Пышка для свёкра. Моя будешь, зефирка! - Леса Ран

— Ты не плачешь? — спросил он.

— Это были хорошие слёзы, — ответила она. — Игорь…

— М-м?

— Я люблю тебя. Кажется, я любила тебя с того вечера, когда ты забрал меня от Паши.

Он докурил, затушил сигарету. Повернулся к ней, поцеловал в лоб.

— А я тебя — с того дня, как ты пришла помогать мне. Ты была в сером платье, растерянная, добрая. Я тогда подумал: «Вот за такой женщиной я мог бы ухаживать всю жизнь».

Она улыбнулась сквозь остатки слёз.

— Ухаживай. У тебя хорошо получается.

Он рассмеялся, притянул её ближе, накрывая пледом.

— Теперь у нас есть секрет, — сказал он.

— Самый сладкий, — ответила она. — Как зефир.

Он усмехнулся, потушил сигарету.

— Завтра начнутся проблемы. Паша узнает. Он всегда узнаёт.

— Пусть, — сказала она. — Я больше не боюсь.

Он поцеловал её в макушку. Но глаза оставались тревожными.

Глава 6

Глава 6

Паша узнал быстрее, чем предполагали. У него оставались ключи от квартиры отца — он пришёл в субботу утром, когда Игорь уехал в офис по срочному звонку, а Аня спала.

Она проснулась от того, что кто-то тряс её за плечо. Открыла глаза — над ней стоял Паша, белый от ярости.

— Вставай, шлюха.

Она закричала. Он зажал ей рот ладонью.

— Тихо. Или я сделаю больно.

Он был пьян — от него разило водкой. Аня билась, царапалась, но он был сильнее. Стянул её с кровати, швырнул на пол.

— Ты трахалась с моим отцом, сука? На родительской постели?

— Нет, — прохрипела она. — В гостиной.

Удар пришёлся в скулу. Мир вспыхнул белым. Она упала, ударившись затылком о ножку кровати. В ушах зазвенело.

— Урод, — выдохнула она сквозь кровь. — Ты хуже, чем я думала.

— А я думал, ты просто жирная дура. А ты ещё и подстилка моего папаши. — Он наклонился, схватил за волосы. — Знаешь что? Я всё расскажу. Всем. Его партнёрам, твоим дурацким клиентам.

— Рассказывай, — Аня с трудом, но улыбнулась разбитыми губами. — Я напишу заявление об избиении. И видео с камерой в подъезде покажет, как ты заходил.

— Камеры нет.

— А ты проверь.

Он на секунду замер. Этого хватило — она вывернулась, рванула к двери. В коридоре налетела на тумбу, упала, но вскочила. Вбежала в ванную, заперлась.

Телефон остался в спальне.

Паша колотил в дверь, матерился, обещал убить. Аня сидела на полу, прижав к груди колени, и тряслась.

Через десять минут всё стихло. Она услышала, как хлопнула входная дверь.

Просидела ещё полчаса. Потом вышла, нашла телефон, набрала Игоря.

— Приезжай, — сказала она. Голос не слушался. — Он был здесь.

Игорь примчался через двадцать минут. Увидел её — разбитую губу, синяк на скуле, дрожащие руки — и побелел так, что Аня испугалась за него.

— Я убью его, — сказал он спокойно, как о погоде. — Своими руками.

— Нет, — она схватила его за рукав. — Полиция. Только полиция.

— Он изобьёт тебя ещё раз. Или хуже.

— Тогда будем защищаться вместе.

Игорь обнял её — бережно, боясь сделать больно. Спрятал лицо в её волосах. Она чувствовала, как дрожит его тело — не от холода.

— Прости, — прошептал он. — Я не уберёг.

— Ты не виноват. — Она погладила его по спине. — Теперь мы поедем в полицию. И потом — к адвокату. И я переезжаю в гостиницу. Пока он не сядет.

— Что? Нет. Ты остаёшься здесь.

— Игорь, если я останусь, он будет приходить снова. И однажды ты не успеешь.

Он замер, понимая, что она права.

— Тогда я с тобой. В гостиницу.

— Это будет слишком очевидно.

— А мне плевать.

Аня покачала головой, поморщившись от боли.

— Не надо. Я сильная. Ты сам меня такой сделал.

— Я сделал тебя сильной? — удивился он.

— Ты дал мне поверить, что я чего-то стою. Это сильнее любого удара.

Он поцеловал её в лоб — осторожно, через волосы.

— Хорошо. Но на ночь я буду приезжать. И мы будем спать вместе. Даже если просто в обнимку.

— Договорились.

Они поехали в полицию, написали заявление. Синяк засняли, губу зафиксировали. Адвокат обещал временный ордер на запрет приближения.

Пашу задержали вечером. Он орал, что отец подставил его, что Аня проститутка, что всё сфабриковано. Но записи с камер в подъезде подтвердили: он заходил, вышел через полчаса, на рубашке — следы крови.

Его оставили под подпиской о невыезде. До суда.

Аня сняла маленькую студию в центре. Игорь привёз её вещи, помог распаковать. Ночью они лежали на узкой кровати, прижавшись друг к другу.

— Я люблю тебя, — сказал он в темноте.

Она замерла. Сжала его руку.

— Я тебя тоже. Давно уже. Просто боялась признаться.

— Чего боялась?

— Что ты на меня только как на сломанную куклу смотришь.

— Ты не сломанная, — сказал он. — Ты восстанавливаешься. Как зефир после неудачной партии.

Она тихо засмеялась, потом охнула — больно было смеяться от разбитой губы.

— Дурак, — прошептала ласково.

— Твой дурак, — ответил он.

И они уснули, переплетя пальцы.

Глава 7

Глава 7

Суд состоялся через два месяца. К тому времени бизнес Ани встал на ноги — три постоянных оптовых