Начало - Ана Эм

Нужно встать и пойти узнать, вынес ли Совет решение, однако тело не двигается. Ему здесь спокойно, безопасно. Вспоминаю, как в детстве вечно пряталась в лесу, где не было ни души. Где был лишь шепот деревьев и запах мокрой земли. Здесь все иначе. Воздух насыщен ароматом цветов и хвои. Сверчки играют свою музыку. А где-то за пределами этого мира раздаются голоса, разговоры. Где-то там мне нужно искать артефакт. Где-то там поджидает война. Где-то там мне суждено погибнуть с кольцом на пальце в виде цветов. Но здесь ничего такого нет. Здесь только я.

В воздухе вдруг вспыхивает зеленый крошечный огонек. Один. Второй. Третий. Они мерцают меж листвы, разгоняя тьму. Я невольно поднимаюсь на ноги, пытаясь уловить, откуда они берутся. Кажется, из леса. Да. Они окружают меня мягким светом, и я невольно улыбаюсь. Затем замечаю что-то краем глаза и тут же замираю на месте. У самой кромки леса сидит тот самый волк, что я видела вчера. Его белоснежный мех отливает серебром под лунным светом. А яркие золотистые глаза горят в темноте. Как и тогда, он просто наблюдает за мной, и меня почему-то тянет к нему.

Слышу шаги за спиной и резко оборачиваюсь.

Два зеленых хмурых глаза смотрят на меня с весельем.

Эдина.

Старушка подходит ко мне, и браслеты на ее руках звенят при каждом шаге.

– Она выбрала тебя. – ее хриплый голос спокойный и ровный.

– Кто выбрал?

Мои брови сходятся на переносице. Если она здесь, то решение принято.

Вместо того, чтобы ответить Эдина хватает меня за руку и раскрывает мою ладонь.

– Да. Точно. – ее скрюченный палец стучит по центру ладони. – Кровь бурлит, я это сразу заметила.

Выхватываю руку, невольно напрягаясь.

Она смеется, обнажив зубы.

– Горячая кровь. Жуткая смесь, если подумать.

– О чем вы говорите?

– О тебе, девочка, только о тебе. Таких, как ты нет. Но еще будут. Я это чувствую. – она поднимает лицо к небу и делает глубокий вдох. – Да. Точно. Лес изменился. Я это чувствую. Волчица и мать защитит тех детей. Они одно целое.

Ее слова звучат как полный бред, отчего у меня возникает желание сбежать от нее подальше.

Старушка склоняет голову набок, сверкая зелеными глазами. Они действительно слегка светятся в темноте. Как эти огоньки.

– Ты боишься? Не бойся, лес не причинит тебе зла. Он защищает тех, кто защищает его.

– О чем вы вообще говорите? – огонь снова набирает обороты в самом сердце.

– Обо всем. И ни о чем конкретно. Скажи, это трудно?

– Что трудно?

– Быть эмпатом и подавлять свои чувства.

Мои глаза округляются. Откуда она знает, что я..?

Ее губы растягиваются в игривой улыбке.

– Вижу, что трудно. Но не вижу зачем тебе это.

Она проходит мимо и опускается на скамейку, где я только что сидела. Я остаюсь стоять и замечаю, как огоньки в воздухе будто бы следуют за ней.

– Знаешь, что бывает, когда эмпат с твоей кровью подавляет все, что чувствует?

Что значит с моей кровью?

Я хмурюсь, складывая руки на груди.

Она вскидывает руки, изображая взрыв.

– Бууум.

Вздохнув, она протягивает руку к кусту рядом с собой.

– Этому саду и правда требуется уход. Ты права.

Что?

– Долго ты так не протянешь. – раздосадовано качает головой. – Не сопротивляйся своей природе. Она знает, как лучше.

– Я вообще ничего не понимаю.

Ее зеленые глаза находят мои, и старушка улыбается.

– Ты поймешь. Все уже решено. Твоя судьба уже сплетена и крепко связана с землей, подобно корням этих деревьев.

Я невольно вспоминаю Еву и ее предсказание о моей смерти, о том, что я уже избрала свой путь.

– Сейчас тобой движет страх. – ловит руками что-то и тут же раскрывает ладони. Зеленый огонек вырывается на свободу. – Отбрось его, обуздай или используй, но не подавляй.

– Кто вы такая?

Женщины не могли быть оборотнями. И человеком она явно не была.

– Я Эдина. Но лучше задай вопрос, который тебя на самом деле интересует.

– Не понимаю…

– Кто ты?

Мой рот открывается, чтобы напомнить ей свое имя, но она перебивает меня.

– Ты не знаешь. – снова качает головой. – Даже не догадываешься. Все толкаешь и толкаешь. И ничего не знаешь.

Я хмурюсь сильнее. Нужно уходить, но ноги почему-то прирастают к земле.

Старушка медленно встает.

– Знаешь, почему твой дар такой редкий и сильный?

Я молчу, потому что не знаю, что ответить.

Тогда Эдина подходит ко мне в плотную.

– Эту землю защищает природа. Баланс. Поэтому ты не видишь чужие сердца. Но то, что делает тебя опасной находится не снаружи, а внутри. – она указывает на мое сердце. – Ни одна магия не способна заглушить сердце эмпата. Оно то и есть твое главное оружие. Не бойся его слушать.

Воздух пронзает оглушительный вой. Я вздрагиваю, озираясь по сторонам. Но Эдина лишь улыбается. Светлячки вокруг нее вспыхивают с новой силой.

– Ты нужна ему. – взмахивает она рукой. – Мои друзья отведут тебя.

Эдриан.

Тысячи светлячков взмывают в небо, указывая путь. Не думая ни секунды, я бросаюсь в сторону дома, огибая его, и сворачиваю направо. Ноги сами несут меня вперед, и я не знаю, почему. Зеленый свет устремляется в лес, и я врываюсь в темноту, следуя за этим странным ощущением в груди. Пульс стучит в висках, а мысли засасывает громкое биение сердца. Я бегу и бегу следом за светлячками. Они вдруг замирают на месте, начиная кружить по кругу. А в следующую секунду гаснут, и я резко останавливаюсь. Пытаюсь перевести дыхание. Легкие горят огнем.

Какого черта я вообще творю?

Прохладный ветерок щекочет кожу, развивая волосы. Смотрю по сторонам, и ничего не вижу.

Справа раздается рычание, и я резко оборачиваюсь.

Медовые глаза сверкнули в темноте.

Эдриан.

Он делает шаг ко мне, оскалив зубы. Его сила, его размеры должны вызывать ужас, но я почему-то не могу отвести взгляд. Тепло вспыхивает в груди, и мне кажется, будто мир уменьшается, исчезает вокруг. Остаемся лишь мы.

Эдриан клацает зубами, наступая, желая напугать. Хочет, чтобы я ушла. Но я не могу. Ведь страха нет. Только тепло. Оно согревает изнутри, даря это странное ощущение безопасности.

Делаю шаг к нему, и оскал исчезает. Волк замирает на месте, и лишь ветер шевелит его светлый мех. Интересно, какой он наощупь?

Поднимаю руку и медленно приближаюсь, пока не подхожу вплотную. Наши глаза оказываются почти на одном уровне, и я, задержав дыхание, кончиками пальцев касаюсь мощной челюсти. Мех мягкий, теплый, словно пушистое одеяло. Эта странная мысль вызывает на губах