Нью-Йорк. Карта любви - Ками Блю

ты рассчитываешь сама приготовить индейку с картошкой и пригласить нас… сюда? – Она машет рукой с острыми ногтями, словно желая стереть мою квартирку с лица земли. – Мы уже забронировали столик в «Токвиле». Комплексный обед – девяносто пять долларов, без вина – восемьдесят пять, широкий выбор традиционных блюд, – отбарабанивает она с дотошностью банковского менеджера.

Все это отнюдь не помогает переварить их внезапное вторжение. Мне, видите ли, следовало обрадоваться приезду Клэри. Я и обрадовалась бы, если бы меня предупредили! Внезапно обнаружить ее на пороге не в самый лучший для меня день да еще в присутствии Мэтью – не совсем то, о чем я мечтала.

– Маркус и Кэролайн тоже хотели поехать, – говорит Том. – Ну, знаешь, скидки и все такое, но, когда узнали, что мы встречаемся с тобой, предпочли воздержаться. Посчитали, что это не лучшая идея, так сказать. Они думают, ты до сих пор злишься на Маркуса, хотя… вы же расстались сто лет назад.

Посчитали, что это не лучшая идея? Серьезно? Вот же мудак!

Не знаю, как мне это удается, но мышцы моего лица выдают фальшивую улыбку.

– Очень мило со стороны твоего братца не появляться в моем доме вместе с моей бывшей лучшей подругой и не портить мне День благодарения. Учтивость и деликатность всегда были его сильной стороной, верно?

Том кашляет, сообразив, что попал впросак. Должно быть, акушерка уронила его на пол, необратимо повредив речевой фильтр в голове. Собираюсь добавить еще что-нибудь, но меня останавливает Мэтью, обняв за талию.

– К сожалению, завтра нам нужно будет заглянуть на шествие… Но если удастся выкроить часок-другой, обязательно придем и с большим удовольствием, – преспокойно говорит он.

Удивленно кошусь на него. Он и правда согласен пойти на этот обед, разыгрывая роль моего парня? Ему что, нечем больше заняться? И вообще, как, черт возьми, мы оказались в такой ситуации? Почему он не объяснит, что никто тут ни с кем не помолвлен, мы на самом деле просто сотрудничаем, и то только потому, что нас вынуждают обстоятельства? О’кей, между нами наметилось какое-то сближение, но это чисто физическое влечение, с которым мы справляемся, как подобает взрослым, ответственным людям. Тогда как притворяться помолвленными – ужасно нехорошо.

Мы с ним обмениваемся долгими взглядами. Я правда хочу, чтобы он понял: нет никакого резона продолжать этот спектакль. Мэтью же как никогда спокоен и продолжает обнимать меня за талию, поглаживая ткань дурацкой пижамы, которую мне внезапно хочется содрать и сжечь.

Моя сестра покашливает, и Мэтью, со знакомой лишь мне неохотой, переводит глаза на нее.

– Увидимся завтра в половине первого на Пятой? – спрашивает Клэри. Не успеваю перевести дух, как она добавляет: – А что вы делаете сегодня вечером?

– Грейс подхватила жуткий грипп, – отвечает за меня Мэтью. – И еще не до конца поправилась. Сегодня ей лучше побыть дома.

– Понятно. – Клэри не удается скрыть раздражение.

Холодно попрощавшись, она направляется к выходу, таща на буксире никчемного Тома. Едва за ними закрывается дверь, оборачиваюсь к Мэтью:

– Вовсе не обязательно было это делать.

Мой голос звучит несколько резче, чем следовало. Не столько из-за Клэри, сколько из-за болтовни Тома.

– Мне показалось, у тебя проблема, – отвечает Мэтт, и мое чувство благодарности делается почти невыносимым.

– Я умею справляться со своей сестрой, – говорю я, чтобы не выглядеть в его глазах еще более жалкой. – Научилась за всю жизнь.

Чтобы уйти от его странного взгляда, принимаюсь собирать со стола посуду.

– И с ее мужем тоже умеешь справляться? – иронизирует он.

– Том просто дурак, – отмахиваюсь я, свирепо возя губкой по тарелкам в раковине.

Если бы так же можно было смыть из памяти последнюю четверть часа!

– Ты не говорила, что твой зять – родной брат твоего бывшего.

Он подходит и становится у меня за спиной.

– Избавила тебя от скабрезных деталей… Моя жизнь – вовсе не мыльная опера, над которой можно похихикать, хотя иногда она такой кажется…

– Когда ты рассказывала о Маркусе и своей лучшей подруге, мне не приходило в голову хихикать, – возражает он.

Его голос тверд и глубок. Взяв меня за запястье, Мэтт отбирает губку, потом закрывает воду и за плечи разворачивает лицом к себе. Смотрю в его синие глаза, взгляда которых боялась с той минуты, когда ко мне ввалилась Клэри.

– Митчелл, неужели в тебе столько гордыни, что ты предпочтешь пойти на этот обед одна, признаться им, что мы вовсе не пара и оказаться объектом пересудов всей своей многочисленной семейки, нежели на пару часов притвориться моей девушкой? Я тебе настолько противен, Грейс?

Задаю себе тот же вопрос и пытаюсь найти наименее унизительный ответ.

– Так ты не против провести День благодарения со мной и моей сестрой?

– Если честно, у меня нет особого выбора. Бабушка вряд ли помнит, что завтра праздник. – Мэтт отводит глаза, а я гадаю, где же вся остальная его семья. – С бабушкой я могу потом просто поужинать, – решительно добавляет он.

Шанс не признаваться в недоразумении Клэри с Томом и не выслушивать их издевательские шуточки слишком заманчив, чтобы от него отказаться.

– Хорошо, давай притворимся. В конце концов, это всего лишь на время обеда, потом мы разбежимся по своим делам и обо всем забудем.

Взгляд Мэтью делается жестче. Смущенно наблюдаю, как он берет куртку и рюкзак.

– Тогда до завтра.

Мэтью идет к двери, а у меня внутри растет ощущение, что я совершила ужасную ошибку.

– Спасибо, – бормочу ему вслед, а он, не оборачиваясь, говорит:

– Давай не забывать, что единственная наша цель – путеводитель. Жду тебя на шествии.

И, не дожидаясь моего ответа, уходит.

Глава 30

МЭТЬЮ

Сорок восемь дней до дедлайна

Это была простая вежливость. Я увидел Грейс в затруднительном положении и вызвался помочь. Я сделал бы так для любого другого человека. Например, для девицы, которую, вообще-то, терпеть не могу? Спрашиваю себя, в какую засаду угодил. Точнее, мы угодили. Держусь на шаг позади Грейс. Она садится за заказанный сестрой столик в изысканном зале «Токвиля». У меня появляется ощущение, что обед будет долгим, а ни я, ни она к такому не готовы.

На Митчелл серые брюки палаццо, белая блузка и малиновый кардиган. Любые оттенки красного чертовски ей идут. Красный перекликается с ее яркими губами, подчеркивает карие глаза и водопад длинных волнистых волос. На первый взгляд они с Клэри не очень похожи: у той кудряшки, подколотые губы и чересчур строгая одежда.

– Только посмотри на них, – бормочет Грейс, увидев сестру под руку с мужем. – Оба надутые,