это специально? Вот же козел. — Вижу не говорил, зато наблюдаю проблески разума во взгляде. Наконец-то.

— Если ты еще раз продемонстрируешь мне свое превосходство над моими интеллектуальными способностями, то я засуну тебе останки этого медведя в задний проход. Заодно и пыль там прочистим тебе на радость, чтобы везде было чисто.

— В этом случае я согласен с твоей жизненной позицией: «пыль лежит, и я полежу».

— Да неужели? Что это за такие двойные стандарты?

— Увы, они неискоренимы, — усмехнувшись, произносит Крапивин, проводя пальцем по своей кровоточащей губе.

Вынуждена признать, что у меня, как и у него реально проблемы с головой, ибо меня вставляет кровь на его губе. И, черт возьми, как же я хочу, чтобы он меня сейчас поцеловал. Прям до зуда в, саднящих после шипов, пальцах.

Не знаю в какой именно момент все изменилось, так как пялилась на его губы. Сейчас, взглянув в его глаза, уверена, что он знает, что я хочу.

Инстинктивно закрываю глаза, когда он наклоняется ко мне, обхватив рукой мой подбородок. На задворках сознания понимаю, что это грубо. Но быстро заглушаю в себе эту мысль, когда его губы касаются моих. Дежавю. Неторопливый поцелуй. Только не с целью дразнить меня, а чтобы я почувствовала вкус его крови. Извращенец похлеще меня. Благо возмутиться я себе не даю. Впрочем и нет возможности. Некогда неторопливый поцелуй сменяется на дикий. Чувство такое, что он меня им наказывает. Оторвавшись от меня, он проводит губами по щеке.

— Я тебя придушу, если еще раз будешь провоцировать меня мужиками, — вдруг произносит он, проводя большим пальцем по моей шее.

— Прям придушишь?

— Ну, надо же оправдать звание психопата. Не шути со мной, Соня.

— Встречное предложение: перестань демонстрировать свою самоуверенность, силу и превосходство во всем.

— Я тебя предупредил. Это первый и последний раз. Ты меня поняла? — и вот что ответить, чтобы быть на равных? — Не слышу?

— Посмотрим.

— Посмотрим, как на твоей шее будет болтаться мой ремень?

— Всегда знала, что ты извращенец.

— Я еще даже не начал извращаться.

Секунда и, сжав мою за талию своими ручищами, он приподнимает меня и усаживает на стол. И стоило ему только усадить мою пятую точку на столешницу, как стол подо мной заскрипел.

— Наела, видимо, лишнего, Софья, — чуть ли не ржет этот гад.

— Я вообще-то на диете.

— С каких пор бургер и шоколадное печенье, которое ты ела в кровати, относится к диете? — сволочь! Ладно бургер в тире, там явно есть камеры, если он совладелец. Но про шоколадное печенье как узнал?

— Здесь есть камеры?!

— Нет. Был уверен, что твой папаша их непременно поставил, но я ничего не нашел. Да и что-то мне подсказывает, что он уже был бы здесь, будь здесь камеры или прослушка.

— Почему?

— Потому что он грозил отрезать мне яйца, если я от тебя не отстану. А за время моего нахождения здесь, я уже не один раз мог бы к тебе подкатить этими самыми Фаберже.

— Тогда откуда ты узнал, что я ела?

— Проверил простыню, — ну, блин, серьезно?! Хотя, о чем я? Передо мной псих и маньяк в одном лице.

— Я говорила тебе, что ты больной?

— Да. Хочешь я тебе поставлю диагноз тоже?

— Снова хочешь продемонстрировать свое превосходство в каких-нибудь медицинских терминах? Избавь меня от этого.

— Хорошо, избавляю, — улыбнувшись, произносит Крапивин. — Давно пора.

Когда понимаю, что он принимается расстегивать пуговицы на моей пижаме, до меня доходит, что он имел в виду про «избавляю». Хватаю его руку, как только он пытается расправиться с одной из пуговиц.

— Ты собираешься оприходовать меня на кухонном столе? Серьезно?

— Недостаточно романтично?

— Только идиоты это делают на столе. Это даже хуже, чем на заднем сиденье машины.

— Сказала эксперт в сексе, София Вячеславовна. Ну, давай руководи процессом.

— Уже это делаю, — пытаюсь отпихнуть Крапивина, чтобы слезть со стола, но он стоит как статуя, слегка улыбаясь.

— А если не отталкивать меня, что дальше, Соня? Ты кино для взрослых-то смотрела хоть раз от начала до конца?

— Еще одна издевка и я…

— Не успеешь придумать достойную реплику до конца, это, во-первых. Во-вторых, ты даже не знаешь, что такое настоящая издевка от меня. В-третьих, ты не будешь руководить процессом, даже если бы была опытна в этой теме. Так что просто притворись послушной лапочкой. Только