Когда он мрачен - Сюзанна Райт

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Рука обвилась вокруг её предплечья как раз в тот момент, когда губы коснулись её уха.

— Пора идти, — тихо сказал Алекс.

Бри нахмурилась.

— Не так скоро.

— Мы здесь уже несколько часов.

— Ещё немного.

— Тебе больно.

Боль казалась мягким словом. Обычно ей нужно было прикоснуться к человеку, чтобы прочитать его эмоции. Но когда чувства людей накалялись и становились дикими, они, как правило, транслировали их. Вот почему маленькие людные места, наполненные повышенными состояниями эмоций, могли стать кошмаром для омег, особенно мемориалы или похороны.

Не имело значения, насколько прочными были щиты омег, не было способа заблокировать всю эту энергию. Её волны гудели в воздухе. Отчаяние. Горе. Гнев. Боль. Опустошение.

Эта негативная энергия ощущалась как миллиарды тупых игл, вонзающихся в её плоть. Она просачивалась в неё. Она распространялась. У неё болела грудь и раскалывалась голова. Угрожая довести её до такого состояния крайней усталости, что не было никакой возможности стоять на ногах самостоятельно. И все же она осталась. Потому что уходить было просто дерьмово.

Вместо того, чтобы проводить две отдельные поминки, семьи покойных согласились провести одну в квартире родителей Бенни для него и Кроуфорда. Скорбящие были разбросаны вокруг, сжимая салфетки и разговаривая тихим шёпотом. Некоторые также держали бумажные тарелки, уставленные едой со шведского стола. Бри не могла ничего съесть — у неё скрутило живот.

Большинство скорбящих были членами её прайда. Другие были родственниками умерших, которые принадлежали к другим прайдам.

Взгляд Бри скользнул к фотографиям Бенни и Кроуфорда в рамках, которые стояли на столе среди красивых цветочных композиций. Горячие слезы навернулись ей на глаза.

— Все остальные омеги ушли, и никто их в этом не винит, — сказал Алекс. — Ты медлишь только потому, что наказываешь себя.

Она нахмурилась ещё сильнее.

— Нет.

Он приподнял бровь.

— Ты действительно собираешься посмотреть мне в глаза и сказать, что не стоишь здесь, чувствуя себя ответственной за их смерти?

Она вздохнула, не желая лгать.

— Я просто хочу, чтобы… Мы добились справедливости для них, Алекс.

— Мы сделаем это, я обещаю тебе. Кто бы ни был ответственным, он живёт взаймы. — Он слегка сжал её затылок. — Теперь пойдём. Тебе нужно лечь на землю, поесть и отдохнуть — не спорь. Ты поговорила с Рене, ты поговорила с семьёй Бенни и Кроуфорда, ты выразила своё почтение. Пора идти.

Все ещё держа её за руку, он потянул её к входной двери.

— Боже, ты любишь командовать.

— Для тебя это не ново, малышка. — Выйдя из квартиры, Алекс повернулся к ней. — Оставайся здесь, пока я сбегаю наверх и возьму твою куртку из своей квартиры. На улице холодно.

— Я прекрасно обойдусь без неё, мне не потребуется много времени на земле.

— Тебе вчера понадобились обезболивающие таблетки. Подожди здесь.

Он поднимался по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз, пока поднимался на этаж, на котором жил.

Она прислонилась спиной к стене, чувствуя слабость и близость к краху.

Дверь квартиры дальше по коридору открылась. Оттуда вышла знакомая пожилая женщина.

— Ну кто это, если это не Бри Дуайер, — сказала Роуз с улыбкой, подходя к ней. — Когда я видела тебя в последний раз, тебе было… сколько, тринадцать?

— Что-то вроде того, — ответила Бри.

Ей всегда нравилась Роза. Помимо того, что она была двоюродной бабушкой Бенни, она также была главной омегой прайда Олимп, когда Бри была ребёнком. Но после ухода с должности, чтобы освободить место главному, которого позже узурпировала Дэни, Роуз перешла в прайд, в который вступил её сын.

— Тогда ты была сильной омегой. Но не такой сильной. — Роуз присоединилась к Бри, прислонившись спиной к стене. — Мне пришлось пойти прилечь ненадолго — тяжело выносить, когда на тебя обрушивается горе людей.

Бри кивнула.

— Сочувствую насчёт Бенни.

Она глубоко вздохнула.

— Я тоже, милая. Он был хорошим человеком. Он не заслужил того, что с ним случилось. Я просто рада, что эти белые медведи дорого заплатили за то, что они сделали. — Она сглотнула, а затем выдавила слабую, натянутую улыбку. — Итак, как у тебя дела?

— У меня хорошо. У тебя?

— О, прекрасно, прекрасно. Я слышала все о деле с гиенами и о проблемах, которые у тебя возникли с Кейджами. Я также слышала, что у тебя какие-то проблемы с Дэни.

Бри только пожала плечами. Она посмотрела на лестничную клетку, но там не было никаких признаков Алекса.

— Знаешь, я никогда не хотела быть главной, — сказала Роуз со вздохом.

Взгляд Бри вернулся к Розе.

— Но у тебя это так хорошо получалось.

— Это не означало, что я этого хотела. Я упорно боролась с этим. Моя мать отвела меня в сторону и строго поговорила со мной. Она сказала, что я не понимала, насколько мне повезло и сказала, что многие люди хотели бы иметь не только такой дар, но и такую цель. Она сказала мне, что, нравится мне это или нет, но мне был дан этот дар, и прайд требует, чтобы я взяла себя в руки. Теперь тебе нужно сделать то же самое. Ты собираешься сказать мне, что у прайда уже есть отличная главная омега.

— Ну, это так.

— Верно. Я встречала нескольких омег, таких же сильных, как Дэни. Ты сильнее.

— Для тебя все было по-другому. Твой бывший глава была готова уйти в отставку.

— Вполне готова, — согласилась Роуз. — Должность может многое отнять у человека, вот почему большинство вышедших на пенсию главных омег стараются помогать своим близким, а не служить всему прайду. Ты можешь понять, почему Дэни ещё не готова уйти в отставку.

— Я вполне могу понять. Было бы действительно так плохо, если бы она осталась главной?

— Твоя кошка не потерпит, чтобы ей приказывали. Ты знаешь это, так же как знаешь, что в какой-то момент тебе, возможно, придётся бросить ей вызов.

— Я не хочу с ней драться. Я имею в виду, я бы с радостью выбила из неё все дерьмо за то, что она была стервой в последнее время. Но вызов? Я бы предпочла избежать этого. Особенно потому, что я думаю, что она скорее умрёт, чем подчинится и потеряет свою должность. Я не хочу её убивать.

Роуз вздохнула.

— Дэни привыкла позволять роли определять её, и она не чувствует себя кем-то без неё — такое иногда случается с главой. Тебе следует спросить себя кое о чем: ты действительно не хочешь этой должности или тебя беспокоит, что другие правы в том, что ты упадёшь, как упала твоя