21 день - Анна Гром

Глава 49

Я наизусть знаю все до единых симптомов отравления токсином. Галлюцинации – один из них. Я не имела контактов ни с заражёнными, ни с образцами токсонита, но сегодняшнее утро всё больше и больше напоминало мне фантастический сон.

Меня выдернули в пять утра. Максвелл прислал мне запись с камеры, установленной у главного входа. На ней был мужчина в тёмной одежде, с короткими седеющими волосами. У него не было защиты, даже респиратора. Подняв лицо прямо в камеру, он проговорил несколько слов. Я прочла по губам.

«Я знаю, где они базируются. Спасите моего сына».

С той самой секунды всё внутри меня окончательно рухнуло. Пока неизвестность давала мне надежду, я держалась, но сейчас… Я перегорела, как лампочка. Всё, что ещё жило во мне – эмоции, чувства, ощущения – отключилось. Я превратилась в робота, который натягивал спецкостюм из домашнего арсенала, рассовывал оружие в разгрузку. Максвелл что-то бубнил мне в ухо о деталях спецоперации, для которой мне каким-то чудом выдали допуск, но я слышала лишь щелчки собственных суставов, когда разминала пальцы. Мне нельзя было туда, я это прекрасно понимала, но я не могла не пойти. Бездействие убило бы меня быстрее, чем токсин.

Захлопывая дверь квартиры, я вспомнила о кактусе, который героически погибал на моём столе. Если я не вернусь, о нём уже никто не позаботится…

– Идешь во второй волне, Белл, и не лезешь вперёд, – рявкнул Максвелл мне в ухо. Я угукнула в ответ.

Моя машина неслась по пустым улицам. Датчики на приборной панели показывали отсутствие ветра. Состав воздуха был в пределах нормы. Прошло ровно пятьдесят две минуты от восхода солнца. Сегодня было двадцатое октября.

Над моей головой разразилась сирена. Она накрывала меня раскатистыми океанскими волнами, то усиливаясь, то замирая, когда я то приближалась, то отдалялась от висящих на столбах динамиков. Закончился комендантский час. Начинался новый день. День, который мы никогда не забудем. «День 21». Так была названа сегодняшняя операция. Мы должны были найти Подполье. Я должна была найти Дэмиана.

Я бросила машину прямо у тротуара, и, минуя офисное здание, направилась прямо в ангар. Максвелл расхаживал у ворот, громко кого-то распекая. Группа Уилсона загружалась в машины. Я пристроилась в хвосте.

– Ты же знаешь Браунинга. Он бы не оставил следов, – проговорил Тед, когда последний боец исчез за перегородкой.

– Он не причастен, – отрезала я.

– Да я тоже не верю, Белл. Хрень какая-то…

Показаниям отца Браунинга верить не дозволялось. Это могла быть как ловушка, так и действительно позднее раскаяние человека, который рисковал потерять сына. Мы готовились к любому исходу, но участие Дэма в деятельности Подполья я отрицала полностью, несмотря на то, что этот вариант приказано было отработать. Я не могла так ошибиться в нём. Мне не пережить ещё одно предательство, поэтому я не допускала ни тени сомнения.

«Флоренс, ты в норме?»

На комм упало сообщение от Нелл. Я ответила утвердительно. В моём случае понятие нормы очень растяжимо.

«Будь в моменте. Не позволяй эмоциям захватить тебя. Береги себя. В первую очередь себя».

Нелл заподозрила во мне жертвенный героизм, забавно. Я усмехнулась. Поймав вопросительный взгляд Теда, мотнула головой, мол, всё в норме.

Я вдруг вспомнила, сколько раз хотела умереть на службе, где-то внутри себя понимания бессмысленность собственного существования. У меня не было семьи: родители так и не приняли меня такой, какая я получилась, мужчина, с которым я мечтала прожить всю свою жизнь, едва меня не убил, мужчина, которому я доверилась, оставил меня в неизвестности. Я одним усилием воли тормозила бесконечно ехавшую крышу – что это за жизнь? Может, если сегодня она закончится, я, наконец-то, завершу этот сложный путь, и, как бы странно это не звучало, выдохну?

– Приехали, – Уилсон дотронулся до моей руки и торопливо надвинул на лицо забрало. – Выдвигаемся!

Глава 50

Координаты, которые передал нам Джеймс Браунинг, указывали на разветвлённый складской комплекс, который являлся частью предприятия по переработке токсичных отходов. Формально оно принадлежало Объединённому правительству, но управлялось местными назначенцами, которых тоже стоило бы проверить. А также всех инспекторов, которые когда-либо курировали данный квадрат. По данным Джеймса Браунинга здесь находилась целая лаборатория. Нам не сказали, что они там производят, но предупредили, что токсонита там до чёртовой матери.

Мы шагнули в здание. Я действовала согласно до оскомины вызубренному и миллион раз отработанному алгоритму. Нам необходимо было в максимально короткий промежуток времени взять под контроль всё помещение и всех вероятно находившихся там людей: по данным Джеймса Браунинга в лаборатории могло быть десятка полтора вооружённых и столько же работников, которые так же вероятно могут оказать сопротивление. Я шла в третьей двойке, сразу за замом Уилсона, меня прикрывал недавний стажёр. Моей задачей, как инспектора было установление факта нахождения на складе токсонита, я пришла не воевать. Уилсон повёл свою группу вверх по лестнице.

Стрельба началась на втором этаже. Я затаилась под лестницей, выполняя приказ Уилсона не отсвечивать. Когда пусть расчистился, меня и ещё троих бойцов направили в левое крыло, предположительно в больничный комплекс.

– Здесь электрощитовая, пусто, – доложил идущий впереди боец, толкнув перед собой ближайшую дверь.

Дальше мы двинулись вдоль стеклянных распашных дверей, внутри которых располагалось оборудование. Датчики скакнули. Мы были в сердце токсонитового склада.

– Тут так много этого дерьма, что мы через двадцать секунд все бы передохли, – послышалось в рации от впереди идущего.

Я осмотрелась. За дверями стояли галлоновые бочки с маркировкой опасных токсичных отходов. Микроскопы, пробирки, чашки Петри… Чем же они тут занимались?

– В помещения не входить. При сопротивлении открывать огонь на поражение.

Сопротивляться было некому, вся возня сосредоточилась наверху, и то с каждой минутой становилось тише – нас здесь действительно не ждали. Я снимала всё, что вижу – видеозапись передавалась прямиком в Подразделение к Максвеллу.

Моё внимание привлекли две каталки, стоящие вдоль стен, и операционный стол в четвертом от входа помещении. Медицинское оборудование – операционный монитор, инструментальные столы, анестезиологический комплекс, штативы. Неплохое оснащение. И совсем не похоже на средства для производства биологического оружия…

– Там человек.

Внутри следующего по курсу помещения лежало тело, накрытое по грудь белой простыней. Если бы не писк