Сломленная - Брэнди Элледж

Я отмахнулась от его слов.

— Да, конечно. Финн скоро вернётся домой.

Он слегка улыбнулся и кивнул.

— Сегодня я буду тренироваться с тобой.

Очень скоро пот заливал меня с головы до ног. Я пыталась уклоняться от всех ударов дяди, но никак не могла сосредоточиться на своём партнёре. Правда заключалась в том, что его слова всё-таки задели мой глубоко скрытый страх. Страх, который был хорошо спрятан, но всё же никуда не исчез. Эзра говорил, что нельзя жить бесконечными «а что, если», но сказать это было гораздо легче, чем сделать.

Я уклонилась от тяжёлого кулака дяди, и в голове у меня крутилось только одно: А что, если Финн так никогда и не научится контролировать своего зверя?

Глава 4

По мере того как дни быстро превращались в недели, я падала духом сильнее, чем когда-либо. Моими Дарами стало легче пользоваться, и я была могущественнее, чем даже близнецы могли надеяться, но сердце у меня не лежало к предстоящей битве. Я знала, что Метатрон пытался подначить меня использовать мои силы, но не могла не вспоминать его слова. Да какое там вспоминать; я разбирала их на части и прокручивала снова и снова.

Прошел месяц, а поговорить с Финном мне так и не удалось. Каждую ночь я искала его. И каждую ночь он захлопывал дверь прежде, чем я успевала до него добраться. Мои надежда и вера начинали угасать.

Светлой стороной было то, что Академией Серафимов хорошо управляли Дэн и Ричард. Они нашли место, где могли остановиться все из Академии Одарённых, и уже через пару недель у каждого либо была работа, либо он проходил обучение. Я тоже продолжала тренироваться, но с грустью должна была признать, что, когда дело доходило до ближнего боя, у меня ничего не получалось. Если я противопоставляла свои Дары другим, то всегда выходила победительницей, но без использования Даров я была довольно паршивым бойцом. Смысл тренировок заключался в том, чтобы, когда мы чувствовали, как наши тела выбиваются из сил, мы могли положиться на свою боевую подготовку. Даже Луна справлялась лучше меня.

Я стояла посреди грязного поля, получая взбучку от Ричарда.

— Девчонка, без Даров ты ни на что не годишься. — Его акцент был отрывистым и грубым, совсем как его характер.

— Ух ты, здоровяк, очень ценю, что ты указал мне на это, но, кажется, я сама догадалась об этом примерно на пятидесятый раз, когда ты швырнул меня в грязь.

Он презрительно фыркнул.

— Я даже не стараюсь. Жалкое зрелище.

— Настолько жалкое, что заслуживаю передышку?

Реми вразвалочку подошла ко мне.

— Девочка, не хочу хвастаться, но я просто чертовски крута. Ну, знаешь, вполне возможно, ты увидишь меня в одном из будущих фильмов, где я буду напарницей Джейсона Стэйтема. Да, я настолько офигенная.

Мимо неё прошёл подросток, зажимая нос, а она ему подмигнула.

— Такой талант, как причинять людям боль, у меня просто от природы.

— Правда? Может, это передастся подруге. Она отстой, — сказал Ричард.

— Спасибо, Дик, — съязвила я, заставив его зарычать.

— Даже высокая неуклюжая подруга лучше тебя, — поддел меня Ричард.

— Но она лучше меня? — спросила Реми. — Знаю, это прозвучало ужасно соревновательно и почти стервозно, но вообще-то именно так я и хотела, чтобы это прозвучало.

Ричард несколько секунд молчал, потом ткнул большим пальцем в сторону Реми.

— Да, и эта ещё и сумасшедшая.

Я закатила глаза, пока Реми говорила ему:

— Дело не в исполнении. Просто момент был выбран неудачно.

Ричард посмотрел на меня, и я объяснила:

— Потому что ты слишком долго тянул, прежде чем её оскорбить. Надо быстрее, Дик.

Он покачал головой.

— Вы обе сумасшедшие. И перестань звать меня Диком.

Над полем раздался свисток. Затем крикнул Дэн:

— Нам нужен доброволец.

Ричард указал на меня.

— Вот эта.

Я застонала.

— Почему я? — спросила я, но Ричард уже уходил.

Реми похлопала меня по спине.

— Может, потому что он тебя ненавидит, а может, потому что ты и правда ужасна в рукопашном бою. В любом случае мои соболезнования.

Ханна подошла и встала рядом со мной с другой стороны, пока Дэн и ещё около шести мужчин тащили через поле огромный ящик на колёсах. Через плечи у них были перекинуты цепи, которыми они тянули металлический ящик к нам.

— Не знаю, что в этом ящике, но выражение лица Ричарда вызывает у меня жуткую тревогу, — сказала Ханна.

— Ага, по-моему, он ненавидит Габриэллу, — сказала ей Реми.

Мужчины остановились, когда добрались до середины поля. Затем Дэн крикнул сотням собравшихся на поле:

— Если вы бессмертные, встаньте кругом вокруг ящика. Если вы смертные, идите на трибуны.

— Эм… От одного этого предложения у меня уже крапивница начинается, — призналась я.

— Габриэлла, — сказал Дэн, — за этими дверями находится твой враг. Я хочу, чтобы ты уложила его, используя только оружие по своему выбору.

Я уперла руки в бока.

— Я ужасна с оружием.

— Мы знаем, — одновременно сказали Ханна и Реми.

Я сердито посмотрела на них обеих, затем решительно направилась к длинному столу, который Ричард поставил раньше, и выбрала своё любимое оружие — пару клинков с внушительным крюком на конце. Они были моими любимыми потому, что мне нравилось, как они лежали в руке, а не потому, что я владела ими лучше, чем любым другим оружием.

Дэн и Ричард открыли двери металлического ящика, и наружу вышел демон с отвратительной внешностью. Я хотела провернуть один из клинков кистью, но неверно рассчитала вес железа, и он упал в грязь.

Реми подняла его и сказала толпе:

— Она специально. Проверяла силу притяжения.

Она подмигнула мне, возвращая клинок.

Не было никаких сомнений, что мои навыки рукопашного боя стали лучше благодаря Финну, но тягаться с демоном я всё равно не могла. По ухмылке Ричарда было ясно, что он тоже это знал.

Клинок казался тяжёлым в моей руке. Больше всего на свете мне хотелось призвать свои Дары.

Разминая плечи, я сказала:

— Ладно, давай покончим с этим.

Реми запрыгнула на стол, на котором лежало оружие, сложила ладони рупором у рта, чтобы все её слышали.

— Дамы и господа, в левом углу у нас Габриэлла в милых брюках военного покроя и облегающей хлопковой футболке. Весит далеко не достаточно и ростом намного ниже своей соперницы… то есть соперника, который стоит в другом углу нашего воображаемого ринга. А теперь встречайте противоположный