Академия Межзвёздного Флота: Как обмануть хищника - Ана Тихая

​Рексар медленно повернул голову. Его янтарный взгляд скользнул по моему лицу, а в уголках рта прорезалась едва заметная, жесткая усмешка.

​— Таргон не успокоится, пока проект не закроют или пока мы не доведем его до конца, — тихо ответил он, делая чуть заметный шаг ближе ко мне, так что тепло его тела стало ощутимым сквозь плотную ткань формы. — Аэранцы бьются за чистоту протоколов и букву закона, но Таргон играет по другим правилам. Лингвистический барьер был самым простым препятствием. Следующий удар он попытается нанести там, где мы меньше всего ждем.

​— И где именно ждать этот удар? — я чуть подалась ближе, впитывая каждую нотку в его голосе, хотя внешне сохраняла абсолютную невозмутимость перед остающимися в дальнем конце зала кураторами.

​— Они уже не смогут просто так зарубить программу сверху, — перебил Рексар, и в его низком голосе прозвучали стальные нотки. — После официального отчета аэранской комиссии у Таргона связаны руки в плане открытой бюрократии. Любая попытка отменить результаты проверки сейчас будет выглядеть как личная политическая паранойя перед лицом всего Флота.

​Командор сделал паузу, а его рука, все еще прижимавшая меня за поясницу к прохладной панели пульта, чуть сильнее качнулась, притягивая ближе. Тепло его тела приятно контрастировало со стерильным холодом базы.

​— Именно поэтому он сменит тактику, — продолжил Рексар, наклонившись к моему уху так, что его дыхание коснулось кожи. — Вместо кабинетных запретов пойдет прямой саботаж на местах. Слишком много заинтересованных лиц теряют влияние, если земляне докажут свою жизнеспособность наравне с остальными.

​— Значит, ушки на макушке, — я чуть заметно усмехнулась, хотя внутри всё подобралось от предчувствия грядущей бури. — Если старый лис решит ударить, он попытается сделать это чужими руками. Мои кураторы не спустят глаз с кадетов. Лиан и Дариус уже знают, что расслабляться рано.

​Рексар качнул головой, и в его янтарных глазах мелькнуло что-то теплое и глубокое, предназначенное только для меня одной, скрытое от чужих глаз за строгой маской официального тона.

​— Береги себя, Майя, — тихо выдохнул он, едва касаясь пальцами моего запястья в тени пульта, прежде чем сделать шаг назад, когда к нам уже направлялся Лиан. — Таргон бьет по слабым точкам. А ты — моя единственная уязвимость, о которой он знает.

24

Прошла всего неделя с того момента, как утихли баталии с аэранской комиссией, но напряжение на станции не спадало ни на минуту. Рексар вошел в мой отсек в разгар утренней подготовки, когда я сверяла графики дежурств кураторов. Его лицо было непривычно сосредоточенным, а китель застегнут по самому строгому уставному протоколу.

​— Меня вызывают на Главную станцию, — без долгих вступлений произнес он, останавливаясь у голографического стола. — Экстренный сбор по делам сектора.

​Я резко подняла голову, почувствовав, как внутри неприятно кольнуло от дурного предчувствия.

​— Надолго? — стараясь сохранить ровный голос, спросила я, хотя пальцы сами собой сжали край планшета.

​— На несколько дней, — Рексар качнул головой, бросив на меня долгий, тяжелый взгляд, в котором читалось все невысказанное. — На время моего отсутствия станция и кадеты остаются на тебе, Майя. Официальный приказ уже ушел по внутренней сети. Справляйся.

​Он улетел тем же днем, оставив после себя тягостное ощущение пустоты в командном отсеке и груз ответственности за всю базу. А на следующие сутки система выдала то, чего мы ожидали меньше всего.

​На центральный иксин базы пришло стандартное, но от этого не менее тревожное уведомление: к причалу приближается корабль проверяющих. Из расы тарков.

​Я замерла перед монитором, перечитывая официальный шифр. Тарки? Это выбивало из любой колеи. За всё время существования Совета тарки держались предельно обособленно, в политических дрязгах почти не участвовали, на голосованиях неизменно воздерживались и старались не вставать ни на чью сторону. Зачем им понадобилось лично являться на нашу базу?

​Не теряя ни секунды, я активировала защищенную связь и передала предупреждение всей команде.

​— Слушать всем, — мой голос прозвучал жестко в динамиках кураторов. — На станцию идет корабль тарков. Никакой паники, но уровень внутренней готовности поднимаем до максимума. Главное — кадеты не должны отвлекаться от тренировок ни на секунду. Продолжаем работать в штатном режиме.

​Когда тяжелый массивный корабль тарков совершил жесткую, гудящую посадку на посадочной площадке базы, я уже ждала их у шлюза.

​Створки разверзлись, и из клубов остывающего пара показались фигуры прибывших. Тарки внушали уважение и глухую тревогу одновременно: высокие, невероятно массивные, с тяжелой костной структурой и суровыми, угловатыми чертами лиц. Они выглядели монолитными изваяниями, от которых веяло первобытной, сокрушительной силой.

​Я выпрямилась в струнку, чувствуя, как каждая мышца в теле пропитывается защитным напряжением. Внутри всё сжалось в пружину: я готовилась к холодному высокомерию, жесткой критике и абсолютному пренебрежению со стороны гостей, привыкших смотреть на все прочие расы свысока. Конечно, на нашей базе уже давно работала целая группа инструкторов-тарков во главе с Джаредом Гаррадом, чей суровый нрав я знала наизусть, но принимать у себя целую делегацию высших чинов этой расы — это был совершенно другой уровень ответственности.

​Впереди шел главный среди них. Его мощная фигура заслоняла свет прожекторов, а фамилия, прозвучавшая при сканировании гостевого кода — Гаррах, раскатистое, утробное и рокочущее, перекликающееся с фамилией Гаррада, но звучащее еще тяжелее, — заставила меня на секунду задержать дыхание.

​Тарк остановился в шаге от меня. Его массивный силуэт и пронзительный, давящий взгляд казались воплощением неизбежной угрозы. Я едва заметно сглотнула, готовясь отразить словесный удар.

​Но гость неожиданно качнул массивной головой, а на его суровых губах промелькнула тень подобия улыбки.

​— Не надо так смотреть на нас, лейтенант, — прогудел его глубокий, вибрирующий голос, разносящийся эхом по ангару. — Как будто мы прилетели стереть вас в порошок. У вас тут уже побывали и кайранцы, и аэранцы, верно? Мы не из тех, кто любит устраивать цирк с проверками.

​Я удивленно моргнула, сбавив внутренний натиск. Тарк чуть смягчил позу, хотя масштаб его фигуры от этого не уменьшился.

​— Я всегда думал, что нашей межгалактической системе давно пора выходить из зоны комфорта и давать реальную возможность проявить себя другим гуманоидным расам, — продолжил он уже спокойнее, обведя взглядом пространство базы. — Да и Совет нашего Флота... скажем так, изрядно засиделся на теплых местах. Пора бы уже уступить дорогу новому поколению и свежим взглядам на вещи. Можете передать командору Дрейку, если потребуется: я и мои представители полностью поддерживаем его проект. Никаких препятствий с нашей стороны не будет.

​Напряжение, сковавшее плечи, мгновенно испарилось, сменившись волной чистого изумления. Я кивнула, собираясь с мыслями после столь неожиданного поворота, и пригласила