Развод. Коронное блюдо – месть - Саяна Горская

Что я чувствую?

Боль? Гнев? Разочарование? Или всё сразу?

Эти чувства смешались в один комок, который встал поперёк глотки.

Отворачиваюсь к окну. Дождь разошёлся, капли скатываются по стеклу, оставляя за собой кривые дорожки.

Как только машина останавливается у дома, я открываю дверь и несусь вперёд. Не с первого раза, но всё же попадаю ключом в замок.

В ноздри бьёт знакомый запах — это запах нашего быта. Нашей семьи.

Семьи, которой больше не существует.

Глава 9

Олеся.

Скидываю пальто, бросаю его прямо на комод. Прохожу на кухню, включая везде попутно свет. Открываю шкафчик и дрожащей рукой засыпаю в заварник высушенную ромашку.

Всё делаю машинально, словно в тумане.

Входная дверь хлопает.

Слава проходит мимо кухни прямиком в гостиную и разваливается на диване. Слепо пялится в выключенный телевизор.

Глаза б мои на него не смотрели!

Упираюсь руками в столешницу и устало опускаю голову. Беспокойные удары сердца отдаются где-то в горле.

Стою… Дышу…

Не знаю, сколько времени проходит. Я потеряла счёт секундам.

— Детка, всё окей? — Рука мужа ложится на моё плечо.

Не слышала, как подошёл.

— Нет, всё не окей, — поднимаю на него взгляд. — Как у тебя вообще хватает совести об этом спрашивать? Как у тебя хватает совести быть здесь сейчас?

— Это и мой дом тоже.

— Хоть что-то человеческое в тебе есть, а? Значит, роман с Диной — это правда.

В глазах мужа нет сожаления.

— Вот так, да. Лучшая подруга оказалась змеёй.

— Ты ничем не лучше. Ты потаскун!

— Ауч-ч-ч… — Слава игриво морщится. — Аккуратней в выражениях.

Включаю газ, щёлкаю зажигалкой и ставлю на плиту чайник.

— Как давно это у вас?

Муж бросает на меня мимолётный взгляд и ухмыляется, по-птичьи склонив голову к плечу.

— Последний год. С тех пор, как я понял, что больше ничего к тебе не чувствую.

— Год делали из меня дуру… Почему же ты просто не ушёл? Двадцать первый век, Слав. Развестись сейчас проще простого! Даже ходить никуда не нужно.

Слава многозначительно выгибает бровь, предоставляя мне самой сделать вывод.

— Рестораны, — произношу я вслух, ощущая, как внутри всё обжигает холодом осознания. — Ты просто печёшься о бизнесе.

— Кто-то же должен, детка! — Он щёлкает пальцем мне по кончику носа, словно несмышленому ребёнку.

Делаю шаг назад.

— Убери свои руки!

— Солнце, успокойся!

— Успокоиться? После всего, что ты мне сказал, я должна успокоиться?! Ты же понимаешь, что теперь я точно не подпишу контракт?

— Об этом можешь не переживать. Контракт подписан.

— Что?

— Прости, я действовал в интересах бизнеса. Твоё мнение я больше не учитываю.

— Ты совсем обалдел? Ты подписи подделал?

Слова тонут в его равнодушии, будто для Славы всё это — пустая формальность, а не моя жизнь, моё дело. Мои мечты.

— Олесенька, солнце, всё было бы нормально, если бы ты просто подписала документы и не упрямилась. Мы могли бы жить, как раньше. Малыш, ты сама всё разрушила.

Скулы сводит от напряжения, слова отдаются эхом в голове.

С трудом верю в то, что слышу.

Он использовал меня. Не просто изменил, он предал меня по всем фронтам, используя всё, что мы строили вместе, ради своей выгоды.

Кровь стучит в висках, и я уже не могу сдержаться.

— Я завтра же подам на развод! Ты понял? Я подам на развод и обжалую подписанный контракт! Бизнес разделим пополам. И тогда заключай сделки, превращай свои рестораны в помойку и втаптывай в грязь собственное имя, но не моё! Не моё!

Резко разворачиваюсь, чтобы уйти, но Слава перехватывает меня за руку. Припечатывает к столешнице, отрезая все пути к отступлению, и нависает сверху.

Его лицо в сантиметре от моего. Взгляд дикий, замутнённый. По спине, вдоль позвоночника, прокатывается колючая волна страха.

— Нет, — цедит муж через плотно сжатые зубы. — Развод ты не получишь.

— Можешь не подписывать, нас разведут и без твоего согласия!

— Нет, я сказал! — Орёт, брызгая слюной. Обхватив мои плечи, встряхивает так, что в голове звенит. — Я не просто так корячился и гробил здоровье над твоими ресторанами, чтобы сейчас всё это просрать из-за твоих тупых обидок! Что такого, что у меня другая?! Не надо здесь скулить!

К горлу подступает комок, но я заставляю себя сдержаться. Я не дам ему увидеть меня сломленной. Никому не дам.

— Ты жалкий, — шепчу я. — Ты такой жалкий, что мне стыдно быть твоей женой!

Слава снова равнодушно пожимает плечами, будто всё это его не касается.

— Развода не будет! Усекла? — Снова встряхивает меня, но уже не так ощутимо. Тут же разжимает руки и отшатывается в сторону. Ладонями растирает лицо. — Прости, детка. Я… Я чертовски устал от этой херни… Прости меня, малыш. Давай забудем, а? У нас будет ребёночек. Сколько ты хочешь? Одного? Двоих? Да хоть пять! У нас всё будет, обещаю!

— Пошёл вон, — шиплю я, пятясь к выходу из кухни.

— Это действительно твой выбор? Малыш, мы можем договориться.

— Пошёл вон из этого дома! Я завтра же подам на развод и лишу тебя права действовать от моего имени!

Губы Славы изгибаются в кривой улыбке, ноздри гневно вздрагивают.

Он ещё пару секунд сверлит меня тяжёлым взглядом, но в конце концов сдаётся.

— Ага. Аривидерчи, — салютует ладонью и уходит.

Не оглядывается.

Слышу, как дверь закрывается за ним, и дом погружается в тишину. Только чайник начинает тихо свистеть на плите, напоминая о том, что я всё ещё здесь, и всё это реальность, а не дурной сон.

Глава 10

Олеся.

Просыпаюсь с тяжёлой головой.

Солнце уже заливает комнату золотыми лучами, и я резко встаю, игнорируя жгучее желание провести сегодняшний день в постели. Нет, у меня на сегодня запланировано слишком много дел: нужно связаться с адвокатом, навестить нотариуса и вообще проконсультироваться по поводу разделения бизнеса. Не удивлюсь, если Слава решит претендовать на что-то большее, чем свои законные пятьдесят процентов. Ведь он, кажется, уверен в том, что пахал все эти годы один, а я так, лишь была красивым дополнением и светила лицом на презентациях.

Наспех принимаю душ, выключаю воду и заворачиваюсь в махровый халат. Сую ноги в домашние тапки. Промакиваю волосы полотенцем, но мои пальцы замирают, когда снизу раздаётся тихий щелчок дверного замка.

Неужели у Славы хватило наглости вернуться?

Быстро сбегаю по лестнице, но мужа в коридоре или гостиной не обнаруживаю.

— Слава? — Кричу неуверенно.

В ответ тишина.

Боже, может и правда у меня проблемы с головой?