Второй раз по моим правилам. Книга 2 - Наталья Белецкая

— То есть вы предлагаете мне не быть вашей любовницей, а изобразить любовницу? Верно?

— Но не то, чтобы…

Я скептически взглянула на Юджина и тот выдавил:

— Ну… да. Показать всем, что мы вроде как вместе.

— Извините, ваше высочество, но я вынуждена отказать.

— Почему? Я недостаточно хорош?

— О, нет! Дело не в этом, — я замялась, подбирая аргументы. — Во-первых, после неудачи с Бальдераном мне не хотелось бы ни с кем начинать отношений. Даже фиктивных. Во-вторых, не хочется работать пугалом для девиц, жаждущих вашего тела. У меня недостаточно острый язык, нет понимания политических раскладов. Я не ориентируюсь в подводных течениях высшего света, не понимаю, с кем нужно дружить, а кого лучше обходить стороной, чтобы не стать парией. Меня будут считать деревенщиной, и это может испортить и вашу репутацию. И, в-третьих, магический дар у меня неподходящий.

— Почему?

— Потому что безобиден. Например, баронессе Виальд достаточно один раз угрожающе посмотреть, чтобы укоротить самые длинные языки. Магия у нее самая подходящая, вполне может наложить заклинание немоты, а то и на дуэль вызвать и накостылять так, что забудешь, как зовут. А я что могу сделать? Попросить подождать, когда нарисую рунный круг защиты, или сварю подходящее зелье? Нет, ваше высочество, я не буду ничего изображать.

Юджин, раскрыв глаза, слушал мою прочувствованную речь, а затем выдавил:

— Я понял, что…

— Ваше высочество! — рядом с нами, словно чертик из табакерки, выскочила вертлявая брюнетка среднего возраста. — Срочно нужно ваше мнение, как эксперта в области теории магии. Вы простите нас, леди Крайс…

Мадам уже подцепила Юджина под руку и тянула в сторону юных хихикающих дебютанток.

— Конечно, конечно! — с улыбкой покивала я, давая добро на похищение принца.

— Это вопрос жизни и смерти! — патетично добавила брюнетка, утаскивая растерявшегося Юджина.

Его высочество всосало в разноцветную стайку галдящих девиц. Готова спорить вырваться от них у него быстро не получится. А у меня как раз будет время на тактическое отступление.

Я не хотела изображать любовницу принца еще и потому что подозревала, что у Юджина есть другая причина, чтобы держать меня рядом. Мутный он какой-то, лучше не связываться.

Кстати, король уже покинул бал, так что пора заканчивать веселье. Попрощавшись с генералом, Силеной и Эттаном, я отловила служанку и попросила отвести в выделенную комнату. Мелькнула мысль попроситься домой, а завтра приехать рано утром, но я ее отогнала. В конце концов, вряд ли мне когда-нибудь еще доведется ночевать в королевском дворце.

Как оказалось, платье на утренний прием мне уже принесли. Кроме платья, Майя положила красивые заколки, сережки, серебряную подвеску, удобные туфельки и пижаму, в которой я спала ночью. Нужно обязательно отблагодарить свою горничную, повысить ей зарплату и выписать премию. Какая она умница, сообразила, что еще мне может понадобиться.

Кроме этого Ливоль прислал папку, которую я приготовила, чтобы убедить королеву мне помочь. Кажется, для аудиенции все готово.

Выделенная секретарем короля служанка помогла мне разобрать прическу и принять ванну. С моими волосами сложно управляться одной. Кровать в гостевой спальне дворца оказалась большой и в меру мягкой. Надеюсь, аудиенция у королевы пройдет хорошо. Шаноя — умная, сдержанная и мудрая женщина, уверена, она меня выслушает и согласится помочь.

Глава двадцать третья

Аудиенция у ее величества

Следующий день начался с суеты. Несмотря на довольно ранний подъем, я выспалась. Служанка, помогавшая с мытьем волос, сделала вывод, что прическу придется делать долго, поэтому подняла меня за два с половиной часа до аудиенции.

Ближе к назначенному времени у меня начался мандраж. Пожалуй, я так не переживала даже перед вступительным экзаменом в академию магии. Оно и понятно: эта встреча, гораздо более ответственная, чем любой экзамен.

В короткой записке домой, второпях написанной вчера, я попросила Ливоля прислать мне белую папку, и сейчас держала ее в руках, пытаясь успокоиться. Конечно, королева могла отказать мне в помощи, но я уповала на ее ум, прозорливость и на женскую солидарность. Кауриан тоже погуливал налево, весьма условно прикрывая свои измены.

Вообще с супругой королю очень повезло. Шаноя умела находить сторонников, блестяще лавировала между политическими партиями, не примыкая ни к одной, и была отличным счетоводом.

Королева происходила из древнего, но не слишком богатого рода. Судьба у нее складывалась непросто. Когда Шаное исполнилось семнадцать лет, от родовой горячки умерла ее мать. Поговаривали, что женщину можно было спасти, однако денег на мага у отца будущей королевы не хватило.

Шаноя, как старшая среди восьмерых детей, взвалила все хозяйство на себя, ведь отец девушки — известный адмирал — большую часть времени проводил в море. Шаноя сумела не только удержаться на плаву в сложные годы, но и сохранить все земли и предприятия семьи. А потом нарастила доходы, оплатила обучение для всех детей и вывела в свет сестер.

Когда Каурин встретил Шаною, она уже считалась старой девой. Особой красоты ей природа не отсыпала, однако будущий король оценил ум, хозяйственные навыки и спокойный нрав девушки. Наверное, будь Каурин кронпринцем, против Шанои проголосовал бы Высокий совет — совещательный орган Ирставена. Все-таки род не особенно влиятельный для будущего монарха, но на тот момент Каурин, как второй сын старого короля, не считался наследником престола.

Несмотря на значительную помощь, которую оказала Шаноя и ее род во время смуты, несмотря на безупречную репутацию и поддержку всех решений монарха, духовной близости между супругами не возникло. Безусловно, у них изначально планировался лишь взаимовыгодный союз, но это совсем не значило, что измены мужа совсем не задевали Шаною.

В последнее время отношения венценосных супругов осложнились: его величество тратил значительные средства на любовниц, а королеве это, понятное дело, не нравилось. Несколько раз она пыталась пресечь ненужные траты, но Каурин игнорировал недовольство жены. Поговаривали, что Шаноя рассердила супруга, и его величество может услать ее на долгий срок «поправлять здоровье» в южные провинции.

Конечно, никуда Шаною не отправят, не тот она человек, но сам факт, что об этом шепчутся в кулуарах, уже о многом говорит. Так что королева прекрасно меня поймет. Думаю, она догадывается, что за фрукт мой бывший женишок. Все же Норсы — известная семья.

Кроме, собственно, женской солидарности, я рассчитывала на хозяйственную хватку Шанои. В папке у меня была пара весьма перспективных проектов, от короны требовалось лишь разрешение и небольшие вложения. Я знала, что деньги с лихвой отобьются, ведь уже