На полной скорости - Рут Стиллинг

— Боже, для меня это чертовски странно, — заявляю я, проводя рукой по волосам, промокшим от пота.

Сойер выглядит озадаченным.

— Ты про то, чтобы говорить с людьми о чувствах или вообще говорить с людьми?

Я не могу удержаться от смеха над собой.

— Боже мой, — Джек указывает на центр моей груди. — Я только что был свидетелем смеха Томми Шнайдера?

— Именно так, Джек. Я сам всё ещё пытаюсь разобраться в этом феномене, — отвечает Эммет.

— Отвали, — отвечаю я.

— И вот всё вернулось в норму, — быстро вставляет Арчер.

Я сдерживаю очередной смешок и возвращаю внимание на Дженну.

— Не буду утомлять вас подробностями, но...

— Нет. Пожалуйста, утоми нас подробностями. Мы хотим знать всё, от начала до конца, — Джек делает шаг вперед.

Сойер втягивает голову в плечи.

— Я говорю это с величайшим уважением к нашему капитану. Но, пожалуйста, Джон, заткнись к чертовой матери и дай парню выговориться.

Я бросаю на Сойера благодарный взгляд.

— Джон? — Джек поворачивает голову к Сойеру. — Меня зовут Джек.

Сойер только усмехается ему.

— Прости, я на секунду перепутал вас двоих. Вы как две капли воды.

Джек прищуривается, глядя на него, и я снова смеюсь. Я также понял, что, хотя тренер Морган и отчим Джека, они на самом деле очень похожи, и это чертовски выводит из себя моего капитана.

Полезно знать.

— В общем… да, у меня есть чувства к Дженне, — я перехожу к сути. — Я нахожусь на неизведанной территории, потому что раньше никогда даже отдаленно не интересовался девушкой. Проблема в том, что мы начали не с той ноги, и теперь я пытаюсь загладить вину за то, что был мудаком. Может мы и начали с взаимной ненависти, но со временем всё изменилось. Мы начали встречаться... — я делаю паузу и формулирую точнее. — Ну, точнее, я просто постоянно появляюсь у неё в квартире, потому что не могу держаться от неё подальше.

Я провожу рукой по лицу и смотрю на своих товарищей по команде, которые терпеливо ожидают, когда я продолжу.

— До встречи с Дженной, каждый человек, которого я когда-либо знал, был убежден, что я мудак, — выдыхаю я и бросаю взгляд на Сойера. Кроме Дженны, он ближе всех к тому, чтобы разглядеть, что скрывается за моей бравадой. — Я понимаю, почему она меня возненавидела. Я ударил её брата и обращался с ней как с дерьмом, но, кажется, теперь я знаю, почему так себя вел.

— Почему? — тихо спрашивает Арчер.

Я качаю головой, вспоминая, как я сказал ей, что она слишком взрослая, чтобы заинтересовать молодых парней вроде меня.

— Потому что она меня пугала, а я, казалось, не производил на неё никакого впечатления. Она стойко переносила мои насмешки, — я чешу затылок. — Она поздно ночью подложила мне в номер “Surf and Turf”, чтобы утром я наступил на него и пытался понять, что за так воняет.

— Что?! — вырывается у Джека.

Я морщусь.

— Когда мы были в Бостоне, я… ну, типа уронил ей ужин на колени. Тот самый “Surf and Turf”, в который потом наступил ночью.

Я смотрю на них четверых, у всех красные лица.

— Давайте. Смейтесь, — говорю я, делая жест рукой.

Громкий смех наполняет раздевалку.

Я даю им пару секунд прийти в себя. Как чертовы детсадовцы.

— Так продолжалось долгое время. Мы трахались, а потом она убегала, ненавидя себя за то, что была со мной, но в то же время не в силах сказать “нет”, — я смотрю в пол. — Я тоже.

Когда я поднимаю голову, Джек и Арчер обмениваются взглядами.

— Что? — спрашиваю я.

Джек отмахивается от моего вопроса.

— Просто то, что ты сказал, Арчер часто так делал, когда был плейбоем.

Джек может не придавать этой фразе значения, но она не так уж бессмысленна. Я это понимаю.

— Думаю, именно поэтому Дженна меня пугает, — я сглатываю и думаю о вполне реальной возможности, что она может решить, будто я не стою риска, и переключиться на кого-то другого. Я бы не стал её за это винить. Я, мягко говоря, не идеальный кандидат в парни.

Хотя я знаю, что мог бы быть с ней.

— Она невероятно самоуверенна в постели. Она чертовски хороша и очень умна. А если добавить, что она профессиональная футболистка и вот-вот станет капитаном команды… — я тяжело сглатываю. — У меня вообще есть хоть какой-то шанс? Дженна была уверена, что я играю с её сердцем и разумом, но... — я усмехаюсь, понимая, что меня обыграли по всем фронтам. — Это она всё время играла со мной. Даже если ни один из нас этого не осознавал.

Сойер хлопает меня по плечу, сжимая его ладонью, и я несколько раз моргаю. Что такого есть в этом парне, что будоражит что-то глубоко внутри меня?

Я поднимаю на него взгляд, не заботясь о том, что он, скорее всего, видит все мои эмоции. Он — настоящий отец, образец того, как нужно относиться к сыну. С такими родителями как он и Коллинз, Эзре невероятно повезло.

Дженна снова была права, когда сказала, что если я перестану вести себя как мудак и дам людям шанс, я смогу увидеть в них хорошее.

Прямо здесь, в раздевалке “Blades”, я чувствую, что влюбляюсь в нее немного сильнее.

— Я в полной заднице, — говорю я, опуская голову и пощипывая переносицу. — Мои чувства к ней становятся сильнее, даже когда её нет рядом.

Джек прочищает горло, подходя ко мне, в то время как Сойер отступает на шаг.

— Ты не в заднице, приятель. Ты просто на пути к величайшему гребаному искуплению, свидетелем которого я когда-либо был, — он обводит рукой раздевалку. — Каждый здесь видит, как ты вкалываешь ради команды, и уважает это. Ты проглотил свою гордость и стал тем игроком, которым, мы знали, ты можешь быть, — он придвигается ещё ближе, понижая голос, чтобы сохранить наш разговор в тайне. — И, что касается меня лично, моё уважение к тебе возросло, когда ты сделал то, что сделал, чтобы защитить Дженну от этого ублюдка.

Он не произносит имени Итана, да ему и не нужно этого делать.

— Я могу судить о глубине твоих чувств только по тому, как ты смотришь на неё.

Я просто киваю ему, как раз в тот момент, когда дверь раздевалки распахивается и входит тренер Морган.

Он осматривает раздевалку, и его поиски наконец заканчиваются, когда он натыкается на меня, стоящего рядом