Когда он мрачен - Сюзанна Райт

class="p1">У людей постоянно были серьёзные отношения — но они не всегда делали следующий шаг, например, съезжались вместе или, в случае людей, обручались, чтобы пожениться. Так что, да, она бы поняла, если бы Алекс сходил с ума. Он перешёл от отношений к частичной связи за считанные часы — любой счёл бы это чёртовски шокирующим. Возможно, он ещё не готов к этому. Возможно, никогда не собирался брать её в пару.

Встревоженная кошка потёрлась об неё, даря утешение и ища его. Кошку смутило и обеспокоило то, что он их бросил, что заставило и кошку, и женщину беспокоиться, что он отвергнет связь. Чёрт возьми, парень сбежал с кровати, вместо того чтобы осторожно разбудить Бри и восхититься связью. Это говорит о том, что он не был рад этому, не так ли?

У неё перехватило горло, она подтянула колени к груди. Ей нужно было встретиться с ним лицом к лицу. Нужно было знать, где именно находится его голова.

Она сделала глубокий вдох, который был намного более дрожащим, чем ей хотелось бы. Её нос и горло горели. Она не развалится на части, если он отвергнет связь. Нет. Она давным-давно усвоила урок о том, что жизнь несправедлива. Она переживала вещи и похуже, чем потеря Алекса Деверо. Она переживёт и это. Но ощущать его запах на своей коже, вдыхать его каждое мгновение каждого дня — это само по себе было бы особой пыткой.

Она выскользнула из постели и накинула халат. Пришло время повернуться лицом к правде и просто надеяться, что она не будет слишком…

Бри напряглась, когда скрипнула половица за дверью комнаты. Её пульс участился, и она сжала руки в маленькие кулачки.

Когда он вошёл в комнату и уставился на неё непроницаемыми глазами, у неё сжался желудок. В любое другое время вид его обнажённого тела отвлёк бы её. Не сейчас. Потому что все, о чем она могла думать, было… Он не хочет этого. Если бы он был счастлив, он бы не скрывал этого, верно?

Чувствуя себя в этот момент защитницей по отношению к Бри, её кошка настороженно смотрела на него, готовая наброситься, если он скажет или сделает что-нибудь обидное. Слезы застряли в ноющем горле Бри. Чёрт возьми, она не будет плакать. Она не будет. И она не будет кричать на него или осуждать его. Он не просил начинать запечатление. Это была бы не совсем его вина, если бы он этого не хотел — люди не всегда могли справиться со своими чувствами.

Она откашлялась.

— Ничего страшного, если ты не готов к этому. Я могу понять, и я не буду злиться на тебя за это. Я не буду держать на тебя зла… но мне нужно уйти.

— Уйти? — повторил он, его хриплый голос был лишён эмоций. — Ты не хочешь этого?

Она пожала плечами.

— Я не хочу быть связанной с мужчиной, который не заботится обо мне так сильно, как я о нём.

В его темных глазах вспыхнуло что-то, чему она не могла дать названия. Он медленно подошёл к ней, подвижный и хищный, и приподнял одну бровь.

— Ты так уверена, что здесь дело обстоит именно так, не так ли?

Она моргнула.

— Тебе не нужна связь.

— И ты уверена в этом… почему?

— Не похоже, что ты этому рад.

Он поджал губы.

— Правда? Быть связанной парной связью с таким мужчиной, как я, для тебя будет нелегко. Со мной будет нелегко. Мы были вместе недостаточно долго, чтобы ты могла понять, какой занозой в твоей заднице я буду. Но я не собираюсь вести себя прилично и уходить, если ты скажешь мне, что не готова к этому. Я слишком эгоистичен для этого. — Он обхватил её шею сбоку и слегка сжал. — Ты ещё не поняла? У меня нет ни малейшего интереса жить жизнью, в которой нет тебя.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Алекс наблюдал, как её тело стало неестественно неподвижным. Она нахмурила брови, как будто не могла полностью осознать его слова. Он почти видел, как она снова и снова прокручивает в голове его заявление, не в силах решить, правильно ли она его расслышала.

Она действительно думала, что он уйдёт? Она ошиблась.

Осознание того, что они пахнут друг другом, совершенно ошеломило его — он не стал бы лгать об этом. Даже имея неопровержимые доказательства прямо у себя под носом, он не мог осознать это. Не мог переварить это.

Алексу нравился контроль в своём мире. Нравилось контролировать свой мир. Начало процесса запечатления выбило его из-под контроля. Это вывело его из равновесия и заставило запаниковать. Но глубокое чувство мужского удовлетворения, вспыхнувшее в его животе, затмило все остальные эмоции.

Его собственнические инстинкты были в огне, побуждая его прикоснуться к ней, оставаться рядом с ней и укреплять их связь, чтобы она могла сформироваться. Желание быть рядом с ней было настолько сильным, что было трудно встать с постели. И теперь, когда она стояла перед ним, он почти ощущал метафизические нити запечатления, туго натянутые в воздухе между ними.

Она провела языком по нижней губе.

— Повтори?

— Ты меня слышала.

Она быстро тряхнула головой, словно пытаясь стряхнуть с себя оцепенение.

— Но… ты встал с кровати.

— Позвонить моей маме и сообщить, что мы опаздываем на работу. Я планирую официально заявить на тебя права, прежде чем мы куда-нибудь пойдём. Я не хотел, чтобы ты проснулась от звука моего телефонного разговора. Я хотел, чтобы ты проснулась от ощущения моего языка на своём клиторе.

У неё перехватило дыхание.

— Заявить на меня права?

— Я долго сдерживался от этого, потому что в глубине души знал, что никогда не позволю этому быть временным. Я знал, что если сделаю шаг к тебе, то оставлю тебя себе. Такие, как я, не подходят, чтобы стать остепенёнными или быть связанными обязательствами. Но когда мы это делаем, то все.

Алекс снова сжал её шею сбоку, пока смотрел, как осторожная надежда, отражается на лице его пары. Его пара. Его охватило мужское удовлетворение.

— Ожидал ли я, что запечатление произойдёт так скоро? Нет. Это шокировало меня до чёртиков? Да. Но это неплохой сюрприз. Я хочу этого, Бри.

— Ты уверен, что это не просто собственнический инстинкт, затуманивающий твои мысли? Должно быть, прямо сейчас тебе тяжело.

Это не сводило его с ума, это заставляло его быть рядом с ней и наполняло его глубочайшим собственничеством, о котором он и не подозревал, что такое возможно