На полной скорости - Рут Стиллинг

— Я хочу сделать так много всего с этим упругим телом. Раскрыть его так, как ты даже не представляла. Довести тебя до того, чтобы ты замирала в ожидании каждого моего движения... — он облизывает мои губы с собственническим рычанием. — Я влюбляюсь в тебя, Дженна. Я никогда не любил девушку, но я знаю, что мог бы полюбить тебя. Ты мой дьявол и мой ангел. Мой мучитель и моё убежище. С тобой я способен на невозможное. Любовь. Принятие себя. Спокойствие.

Мои глаза стекленеют. За всё время, что я встречалась с Ли, он ни разу не сказал мне, что влюбляется в меня. Ни один мужчина никогда не проявлял такой честности.

Пока я смотрю на него снизу вверх, он легонько проводит татуированными пальцами по моей шее.

— Я так сильно хочу переспать с тобой, но не могу. Не сегодня.

Между его бровей появляется складка.

— Почему и нет?

Мне двадцать семь, и я не должна так смущаться из-за месячных.

— Я… сейчас такое время месяца и... — я замолкаю, опуская взгляд вниз по своему телу.

Томми улыбается мне сверху вниз, проводя пальцами по моим волосам.

— Я не силен в женских намёках, но, по-моему, ты пытаешься сказать мне, что у тебя месячные.

Я зажимаю нижнюю губу зубами.

— Почему у меня такое чувство, будто я снова стала подростком, и мне нужно, чтобы ты отвез меня в магазин за тампонами?

Томми целует меня в переносицу.

— И почему ты самая милая девушка, которую я когда-либо видел? Мне плевать, что у тебя там кровь, — он на секунду замолкает. — Если, конечно, это не важно для тебя?

— Мне всё равно, — шепчу я. — Но почти каждому парню, с которым я когда-либо была, было не всё равно.

Что-то похожее на ворчание вибрирует в его груди, прежде чем он одним движением снимает толстовку и рубашку, оставаясь в одних джинсах.

— Я не хочу, чтобы ты даже думала, не говоря уже о том, чтобы говорила, о другом мужчине. Единственный член, на котором ты когда-либо будешь кататься — мой.

Он тянет за подол моего свитера, и я поднимаю руки над головой.

— Чёрт возьми, Дженна, — он опускает взгляд на моё тело, при этом кусая свой кулак. — Ложись в мою постель и, чёрт возьми, оставайся там, пока я не разрешу тебе уйти.

Я оказываюсь у него за плечом ещё до того, как он заканчивает предложение.

Когда он с глухим стуком захлопывает дверь своей спальни и швыряет меня на свой матрас, мы погружаемся в темноту. Всё, что я слышу, — это как он расстегивает молнию на брюках и как звенит пряжка ремня, когда он сбрасывает брюки на пол.

Я сгораю от желания, пытаясь найти пуговицу на своих джинсах, когда он останавливает меня.

— Встань на четвереньки.

Я представляю, как он будет брать меня медленно, точно так же, как в последний раз, когда мы провели ночь вместе. Я думала, что хочу того же сейчас. Но, глядя в его глаза, полные страсти и решимости, я знаю, что Томми хочет дать волю чувствам.

Он стягивает с меня джинсы и трусики, не заботясь о том, что на внутренней стороне бедер остаются кровавые разводы. Во всяком случае, это зрелище только разжигает в нем желание.

Я делаю, как он просил, и встаю на четвереньки на его кровати.

— Я могу испортить твои белые простыни, — говорю я ему, чувствуя себя такой же возбужденной, как и он. — И я заранее приношу за это извинения.

Теперь полностью обнаженный, Томми стоит на коленях прямо у меня за спиной, матрас прогибается под его весом. Городские огни создают мягкое свечение, и я вижу, как блестит его твердый член.

— Мне не нужны твои извинения, чертовка, — рычит он на меня. — Мне нужна твоя киска. Уткнись лицом в матрас и подними для меня свою прелестную задницу.

Он сильно шлепает меня по заднице, и я дергаюсь вперед, зарываясь лицом в простыни.

— Ты помнишь наше стоп-слово?

Я киваю.

— Хорошо.

Ещё раз ударив ладонью по моей заднице, он погружает язык в мою киску, свирепо вылизывая меня.

— Так чертовски великолепно, — напевает он, приближаясь к моей заднице.

Я знала, что ему не потребуется много времени, чтобы подразнить мою задницу, ведь анальный секс — его любимый вид секса.

— У тебя могут быть месячные всё время?

Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него.

— Нет, не с такими болями, которые обычно бывают.

В ответ Томми проводит своей теплой ладонью по моей пояснице, всё ещё доставляя мне удовольствие.

— Хочешь, чтобы я не торопился?

Я прищуриваюсь, глядя на него.

— Я хочу, чтобы ты взял меня сильнее, чем когда-либо. Жесткий оргазм на самом деле помогает мне справиться с болью.

Губы Томми окрашены в красный цвет, когда он отстраняется и дочиста облизывает их. Он такой дерзкий и сексуальный и...срань господня...толкается в меня самым твердым членом, который я когда-либо чувствовала.

— Твоя киска такая красивая, Дженна. И зная, что я единственный мужчина, который трахал тебя вот так, единственный мужчина, которому ты когда-либо позволяла видеть себя в таком виде? — он качает головой и проводит пальцами по моему клитору, поднося их ко рту, чтобы попробовать на вкус. — Я одновременно и взволнован, и польщен.

Другой рукой он раздвигает мои колени шире, открывая меня для себя именно так, какой он меня хочет.

Судороги в пояснице сменяются нарастающим напряжением, когда я крепко сжимаю его член.

Томми выходит и снова врезается в меня, вырывая стоны из нас обоих.

— Сильнее, — требую я.

Он наматывает мои длинные волосы на кулак, поворачивая мою голову к себе. От следующего толчка у меня перед глазами вспыхивают звезды, и я смотрю в потолок. Я насаживаюсь на его член и пачкаю его простыни, и я никогда не была так чертовски возбуждена.

— Тебе это нравится, Дженна? — он со стоном задает свой вопрос, снова прижимаясь ко мне бедрами.

Я просто стону на всю комнату — единственный ответ, который я способна дать ему прямо сейчас.

— К чёрту это. Мне нужно тебя увидеть, — всё ещё находясь внутри меня, Томми тянется к прикроватной лампе. — Чёрт, детка, — объявляет он, и в его голосе слышится юмор. — Я весь в тебе.

Охваченная смущением, я отстраняюсь от него и собираюсь слезть с кровати, но Томми хватает меня за левую лодыжку и тянет обратно под себя.

— Куда ты направляешься?

Моё лицо,