Представь нас - Молли Гоинс

Победа, кажется, за мной.

— Требую реванша! — протестует Бек, замечая мое приближение. — Кого я вижу, сам гребаный Уильям Андерсон. Как жизнь, дружище? Добро пожаловать в «Блюз».

Бек всегда был мне симпатичен: игрок надежный и парень, похоже, мировой – пусть и излишне общительный, но я честно пытаюсь соответствовать.

— Полагаю, меня могли обменять и в команду похуже.

— Вообще-то подобный обмен принято называть шагом вперед, — хохочет Бек, опуская кий на бортик стола. — Ты явился в самый удачный момент: Рейер-младшая только что в пух и прах разнесла меня в пул.

Отложив кий, Калли наконец переводит взгляд на меня. Рыжие волосы убраны в небрежную косу, и лишь отдельные пряди обрамляют усыпанное веснушками лицо.

— А я уже готова была биться об заклад, что ты решил соскочить, Уилл.

— Такой вариант рассматривался, но потом я подумал, что от злости у Адама может лопнуть какой-нибудь сосуд, и просто не мог тебя так подставить, — в ответ на ее игривый тон, усмешка появляется на губах сама собой.

Калли тихонько хмыкает.

— Спасибо, я очень это ценю.

Ее щеки слегка розовеют; заправив выбившиеся пряди за уши, Калли натягивает рукава свитера на ладони и скрещивает руки на груди. В Сиэтле все казалось проще, ведь она держалась на расстоянии – с глаз долой, из сердца вон, – но Калли настолько непринужденно красива, что я ума не приложу, как перенесу столько времени рядом с ней. Мы провели здесь от силы неделю, а я уже ловлю себя на мысли, что думаю о ней гораздо чаще, чем положено.

— Ну и где все? — я рассеянно оглядываюсь по сторонам.

Бек хлопает меня по плечу.

— Мы заняли несколько кабинок в глубине.

Я иду вслед за ними через зал, втайне гордясь собой: за всю дорогу ни разу не окинул Калли оценивающим взглядом.

— Ба, смотрите, кто наконец-то соизволил явиться, — Адам поднимается, уступая место Калли, чтобы та могла сесть. С другой стороны устраивается шорт-стоп «Блюз» Маттео Кинер; я знаю, что он счастлив в браке, а жена со дня на день ждет ребенка.

Адам теребит меня за плечо, привлекая внимание.

— Ты заблудился, что ли? Я уже поисковый отряд собирался высылать.

— Решил сделать небольшой крюк на байке, — отзываюсь я.

Адам возвращается на место, а я притягиваю стоящий позади свободный стул и пристраиваюсь с краю стола. Окинув компанию быстрым взглядом, я замечаю, что собралась большая часть основного состава, ну и еще пара-тройка игроков, чьи лица знакомы, а вот имена никак не припомню.

За нашим же столом сидят Маттео, Калли и Адам. Напротив расположились Бек и игрок третьей базы Трипп Пирс.

— Здорово, Уилл, — кивает Маттео. — Стоило Эллисону объявить о завершении карьеры, как вас тут же поменяли. «Мэверикс» что, внезапно решили, будто им жизненно необходима встряска в составе?

— Черт их разберет, — парирую я. — Может, Олссону просто приспичило увидеть в команде парней, бравших Мировую серию.

— Да иди ты, — ухмыляется Трипп, тянясь за пивом. — Ты теперь в «Блюз», приятель. Кубок Мировой серии следом не прилетел.

— Кубок не прилетел, зато притащился занозистый кэтчер, который мне в туалет спокойно сходить не дает.

— Эй! — Адам возмущенно вскидывает руки. — Я вообще-то организовал наш переезд, ясно? Не будь меня, ты бы до сих пор торчал в Сиэтле и огребал штрафы за опоздания.

— И Калли, — добавляю я. Еще по совместному перелету стало ясно: она соображает куда толковее, чем оба пытаются преподнести.

При упоминании своего имени Калли едва заметно оживляется. Наверное, полагает, будто окружающие не замечают, как она сидит, опустив голову, и безучастно слушает чужие разговоры, – но я-то все прекрасно вижу.

В Сиэтле сознательно предпочитал держаться особняком, однако специфику индустрии знаю отлично. Я умею проявлять дружелюбие, когда того требуют обстоятельства, а вот Калли, сдается мне, общаться по принуждению не привыкла.

— Кстати, о Калли, — заводит разговор Бек, поворачиваясь. — Кто бы мог подумать, что наш новый командный фотограф – форменная акула бильярда!

Калли закатывает глаза, но не удерживается от улыбки.

— Освоила в студенческие годы. И раз уж зашел разговор, победителю, кажется, причитаются палочки из моцареллы.

— Будет сделано! — Бек выбирается из кабинки и легонько трясет меня за плечо. — Что будешь пить, Андерсон?

Подобные вопросы всегда забавляют. Большинство из нас, профессиональных спортсменов, в барах давно не уходят во все тяжкие – разве что по особым поводам, – но я не пью вообще. От слова «совсем». И никаких расспросов на эту тему не терплю.

— Да брось, я сам что-нибудь возьму.

— Ладно, как знаешь.

Собравшись с духом, я ловлю на себе пронзительный взгляд зеленых глаз. Каким бы непреодолимым ни было искушение проверить, смогу ли пересчитать все веснушки на ее лице, на сей раз я полностью его игнорирую.

Удержаться оказывается чертовски трудно: я физически ощущаю, как она меня изучает.

— Пойду, пожалуй, поздороваюсь еще с парой ребят, — произношу я, отодвигая стул.

Брови Адама сдвигаются к переносице. Знаю: он рассчитывал, что я просижу на месте до самого ухода, да и сам бы не прочь, но у моей общительности есть четкие границы. Даже если влечение к Калли и добавило сегодняшней вылазке привлекательности, вряд ли стоит идти у него на поводу.

Заставляя себя поддерживать беседу еще битый час, я в основном зависаю с другими питчерами команды. «Блюз» всегда славились классной ротацией, но в связи с уходом на покой стартера Декса Ларсена в этом году и сменой генерального менеджера жутко любопытно, как перестроят состав. Позиция стартового питчера обсуждалась с агентом во время оформления обмена, однако я привык не придавать значения обещаниям, пока не увижу их на бумаге.

Посчитав, что долг вежливости выполнен, я решаю закругляться. Окидывая взглядом зал, невольно высматриваю одну рыжую макушку. Уверяю себя, будто просто нужно убедиться, что с ней все в порядке, и она хорошо проводит время, однако Калли нигде не видно.

Ошибиться я не могу: за вечер без труда выхватывал ее из толпы кучу раз. Какая-то часть меня порывается подойти к Адаму и разузнать, в курсе ли он вообще, где ту носит, но, в конце концов, он – ее брат. Нужно позволить ему самому выполнять обязанности и