Гори ярко - Патриция Бриггз

Чарльз сложил руки на груди и посмотрел на пару своего отца, и впервые причина, по которой он радовался, что ему не пришлось казнить её как предательницу, была связана больше с самой Леей, чем с Браном.

— Спасибо, — повторил он, — что вернулась помочь, когда я в этом нуждался.

Лея на мгновение задумалась.

— Я сделала это не ради тебя. — Она открыла ящик, достала чистое кухонное полотенце и положила его рядом с раковиной. Повернувшись к нему спиной, она добавила: — Ты мне не нравишься. Ты никогда мне не нравился, и это не твоя вина. Он любит тебя. А меня он не любит.

Лея повернулась и посмотрела на него ясными голубыми глазами с ничего не выражающим лицом.

Чарльз подумал о том, как волк Брана боролся и остановил маррока в Спокане, не желая оставлять Лею на смерть. Бран знал, что самым безопасным местом для всех, если бы Лея оказалась их предательницей, была Африка. Его отец, который контролировал своего волка очень долгое время.

Возможно, не только волк не хотел уезжать.

— Что изменилось бы, если бы он любил тебя? — осторожно спросил Чарльз, потому что очень старался не вмешиваться в брак своего отца.

Она уставилась на него.

— Ты загадочный сукин сын, — сказала она.

И именно поэтому он не вмешивался в брак своего отца.

— Ты не знаешь, где Анна?

— Она ушла, — холодно ответила Лея, словно краткого мгновения согласия по поводу мокрой одежды не было. — Я полагаю, поехала домой.

* * *

Чарльз нашел Анну в манеже, где та работала со своим маленьким мерином, и она демонстративно игнорировала его. Однако Анна немного напряглась, когда попросила мерина перейти с галопа на рысь, и плюхнулась ему на спину, потеряв равновесие.

Бодрый маленький серый конь сделал ещё несколько шагов, и когда стало очевидно, что она не исправляет ситуацию, он остановился.

— Ты забыла просидеть пару шагов, прежде чем начать двигаться в такт, — осторожно сказал Чарльз, забираясь на ограду манежа. Если Анна злилась на него, то инструкция вместо приветствия было плохим способом всё исправить, но он не мог удержаться.

Вместо ответа Анна подвела Хейлайта туда, где сидел Чарльз, и ответила:

— Хорошо подумай над своим следующим ответом. Жизнь твоего отца может зависеть от него.

Он встретил её взгляд, но не мог понять, насколько она серьезна.

— Хорошо, — сказал он.

— Он затащил тебя в свой кабинет, чтобы вы оба не участвовали в сегодняшнем вечере?

— Я отвечу. Но сначала позволь мне сказать, что стая тяжело переживает предательство Сейдж и смерть одичалых. В некоторых случаях им было слишком тяжело.

Асил исчез на несколько дней. А когда вернулся, то с таким усердием принялся ухаживать за розами и выходил только тогда, когда Кара приходила за ним.

Бран был сильно потрясён, сначала обнаружив, что среди них есть предатель, затем похищением Мерси, а так же мыслями о том, что Лея — предательница. Но самым большим шоком для Брана стало то, что он не ожидал предательства от Сейдж.

— Эта вечеринка была именно тем, что нужно было стае, включая «Дикую Охоту», — сказал Чарльз. — Асил пошёл с ними?

Анна кивнула.

— Он сказал, что кому-то нужно присматривать за идиотами.

— Отец ещё не в том состоянии, чтобы бегать со стаей. Если бы он пошёл, игры бы не получилось. А им нужно было повеселиться.

Анна поджала губы, её тело слегка покачивалось, когда мерин переступал с ноги на ногу.

— Ладно. Я понимаю. А что насчёт тебя?

— Я бы с удовольствием отправился в погоню за Дикой Охотой, — честно сказал Чарльз. — Но Уэлсли прислал моему отцу кучу имён и номеров социального страхования. Так что я провёл вторую половину дня за работой.

Уэлсли жил в доме стаи маррока. Но он попросил разрешения и получил его, чтобы отправиться на охоту за ведьмами. Он уехал несколько дней назад со свежими документами, кредитными картами (которыми теперь умел пользоваться) и миссией, которая вела его вперёд.

— Что ты нашёл? — спросила Анна.

— Это нечто большее, чем скинуокер, или, по крайней мере, большее, чем просто один скинуокер. Похоже, семье Хардести удавалось прятаться от всех. Они владеют сетью ресторанов быстрого питания, большими участками земли и несколькими зданиями в Нью-Йорке. И они ведьмы. Первый могущественный ковен ведьм за триста лет, насколько нам известно, по крайней мере.

Хейлайт вскинул голову и фыркнул, словно бросая вызов незнакомой лошади. Анна погладила его по шее.

— И они нацелены на нас? — тихо спросила она.

Чарльз кивнул.

— Похоже на то. Но, возможно, нет. Асил… — Он вздохнул. — Асил нашёл Сейдж.

— Неудивительно, что он был сам не свой, — мрачно сказала Анна.

Чарльз знал, что ему не нужно говорить ей, что Сейдж мертва.

Он кивнул.

— Асил сказал Брану, что скинуокер охотился за Уэлсли, некогда называвшимся Фрэнком Брайтом, до него дошли слухи, что он у нас. Она охотилась на него ещё в тридцатых годах, потому что знала о заклинании ошейника. Именно его хотела найти. Но когда она оказалась здесь и захватила Джерико, то подумала, что может попытаться захватить эту стаю и использовать её как оружие против другой ветви семьи.

— Сейдж рассказала всё это Асилу? — спросила Анна.

Чарльз пожал плечами.

Анне нравился Асил. И даже если это бесило братца волка, Чарльз не собирался вмешиваться в это, если только в этом не было необходимости. Когда Анна будет готова услышать о том, насколько чудовищным может быть Асил, она может спросить у него. Или у Брана. Но Чарльз предполагал, что она не станет задавать вопросы.

Анна посмотрела на прекрасные, покрытые лесом горы.

— Я всё думала, чем займусь в своей жизни. Но знакомство с некоторыми одичалыми кое-чему меня научило.

— Чему же? — Когда он смотрел на неё с помощью дара своего деда, то мог видеть связи, центром которых была она — связи с лошадью, с деревьями, с горами — и с ним. Она была так прекрасна.

— Может, сейчас я и не знаю, чем хочу заниматься. Но у меня много времени впереди, чтобы это понять. На той вечеринке я решила, что стоит изучить что-то новое. Прежде чем пойти кататься, я записалась на онлайн-курсы. — Она нахмурилась и посмотрела на него. — Ты говоришь по-японски?

«Нет», — сказал братец волк.

Чарльз рассмеялся над его раздражённым тоном. Братец волк не хотел разочаровывать Анну.

Волчий вой эхом разнёсся от горы за их