На полной скорости - Рут Стиллинг

Она права. Чертовски права.

— Это была моя первая татуировка.

Дженна обхватывает ладонями мой затылок, и я откатываюсь в сторону, опускаю её на борт и встаю между её ног.

— Сэр, мы не разрешаем людям сидеть...

Парень, работающий на катке, останавливается как вкопанный, когда я рычу на него. Он не испортит мне этот момент с моей девушкой.

— Неважно. Продолжайте, — он отмахивается от меня, широко раскрыв глаза.

— Я не должна считать это сексуальном, — вздыхает Дженна. — Но именно сейчас — да.

Я беру её руку и снова кладу себе на сердце.

— Это была первая татуировка, которую я сделал. Сразу после встречи с Алексом, когда он выгнал меня из своей квартиры, у меня было время до рейса домой, вот я и сделал свою первую татуировку. Она символизирует разрыв связей.

Дженна смотрит на мою грудь, как будто пытается разглядеть её сквозь одежду.

— Типа… вычеркнуть из жизни маму и папу?

Это было не то, что я собирался сказать, хотя она не ошибается.

— Скорее разорвать связь со своими чувствами. Мне казалось, что заботиться о людях — это преступление. Что проще просто уйти от эмоций и любых отношений. Боль, которую причинили мне родители, здорово подкосила меня, Джен. И до сих пор не отпускает.

— Ты слишком долго держишь в сердце столько гнева, Томми.

— Разве ты не испытываешь обиду по отношению к своим родителям за то, что они предпочли твоего брата тебе?

Её темные волосы почти такие же черные, как шапочка на ней. Но в самой Дженне нет темноты. Она, конечно, дикая, но её душа чиста, как свежий лёд на арене.

— Какой смысл держаться за гнев или обиду? Просто отпусти это и сконцентрируйся на людях в твоей жизни, которые приносят тебе радость и чувство безопасности. Если рядом с ними ты не чувствуешь себя хорошо — они не стоят ни секунды твоей энергии.

Она прижимается своим лбом к моему, глядя мне прямо в глаза.

— И, да, можешь считать это комплиментом. Я бы не была здесь с тобой, если бы не хотела.

Как будто я гребаный подросток или что-то в этом роде, мой член реагирует мгновенно.

— Останься у меня на ночь. Поехали ко мне. Посмотрим фильмы, я приготовлю ужин. Я пристрастился ко времени с тобой, ты заставляешь меня чувствовать себя… хорошо.

— Ну это зависит от кое-чего, — она усмехается.

Обхватив ладонью её затылок, я касаюсь её губ своими.

— От чего?

— От того, есть ли в меню то безумно вкусное карри, которое ты мне готовил. Я не переставала думать об нём с тех пор, как достала последнюю порцию из морозилки.

— Я могу научить тебя его готовить, если хочешь?

Она отстраняется, морща нос.

— Ненавижу готовить. Просто приходиться.

— Ах да, — шучу я. — Ты предпочитаешь заплесневелую, ужасную пиццу навынос, которая может вызвать пищевое отравление.

Она выглядит искренне обиженной моим замечанием.

— Вообще-то, я стала есть намного лучше с тех пор, как встретила тебя.

Я наклоняюсь вперед, так что мой твердый член упирается в её прикрытой джинсами киске, и, клянусь Богом, я чувствую, как она становится влажной.

— Что ты пытаешься сказать мне, Джен? Что я оказываю положительное влияние на твою жизнь? — в моих словах полно самоуверенности, но я имею в виду каждое слово.

— Определенно, когда дело доходит до моего плана питания.

— Мммм, — мычу я ей в губы. — Кстати, о питании...

— О Боже мой... — тихо произносит она, когда я прижимаюсь к ней чуть сильнее.

Я изо всех сил стараюсь держать всё в рамках приличия, поскольку на катке всё ещё есть несколько семей.

— Думаю, мне пора подкрепиться, — я опускаю глаза на её киску, теперь я уверен, что она мокрая. — И моя девочка сегодня в меню.

Она прикусывает нижнюю губу.

— Вместе с карри из тыквы с орехами, — добавляю я, вызывая у неё смешок.

— Хорошо, — отвечает она через пару секунд. — Я поеду с тобой домой.

Я загораюсь, как гребаный подросток, когда он видит свою девушку на школьных танцах.

Дженна спрыгивает с борта и хлопает меня по плечу.

— Не слишком увлекайся, Томми. Я использую тебя только из-за твоих кулинарных способностей.

ГЛАВА 36

ДЖЕННА

За те месяцы, что я знаю Томми, я сделала о нём немало предположений. Но одного я точно не ожидала — насколько он может быть тактильным с девушкой.

С того момента, как он обнял меня за талию на уличном катке после того, как мы ушли из “Rise Up”, не прошло и минуты, чтобы он не нашёл способа прикоснуться ко мне.

Как будто он знает, что физические прикосновения — это мой язык любви. И я начинаю думать, что и его тоже.

Томми был прав, когда сказал, что мы, по сути, одинаковые. Сейчас у меня всё меньше причин с ним спорить об этом. И, честно говоря, я и не хочу.

Взяв меня за руку, он выводит меня из лифта в свою квартиру, сканируя дверной замок своим брелоком. В последний раз, когда я была здесь, я сбежала оттуда после очередного срыва из-за того, что переспала с ним. Та ночь закончилась не очень хорошо, но такое чувство, что с тех пор между нами многое изменилось.

Мужчина, стоящий передо мной, снимающий с меня шапочку и куртку, уже не тот, кем он был тогда.

Нет. Он всегда был таким человеком. Просто теперь позволяет мне увидеть себя настоящего.

Осознание того, что именно мне он открывается, наполняет сердце теплом. Томми — единственный парень, которого я знаю, кому вообще не нужно стараться, чтобы выглядеть так же горячо, как в смокинге. Меня всегда до боли привлекали его телосложение и внешность. И теперь, когда я могу разглядеть человека, скрытого под татуировками и мускулами? Лучше ему не причинять мне вреда.

Неуверенность овладевает моими мыслями, когда он смотрит на меня сверху вниз. Только лампа в углу его гостиной освещает его лицо. Я могу сказать, что он пытается разобраться в том, что происходит у меня в голове. Удачи ему, поскольку я и сама не знаю. Мысли путаются, но одно я знаю точно: я хочу быть здесь, рядом с ним.

— Я знаю, что обещал приготовить для тебя, и я сдержу обещание. Но прямо сейчас я действительно хочу тебя, Дженна.

Он проводит рукой вниз по моему боку, обхватывая ладонью мое бедро и ещё сильнее прижимая