Тайная сила врача-попаданки - Анастасия Александровна Гудкова

— Вот скажи мне, ты что творишь? — взвыла она, глядя на меня так, словно я только что записалась в ряды куртизанок.

— Собираюсь вылечить, ну или хотя бы попробовать это сделать, какого-то богатея, — пожала я плечами. — Не вижу в этом ничего страшного.

— Серьезно?! Ничего страшного? — Джули округлила глаза. — А как насчет того, что тебе придется... - она набрала в грудь побольше воздуха, чтобы произнести продолжение фразы, которое, несомненно, далось ей с огромным трудом, -... его трогать?!

— Вряд ли его нужно в этом смысле поднимать, — фыркнула я. — Понимаешь, какая штука, мой способ лечения и заключается в том, чтобы трогать людей. Воздействовать на спящие мышцы, все такое.

Подруга закрыла глаза руками. Что-то определенно было не так, и нужно было срочно выяснить, что. Потому что против леди с золотыми монетами и мальчика, которого я лечила из благотворительных побуждений, Джули ни капли не возражала. И мне вдруг в голову пришла одна догадка, которую я тотчас озвучила:

— Я никогда не брала пациентов-мужчин, да?

Судя по мычанию подруги, так и не убравшей руки от лица, в этот раз я попала в яблочко. Вот ведь незадача... Может, и правда нужно было сначала посоветоваться с подругой, которая в этом мире, в отличие от меня, прожила всю жизнь и прекрасно знала о всех этих подводных сословных, нравственных и прочих камнях. Но я-то уже согласилась.

— Ты можешь просто не прийти туда завтра, Мари, — тихо предложила Джули. — В тот дом. Может, ты адрес по пути выронила. Или читать не умеешь, такое нередкость. Или...

— Я пойду, — перебила я подругу. — Слушай, никто не узнает о том, что и как я там делаю. Мне не обязательно кричать на каждом углу, что я — личная массажистка...

— Кто?

— Руконалагательница, — фыркнула я. — Мартина Савьера. В общем, я пойду, посмотрю, что там и как. Может, он и сам не согласится. А может, мы через пару недель выкупим дом и будем жить спокойно и счастливо.

— Не такой же ценой! — воскликнула Джули.

— Нормальной ценой, — возразила я. — Я иду его лечить, только и всего. Ни грамма предосудительных действий, обещаю. А то, что мне придется к нему прикоснуться... Исключительно в целительских целях и ровно настолько, насколько потребуется.

Кажется, я была не особо убедительна. За ужином подруга была взволнована и молчалива, то и дело косилась в окно, где сиял огнями дом ростовщицы. Спать мы ушли непривычно рано, и через тонкую стену я слышала, как нервно ворочается на кровати Джули. Но сказать мне больше было нечего, кроме того, что все непременно будет хорошо.

На следующее утро я стояла у огромных кованых ворот, сжимая в руке бумажку с адресом. Мартин Савьер определенно не бедствовал: за воротами виднелась обширная территория ухоженного сада, хозяйственные постройки и огромный особняк с башенками и конусообразными крышами, напоминающий неприступный средневековый замок.

У ворот меня встретил самый настоящий стражник, который, услышав мое имя, открыл тяжеленные створки и кивнул на особняк. На крыльце меня уже ждал дворецкий, в руках которого даже издали угадывался мешочек с золотыми монетами. В доме Савьера действительно боялись, что я не приду. Вот только они нужны были мне ничуть не меньше, чем я им.

Если бы я только знала, с какими трудностями мне придется столкнуться... Но выхода у меня не было. И прозвучавшее из уст генерала "Пусть остается" стало каплей надежды для нас обоих. Для него — встать на ноги, а для меня — выкупить дом.

Глава 9

— С проживанием?! — вопила Джули, пока я торопливо собирала вещи. — Мари, умоляю, откажись! Клянусь, до добра тебя эта тысяча золотых не доведет! Да не нужен нам этот дом такой ценой! Одумайся, прошу!

— Все хорошо, — успокоила я разбушевавшуюся подругу. — Меня там не взаперти держат, у меня и выходные будут. Ничего страшного не происходит, с проживанием — потому что мы будем интенсивно заниматься, чтобы генерал поскорее поправился. И так кучу времени упустили!

— Чем вы там заниматься будете?! — выла целомудренная бедняжка, нарисовавшая в воображении ужасных картин.

— Ничем таким, за что кому-то из нас потом будет стыдно, — засмеялась я. — Слушай, Джули, давай так, выходной у меня будет в воскресенье. Если хочешь, можем куда-нибудь сходить, не обязательно всю тысячу сразу отдавать ростовщице. А то еще подумает, что мы теперь жуть какие богатые, заломит цену еще выше. Да и нам нужно отдохнуть, как считаешь?

— Я считаю, что лучше отказаться, — в последний раз попыталась убедить меня подруга. — Но ты же упрямее буйвола. Иди, только прошу, будь осторожна!

Пообещав, что буду писать ей каждый день, я ловко впрыгнула в экипаж, присланный за мной из дома Мартина Савьера. Еще одной причиной, по которой мне надлежало жить в доме генерала, было его желание соблюсти тайну. И я его понимала и даже местами поддерживала. Кто знает, может мне теперь суждено остаток дней прожить в этом мире, не помешает позаботиться о репутации.

В особняке меня уже ждали. Знакомый мне дворецкий, которого, как оказалось, звали Гансом, проводил меня в выделенную мне комнату. Удивительное дело, она оказалась прямо по соседству с покоями захворавшего.

— Это чтобы он меня по ночам будил? — фыркнула я, оценив, что несмотря на величественность здания, перегородки между стенами здесь тонковаты. А потом, чтобы убедиться, крикнула, — Генерал, вы по ночам храпите?

— Что вы себе позволяете, матресс Пирс? — зарычали по ту сторону стены.

— Значит, не храпит, — кивнула я ошарашенному Гансу. — И все-таки, неужели нет комнат подальше? Знаете, как говорят: подальше от царей — голова целей.

Дворецкий не знал. И переселять меня напрочь отказался, торжественно заявив, что это распоряжение самого Мартина Савьера, и ослушаться своего драгоценного хозяина он совершенно никак не может.

Признав его правоту и посетовав на свое незавидное положение в обществе, я распаковала нехитрые пожитки и развесила их в платяной шкаф. Наверное, до меня здесь жил предыдущий целитель или целительница, потому что на лакированной прикроватной тумбочке разъело лак каким-то зельем, а в коробочке на комоде обнаружились бинты, мази и растирки. Что ж, может быть, что-то из этого и пригодится. Но сначала следовало оценить состояние не желающего лечиться генерала.

Я переоделась в простое голубое платье с белым передником, вышла в коридор и постучала. Да, в прошлый раз мы заходили к Савьеру без стука, но мне бы такое не понравилось. А ссориться с генералом в первый рабочий день я не собиралась. Услышав сухое "войдите"