Старый рудник для брошенной жены - Алена Ягинская

я неблагодарная тварь, что так жестоко отплатила тем, кто верой и правдой служил мне, эхом вторили ее подпевалы, и я не выдержала. Поняла, что во мне просыпается нечто настолько тяжелое и убийственное, что бетонная плита рядом с этим чувством — просто кусок пенопласта. Припечатала Селиану взглядом, и та наконец-то заткнулась на полуслове.

— Увести, — коротко приказала и обратилась к магиссе. — Госпожа Мор, чем я могу помочь?

— Чем тут поможешь, — покачала головой Божьяки. — Слишком большая площадь поражения. Всё, на что нас хватит, какое-то время удерживать огонь внутри контура, давая всем шанс уйти. Боюсь, девочка моя, что здесь сгорит всё, — вздохнула она, продолжая безотрывно плести заклинания.

— Кто-то не просто активировал горюч-камень, но и наложил на него заклятие распространения, — за моей спиной оказался лорд Горпин, который тоже создавал плетения и словно сеткой окутывал ими пламя. Рядом с ним выстраивались остальные эльфы, которые делали то же самое. — Лучше всего последовать примеру гномов, вот кто умеет выживать в любой ситуации, и начинать вывозить отсюда людей. Этот огонь не остановить.

Огляделась — гномы и вправду бросили поливать свои кибитки и мастерские и начали грузить вещи. Ко мне подошел Рагнар Скальбрек:

— Госпожа Александра, вам нужно уходить. Я велел запрягать лошадей.

— Нет, — сжала я кулаки. — Это моя земля и мои люди. Я не оставлю их. Не всякий огонь потушишь водой, это правда. Но без доступа воздуха гореть в разы сложнее. Мы запрем этот огонь, пока он не сожрет сам себя. Скажите мне, как разверзнуть землю под пожарищем?

— Это мысль, — покосилась на меня Божьяки. — Замыкаем купол в шар, — крикнула она громко всем. — Густав, помоги.

Отец, который, оказалось, тоже был здесь и руководил эвакуацией, тут же оказался рядом и взял меня за плечо.

— Значит так, девочка моя, снимай браслеты, слушай меня и делай, как я скажу…

Глава 32. Хозяйка источника

Через час я сидела на свежем пепелище и рыдала навзрыд на груди Божьяки Мор.

— Это откат, — говорил отец, который тоже сидел рядом, и улыбался, как безумный. — Всё будет хорошо.

— Знаешь, Саша, теперь я точно обязан на тебе жениться, — рядом со мной сел Казур. — Сразу, как ты разведешься с мужем.

Истерика мгновенно прекратилась.

— С чего ты взял, что я с ним разведусь?! — возмутилась я. — И тем более выйду за тебя? Ты вообще-то эльф, тебе не положено.

— Ну тогда ты хотя бы обязана согласиться посетить Вечный лес.

— Это с чего это? — подозрительно прищурилась я, принимая от Варлеи полотенце, чтобы вытереть лицо, а от Багина стакан с зельем.

— Владыка непременно захочет взглянуть на человеческую женщину, которая одна проделала в земле дыру таких размеров, спустила туда сферу с огнем внутри и запечатала всё это обратно. Видишь ли, моя дорогая, на такое действо надо штук десять опытных магов. И они потом не рыдать над сгоревшими повозками будут, а лежать с магическим истощением.

— Не поеду, — сказала я, возвращая стакан и вытирая лицо полотенцем. — Я вас, эльфов, боюсь.

Казур расхохотался, а следом за ним заулыбались и все остальные — эльфы, что не уходили и чумазые в саже и копоти стояли чуть поодаль, и гномы, которые неверяще ходили кругом бывшего пожарища и время от времени щупали землю, к чему-то прислушиваясь. Арестанты, деревенские жители и чиновники из комиссии тоже были тут и тоже улыбались, глядя на хохочущего эльфа.

— Всё нормально, — крикнул он толпе весело. — Хозяйка в своем уме и в своей памяти. Шутить изволит, говорит, что эльфов боится.

Тут все заулыбались еще шире, а отец обнял меня и крепко-крепко прижал к себе.

— Доченька, слава создателям! Я так волновался за тебя. Это же сколько ты силищи потратила, и как сумела только?

Я закрыла глаза, вспоминая, что было совсем недавно.

— Так ты же мне сам помогал, — заметила недоуменно. — От тебя сила шла.

— Нет, — помотал головой отец, — наоборот, это ты меня силой наполнила, я вообще-то выгоревший был.

— И что? — не поняла я.

— А то, что выгоревшие маги вроде как и не маги. Во всяком случае, так до сих пор думали, — вмешалась Божьяки. — Хватит сидеть, видишь, народ волнуется, всё ли с тобой нормально. Силы ты через себя пропустила очень много, это правда. Так где ты ее, говоришь, взяла?

Вспомнила тяжелое чувство внутри. Как плита, только в разы тяжелее. Как оно рвалось из меня, стоило снять браслеты. Как торопилось и вгрызалось в землю, заставляя пласты сдвигаться.

«Держим, держим», — кричала Божьяки, а я краем глаза видела, что она шатается. Ее подхватил какой-то чиновник из комиссии и что-то принялся кричать другим, но я уже не слышала. В ушах стоял нарастающий гул, казалось, я слышу, как сердце стучит возле горла, и поняла, что тяжесть ушла, но мне ее не хватило, потому что шар из пламени, который магисса и эльфы держали в воздухе, не помещался в созданную мной дыру.

И тогда я попросила о помощи саму землю. Я рассказывала ей, как хочу защитить ее, но сейчас мне нужна ее помощь, чтобы убрать угрозу для всех, кто живет и заботится о ней. И она ответила. Только я не поняла этого сразу. Мне казалось, что сила пришла от отца. Она просто наполнила меня, и я сделала то, что сделала, создала кратер, а потом каким-то образом опустила туда шар пламени и сровняла все сверху, создав запекшуюся площадку, покрытую пеплом.

Потом оглянулась и, увидев, что кибитки гномов сгорели, села и разрыдалась.

***

После пожара все окончательно решили, что я суперсильная магисса. Не стала никого разочаровывать, пусть так и думают и боятся. Только госпоже Мор и отцу призналась, что силу мне земля дала.

— Так я и думала, — сказала Божьяки. — Ты хозяйка, кому как не тебе, ей помогать.

Она и доктор Багин убедились, что со мной все в порядке, но Божьяки все равно предложила остаться со мной в доме. Я согласилась. Потому что вторым кандидатом в мои стражи вызвался быть эльф.

— Ты, конечно, можешь не выделять мне отдельной комнаты, тогда я просто буду сидеть у тебя под порогом. И мне все равно,