Король моей школы - Лисса Джонс

Разумовский кидает мне магнезию, но смотрит на Генералова.

— Че за фигня, тренер? Там фола три было! Какие ещё «случайные касания»?

— Добро пожаловать в «Легион». — Отвечаю, будто констатирую погоду.

— Что это значит? — Дима хмурится. Правда не понимает. Редкий случай, когда Юсупов не догоняет.

— «Орлам» нужен Кубок. Любой ценой. Считайте, вы попали на открытую тренировку легендарного клуба.

Спойлер № 1. Дамы и господа, он взорвет вас!

— Ты больной, Димон. Адреналиновый наркоман. И я не про заезды.

Глава 40.2 Финальная игра. Шах и мат

Филипп

Пауза. Разумовский сжимает бутылку так, что вода выплёскивается на пол.

— Но нам нужнее! Не понимаю! Это так твой Лукин работает?! Это он их настроил? Ты это все полгода терпел?! Или как… Что это за… Антон Владимирович, можно матом, а?!

Замолкает, увидев, как я медленно разминаю запястье. Там уже цветёт синяк от Соколова.

— А этот козёл у меня давно в печёнках сидит, — Максим шипит, внезапно понизив тон. — Я убью его, отвечаю. Заставлю жрать свое же…

— Какая экспрессия, уважаемые коллеги! — Насмешливый баритон разрезает воздух. Лукин в два размашистых шага подходит к нам. — Позвольте, я поговорю со своим воспитанником. Один на один.

Взгляд прикован ко мне. Генералов поднимается, блокируя путь к скамейке, а парни затыкаются.

Блин, этого еще не хватало. Обычно между тренировочными подходами Марк выкидывал кое-что. Кое-что, что мне даже нравилось поначалу.

В голове всплывают картинки: поздние тренировки. Его руки на моих плечах, голос шёпотом в ухо: «Злость — это топливо. Ты должен научиться его жечь».

Я верил ему.

— Ваши подопечные там. — Тренер кивает в сторону площадки, где «Орлы» весело переговариваются.

Марк делает паузу, медленно облизывая губы, словно пробуя на вкус растерянность, повисшую в воздухе. Его пальцы лениво играют с серебряной цепочкой от свистка, обвивая её вокруг пальца.

Как он там говорил перед игрой?

«Мои цепные псы».

Он действительно выглядит как дрессировщик, а не как тренер. Пришёл за блудным щенком? Надоело с теми, кто слишком послушен?

— Может, заберу и второго? — Марк прищуривается, бросая взгляд на меня. — У вас он слишком... размяк.

— Ваш юмор сегодня особенно неуместен. Пожалуйста, отправляйтесь к своим детям.

— О, боже, — Лукин закатывает глаза, прикладывает руку к груди, — я начинаю понимать, откуда в нём эта мягкотелость! Но, к вашему счастью, я могу привести его в нужную кондицию. Даже без рук, хотя я бы с удовольствием подключил бы и их.

— Оставьте его в покое, — Дима говорит спокойно, а Марк игнорирует его. С Лукиным нельзя говорить так. Он просто вас не услышит.

Он бросает взгляд через плечо. Туда, где в первом ряду сидит мужчина в чёрном кашемировом пальто. Главный тренер московского «Адреналина» приехал по просьбе Генералова.

— Если ты думаешь, что показываешь честную игру вот этому московскому хряку, то ты ошибаешься. — Марк улыбается. Улыбка хищника, который уже загнал добычу в угол.

Он делает шаг вперёд, обходит Генералова, будто тот просто мебель. Я поднимаюсь на ноги. Да, это оно. Работа над «спортивной злостью».

— Ты показываешь только одно: что не способен принимать решения.

Пауза. От него пахнет парфюмом. Таким же ледяным, как мой.

— Не способен вести команду к победе.

Его глаза скользят в сторону Соколова.

— Ты его триггеришь, Фил.

Тот стоит у скамейки «Орлов», дрожащими руками сжимая бутылку с водой. Его взгляд прикован к нам, зрачки расширены. Лицо хмурое. Красное.

— Он уже на грани, а я филигранно толкаю его с обрыва. Он рвется к победе. Ревнует, что прямо сейчас я, возможно, стою и уговариваю тебя вернуться вместо того, чтобы говорить ему напутственную речь.

Он делает паузу, давая мне прочувствовать каждое слово.

— Посмотри на него. Весь такой праведный в своем гневе и неподкупный. Завистливый, слабый, неумеющий держать себя в руках, ведущийся на жалкие эмоции сопляк. Он ведь не согласится подыграть, если я скажу им проиграть.

Марк подходит слишком близко. Так, что я вижу блеск в его глазах. И слышу фразу, предназначенную только мне. Вопрос, который задают только легионерам:

— Что мы делаем с теми, кто нам мешает?

Аврора

Тренер «Орлов» уходит от нашей команды, оставляя Фила с сжатыми челюстями и кулаками.

— Что за фигня?

— Н-не знаю… — но знаю, что Филу не следует выходить на площадку.

Филипп

— Делайте замену, — Макс и Дима ошарашенно смотрят на меня. Возможно, я чокнулся. — Я пропускаю четверть.

Лукин ждёт, что я взорвусь. Так что я сделаю наоборот. Да, чёрт возьми, именно так. Абсолютно противоположное. Пока физрук ушёл выбирать замену, нужно убедить ребят.

— Вы же слышали Лукина. Может, если уберем меня, они успокоятся? Нам нужен кубок, а не мои финты на площадке.

— Ты шутишь, Фил?! Мы будем вдвоем с ними!

— Это идея, — неуверенно произносит Юсупов.

Я прекрасно понимаю его сомнения. Дима — наш тыл, наш мозг, наша стратегия. Но в атаке ему не хватает зубастости. А Макс... Макс всегда играл для галочки, для девочек на трибунах, для собственного удовольствия. Но сегодня другой случай.

— Эй, але! — Щелкаю у Макса перед глазами. — Блондинка в законе! Послушай меня. — Кладу руки ему на плечи, как Лукин когда-то делал со мной. — Они подстроятся под тебя, понял? Ты же любишь быть центром вселенной. В тебе злости немерено. Так выплесни ее.

Черт. Даже говорю как он.

Макс замирает на секунду, затем резко выдыхает через нос. В его глазах появляется тот самый огонь. Нужный. Правильный игровой настрой. Блин, стоп, что?! Я это назвал правильным настроем? Что он со мной сделал?

Команды возвращаются на площадку. Я натыкаюсь взглядом на довольного Марка.

Черт… И на сидящего на скамейке Соколова. Вашу же… Кажется, я облажался.

Аврора

Третья четверть проходит под громоподобный рёв трибун напротив и траурное молчание на нашей стороне. Саша вцепилась в свои коленки. С побелевшим лицом смотрит за тем, как Юсупов мрачнеет с каждой секундой. Не отводит от него глаз.

Счет 62:38 в пользу черно-желтых.

И, кажется, Макс больше не сможет играть. Его выжали по максимуму.

— Я сейчас… — встаю, но Саша даже не обращает на меня внимание. Мне нужно подойти к стоящему у скамьи игроков Филу.

Потому что я знаю, что он хочет сделать. Я этого и боялась. Любой ценой. Фил не умеет проигрывать, отрыв «Орлов» колоссальный, но я из последних сил надеюсь, что он не решится на глупый шаг. В конце концов, это просто школьный матч.

Филипп

Три минуты до конца четверти. И еще один бросок