Представь нас - Молли Гоинс

— Минутку, — я выставляю вперед палец, призывая подождать, и исключительно ради того, чтобы посильнее его взбесить, демонстративно медленно делаю первый глоток напитка, заказанного Калли.

Он шумно выдыхает.

— Ты серье...

Я поднимаю руку, призывая помолчать, и делаю еще глоток. А штука-то весьма недурная. На вкус, кажется еще лучше, когда я замечаю, как Калли пытается спрятать смешок за стаканчиком.

— Ладно, готов, — произношу я, и Калли прыскает от смеха.

— Если хотите, можете добираться самостоятельно, — цедит Адам, у которого на лбу, кажется, вот-вот лопнет вена. Господи, до чего же велико искушение потянуть время еще сильнее, но тут Калли делает шаг вперед и подхватывает брата под руку.

— Все-все, виноваты. Пойдемте, у меня уже веснушки поотмерзали, пора шевелиться, — Калли разворачивает Адама к пешеходному переходу ровно в тот момент, когда на светофоре вспыхивает разрешающий сигнал. — Надо же, как угадали! Идеально!

Оставшуюся часть пути нас определенно ведет Калли. Что-то подсказывает: брось нас Адам на самом деле, мы бы прекрасно отыскали дорогу. И то же чутье нашептывает, что следует поберечься, ведь подобная мысль никак не должна казаться чертовски заманчивой.

Глава 4Калли

— Итак, на данный момент свободны две квартиры, — говорит Кристи, опуская ключи на кухонную стойку.

— И мы можем заселиться? — интересуется Адам, а я тут же мысленно отключаюсь. Как бы ни хотелось поучаствовать в обсуждении, решать в любом случае Адаму. Да и, если честно, слушать презентацию, больше нет сил. С концентрацией у меня и так беда, но выслушивать одно и то же по третьему кругу? Нет уж, внимание окончательно помахало ручкой.

Несмотря на задержку, до жилого комплекса мы добрались с запасом. Кристи провела нас по двум полностью меблированным квартирам, а парни согласно кивали, пока та без умолку щебетала о планировке и преимуществах. Как водится в мире профессионального спорта, жилье выглядит шикарно, но Адам никогда не питал слабости к излишне пафосным пентхаусам. В разгар сезона они все равно дома почти не бывают, так какой в этом вообще смысл?

Не знаю, пытается ли Кристи сгладить ситуацию или у нее просто характер такой, но добрую половину экскурсии приходится прикусывать язык, чтобы не выпалить: «Они же парни, им все равно». Уверена, Адам выберет какой-то из вариантов. В его списке требований значатся всего два пункта: «заезжай и живи» и «меблированная». Насчет Уилла судить не берусь – с самого приезда он лишь изредка кивает да неопределенно бурчит в ответ.

Никак не могу раскусить этого парня. И ни капли не стыдно признаться: Уилл в моем вкусе. Пусть в Сиэтле я и держалась от команды на расстоянии пушечного выстрела, глаза-то есть – парень чертовски горяч. По нему сразу можно разглядеть стартового питчера: подтянутый, но не тощий, с каштановыми волосами, которые обычно скрывает бейсболка. А уж когда он разворачивает ее козырьком назад – держите меня семеро. Во время перелета Уилл именно так и поступил, и я кое-как подавила искушение тайком его сфотографировать, чтобы пополнить копилку уединенных фантазий.

Жаль только, он бейсболист, а на этот контингент я наложила пожизненное табу. С другой стороны, любоваться настолько притягательными парнями никто не запрещал. Смотреть ведь абсолютно не вредно.

— Отлично, тогда я подготовлю документы на оба варианта, — голос Кристи наконец пробивается в сознание, вынуждая перестать раздевать Уилла. Похоже, пока я витала в облаках, все уже решили.

Черт, надеюсь, Адам выбрал ту квартиру, что дальше по коридору. Вид оттуда открывался куда более живописный.

— Простите, я немного замечталась, — поворачиваюсь к брату. — Так, где я в итоге буду жить?

Мой вопрос обращен к Адаму, но Кристи вклинивается раньше, чем тот успевает ответить.

— Оу, я и не знала, что вам тоже нужно жилье! — ее голос взлетает на такие ультразвуковые высоты, словно я только что сообщила о наступлении Рождества.

— Да нет, она имела в виду... — пытается вклиниться Адам, но Кристи напористо перебивает.

— Вам невероятно повезло! На следующей неделе освобождается еще одна квартира, как раз по соседству с той, что дальше по коридору. Вид даже лучше того, который вам так приглянулся, — она подмигивает. — Единственная загвоздка: там всего одна спальня и меблирована частично, зато арендная плата ниже.

Так, стоп. Секундочку. Аренда ниже? И не придется делить крышу с братом-перфекционистом?

— Она вполне может пожить... — снова пытается взять слово Адам, но на сей раз наступает мой черед перебивать.

— Погодите-ка, о какой сумме речь?

С тем жалованьем, что предложили «Блюз», съехать от брата рано или поздно я точно смогу, вот только поговорить об этом еще не успела. Я и помыслить не могла, что подобный шанс представится настолько скоро, но, черт возьми, если получится провернуть, я уцеплюсь за эту возможность обеими руками.

Кажется, в данную минуту я делаю Кристи счастливейшей из смертных.

— Сейчас принесу документы, чтобы свериться, но для вас этот вариант просто идеален, — щебечет она. — Я одной ногой здесь, другой там!

Едва за ней закрывается дверь, из груди вырывается восторженный визг.

— У меня будет собственный угол!

От одной мысли об этом дух захватывает. Самостоятельно я еще никогда не жила. И теперь, когда идея засела в голове, думать о чем-то другом просто невозможно. Я смогу раскрасить все в самые сочные цвета! Буду сочетать несочетаемое, как душеньке угодно, и никто слова не скажет – ведь жилье окажется моим.

— Адам, первая зарплата только в конце месяца, но я все-все верну. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, помоги в последний раз, и я честно перестану мозолить тебе глаза.

— Неужели со мной настолько невыносимо жить? — ворчит Адам.

Мой милый братец прекрасно знает: характеры у нас похожие и в то же время абсолютно разные. Мы смотрим на мир с оптимизмом, но если у Адама солнце сияет ровным, идеальным кругом, то мои лучи мечутся в лихорадке, меняя температуру и ежесекундно переливаясь всеми цветами радуги. И все же, вопреки различиям, с тех пор как я переехала, мы очень сблизились.

— Конечно, нет! Просто у меня появится собственное жилье, которого никогда не было.

Адам скрещивает на груди руки, всем видом показывая, что намерен отказать, но меня-то не проведешь.

— Первый месяц я оплачу, — сдается он, — а дальше давай сама.

Я