С чистого листа. Ведьма общей практики - Елена Филимонова

узнала об их существовании, сразу решила, что нам с Арин они необходимы. Я не могла находиться возле нее круглосуточно, и мне будет спокойнее от осознания, что в любой момент она может связаться со мной.

— Хочешь попробовать?

— Конечно! — у нее аж глаза засветились.

Другого ответа я и не ждала.

— Тогда надо выбрать предметы.

Это однозначно должно быть что-то, не привлекающее внимания: Клифтон не должен ничего заподозрить. Арин предложила сплести одинаковые браслеты: в прошлый раз мы нашли в кладовке несколько баночек с блестящим разноцветным бисером.

— Лучше, если это будет то, что дядя уже видел на тебе, — мягко возразила я.

Арин задумалась, а потом взялась за тонкую нитку речного жемчуга у нее на шее.

— Это подойдет?

— Вполне.

Моим амулетом стала деревянная заколка.

Осталось самое главное (и самое сложное) — установить между ними связь.

Трудности меня не пугали. Еще в юности, когда я только-только готовилась к вступительным экзаменам в медицинский и тряслась от страха, мама дала простой, но очень важный совет. Если слово «проблема» заменить на «задача» мозг автоматически перестраивается.

Эта маленькая уловка помогала мне в течение всей жизни, а в новом мире, когда все, во что я верила, полетело кувырком, оказалась незаменимой. Но главное — мне нравилось приручать собственную магию.

Закончили мы лишь к вечеру. Вложить в каждый из амулетов часть ауры и «запечатать» внутри оказалось не сложно, а вот установить связь… Внутри дома амулеты реагировали отлично, но, как только расстояние увеличивалось, контакт прерывался. Пришлось начинать все сначала. И так пять раз.

«Задача, задача, задача», мысленно повторяла я, когда, после очередного провала мне хотелось опустить руки.

— Если не получится сегодня, не страшно, — сказала Арин, когда мы стояли на крыльце, куда вышли перевести дух. — Продолжим завтра. Нам же не горит.

В том-то и дело, что я не могла сказать наверняка. Город вернулся к привычному ритму жизни, но как долго продлится затишье? А еще Арин с ее привычкой гулять по лесу среди ночи. Она обещала, что впредь это не повторится, вот только… то же самое я слышала от нее в первый раз.

Нет, уж чем раньше сделаем амулеты, тем лучше.

— Идем, — я мягко обняла ее за плечи и повела обратно в дом. — Попробуем еще раз.

Через час с небольшим мы стояли в гостиной и держали в раскрытых ладонях свои амулеты.

— Ну… — выдохнула я. — Давай.

Арин шепотом произнесла слова, и заколка в моей руке ответила слабым разрядом. В пределах комнаты сигнал был отличный.

— Отлично. Посмотрим, что будет на улице.

Я вышла на крыльцо и скрестила пальцы за спиной.

Следующие несколько секунд показались мне неестественно долгими, а потом… Заколка вспыхнула неярким голубым светом и, я ощутила легкую вибрацию. Действует!

Я спустилась с крыльца и дошла до ручья в центре поляны. Амулет продолжал мерцать.

Чуть позже мы повторили эксперимент уже с бусами Арин. Заклинание сработало, по крайней мере, в пределах поляны.

— Билл проводит тебя, — сказала я. — А как окажешься дома, попробуешь уже из своей комнаты.

Она не хотела возвращаться, но понимала, что задерживаться опасно. Фантом скоро исчезнет, к тому же он все равно не может быть полностью идентичен владельцу, и если Барт почует неладное…

— Увидимся на следующих выходных. Только, пожалуйста, не ходи больше в одиночку.

* * *

Дни текли своим чередом. Я продолжала лечить Марту, обедала в таверне, а по вечерам исправно получала сигналы от Арин. Амулеты действовали. Мы разработали простенькую систему: один сигнал значил «проверка связи, все хорошо», два «нужна помощь», а три «Беда!». Впрочем, я надеялась, что до последнего не дойдет.

Томас по-прежнему не объявился, но в один из дней я случайно уловила кусок беседы завсегдатаев «Бригетты»: один из них только что вернулся из соседней деревни и сообщил, что гоблинов там оказался целый выводок.

— Нашему охотничку придется попотеть, — он хлопнул кружкой о стол.

Значит, в ближайшие дни Томас не объявится. Я скучала по нему, но теперь к этому чувству добавилась тревога: выводок гоблинов! Он мог постоять за себя лучше, чем все местные сорвиголовы вместе взятые, но это не значит, что он неуязвим.

Отвлечься от ненужных мыслей помогали визиты к дор Ховенам: после каждого сеанса Марте становилось лучше, а опухоль стремительно уменьшалась.

Когда я пришла к ним в воскресенье, Марта, впервые за все время встретила меня лично: ноги пока еще держали ее нетвердо, но, учитывая, что прежде она не могла даже сесть без посторонней помощи, это был прогресс.

После сеанса они с Петером уговорили меня остаться на чай.

— Вы волшебница, Эгелина, — сказала Марта, наливая вторую чашку подряд.

— Ну… есть немного.

День за днем, наблюдая изменения, которые происходили с ней, я понимала, что нашла себя.

Мы договорились встретиться завтра.

— Думаю, этот сеанс будет последним.

От опухоли осталось всего ничего, и я не сомневалась, что смогу расщепить ее за один прием.

— Мне больше нравится слово «крайний», — поправила суеверная Марта.

Я, конечно, могла бы поспорить, но зачем? Болезнь отступила, и это главное.

Перед тем, как вернуться в коттедж я решила заглянуть на рынок. Запасы порошков подходили к концу, да и обычные продукты закупить не помешает.

…Основательно потяжелевшая корзинка оттягивала руки, но я была довольна: мне удалось восполнить запасы и неплохо сэкономить. Умение торговаться жители Дивной Долины впитывали, казалось, еще с молоком матерей, мне же, как попаданке, пришлось учиться этому искусству по ходу событий. Сперва было неловко, потом выходило неуклюже, но уже через пару месяцев я освоилась, и запросто могла сбить цену, не оскорбляя чувств продавца и не унижаясь сама.

Довольная собой и миром вокруг, я миновала узкий переулок и вышла на ратушу.

— Иса Эгелина дор Брант.

Я остановилась, услышав собственное имя. Огляделась. В жаркий полуденный час ратуша пустовала, но с левой стороны в мою сторону направлялись двое мужчин. Походка у них была армейская, чеканная. Когда они подошли ближе, я смогла разглядеть одинаковые серые костюмы: брюки, кителя с медными пуговицами, подпоясанные черными ремнями, на которых покачивались ножны. Одежда напоминала униформу констеблей, но все же отличалась.

— Чем могу помочь, господа? — спросила я, хотя уже смутно догадывалась, что помощь, кажется, понадобится мне самой.

Вот только никаких проступков я не совершала.

Один из них протянул мне бумагу.

— Что это? — солнце светило мне в глаза, и я поднесла ладонь ко лбу.

— Ордер. На ваш арест.

Глава 41

— Господин Клифтон снова утверждает, что я пыталась откусить ему нос?

Возможно, сейчас