Тень Элларии - Джулия Фокс

Демон уже разворачивался к ней. Медленно. Уверенно. И хуже всего было осознание: я пропустил удар не потому, что не успел. А потому что смотрел на нее.

— Нет!

Её крик прорезал ночь так, будто разорвал саму ткань тишины. Это был не просто испуг, это было отчаяние, голое, надломленное и беззащитное. В этом звуке не осталось ни выдержки, ни королевской осанки, ни привычной силы. Только страх потери.

Я видел, как демон снова схватил её. Огромная ладонь сомкнулась на её предплечье, металлические пальцы сжались с безразличной точностью механизма. Он поднял её с земли небрежно, словно вес её тела ничего для него не значил. Ноги Виолетты беспомощно дернулись в воздухе, пальцы ног скользнули по камню, не находя опоры. Она билась, выгибалась, пыталась вывернуться, ногтями царапала броню, оставляя на ней лишь короткие, бессильные скрипы.

Демон даже не реагировал. Он не ломал её руку. Не душил. Пока.

— Ноа!

Во мне что-то щёлкнуло. Не мысль и не решение. Щелчок — как разрыв нити.

Я поднялся через боль, с глухим рычанием, сдавленным сквозь зубы. Воздух всё ещё не полностью возвращался в лёгкие, рёбра отзывались тупой, пульсирующей болью при каждом движении, но это перестало иметь значение. Потоки внутри меня рвались, нестабильные, вспыхивающие всплесками, как перегретая сталь в горне.

Я шагнул к ней. И в тот же миг — снова этот звук. Резкий, сухой, рассекающий воздух.

Я успел только повернуть голову. Второй демон возник рядом мгновенно — не прыгнул, а просто оказался здесь. Я почувствовал его присутствие за долю секунды до удара, как провал в потоке, как разрыв в ткани пространства.

Слишком поздно. Он врезался в меня с нечеловеческой силой.

Мир перевернулся. Я не просто упал, меня вбили в землю. Камень под животом треснул с хрустом, трещины разошлись во все стороны. Удар прошёл через позвоночник, как молот, и на мгновение всё внутри стало белым и пустым. Воздух снова вышибло, из груди вырвался сдавленный хрип, перед глазами вспыхнули искры.

Я попытался перекатиться, но тяжёлые ноги демона вдавили меня в мостовую. Он прижал меня так, что грудь будто расплющилась о камень. Вес чудовищный, давящий как обвал. Я чувствовал, как кости сопротивляются, как мышцы дрожат под нагрузкой.

Я дёрнулся, собирая энергию, но она не слушалась. Она расплескалась после первого удара, распалась на рваные струи. Я тянулся к ним, пытался выстроить, собрать в узел, но они ускользали как вода сквозь пальцы.

Всё стало медленным. Невыносимо медленным.

Я видел, как Виолетта извивается в руках другого демона. Слёзы блестят на её щеках, отражая тусклый свет фонарей. Волосы растрепались, прилипли к лицу. Она кричала моё имя, снова и снова, будто этим могла удержать меня в мире живых.

— Ноа! Ноа! Пожалуйста!

Я никогда не слышал её голос таким. В нём не было силы. Не было попытки быть храброй. Только страх. Чистый, не прикрытый гордостью. Отчаяние без маски.

В моих жилах поднялось нечто тёмное и горячее.

Ярость.

Она вспыхнула и разлилась по венам, вытесняя боль. От неё хотелось рвать, ломать, крушить. Хотелось разорвать этих существ голыми руками, раздавить их, стереть из существования. Хотелось, чтобы мир треснул пополам, если только это спасёт её.

Я дёрнулся сильнее. Мышцы напряглись до предела, сухожилия затрещали. Я попытался продавить демона импульсом, собрать остатки энергии, вырвать её из глубины, из боли, из самой ткани собственной души.

Сила отозвалась резким, болезненным всплеском. Она вспыхнула, но не выстроилась. Я чувствовал, как что-то во мне перегибается, как граница между контролем и хаосом становится тоньше.

Я не позволю. Не позволю им её забрать.

Потоки начали сходиться, рвано, агрессивно, стягиваясь в один узел. Я чувствовал, как что-то натягивается до предела, как энергия поднимается дикой, неконтролируемой волной, готовой смести всё, включая меня самого. Это было уже не управление. Это был срыв.

Я смотрел на нее. И в её глазах увидел не только страх. Любовь. Чистую. Открытую. Беззащитную.

И это оказалось хуже всего. Потому что в этот миг я понял: если я сейчас не встану — это будет не просто поражение. Это будет конец её веры. Её выбора. Нас.

Я собрался всем существом. Не мышцами — глубже, в той точке, где когда-то видел свою душу. Я потянулся к ядру, к самому центру, где пульсирует свет и тьма, где сходятся страх и воля.

И в этот момент пришла боль. Сначала тонкая. Холодная. Как игла, осторожно коснувшаяся кожи.

Потом ослепительная.

Что-то вонзилось в меня. Резко. Глубоко.

Я не сразу понял, что произошло. Только почувствовал, как сквозь меня проходит нечто чужое, безжалостное. Лезвие прошло в районе шеи, чуть ниже основания черепа. Я ощутил, как оно разрезает мышцы, как скользит между позвонками, прошивая меня, принимая моё тело за податливую ткань.

Мир дрогнул. Звук исчез, будто его выдернули. Тело внезапно стало чужим, тяжёлым и непослушным.

Я хотел вдохнуть — не смог. Грудь не слушалась. Воздух остановился где-то на границе.

Хотел пошевелиться — не смог.

Энергия, которую я собирал, рассыпалась в одно мгновение, как стекло, разбитое о камень. Потоки оборвались, связь с ядром стала тонкой, как паутина, и тут же лопнула.

Я лежал, прижатый к земле, и чувствовал, как тепло медленно и неотвратимо уходит из тела. Как если бы меня изнутри наполняли холодной водой. Пальцы перестали слушаться. Боль стала далёкой, отстранённой. Меч вышел так же резко, как вошёл. Тело дёрнулось.

Где-то далеко, будто сквозь толщу воды, я услышал крик. Её крик.

— Ноа! — Голос рвался, ломался, захлёбывался. В нём было всё: страх, отчаяние, неверие.

Я попытался повернуть голову. Не смог.

Глаза всё ещё видели, но картинка расплывалась. Демоны. Камень. Небо над крышами, тёмное, с редкими звёздами.

Мир начал тускнеть по краям, будто кто-то медленно закрывал занавес, стягивая его к центру. Свет сужался в узкий круг.

Последнее, что я слышал — это она.

Как она зовёт меня.

Снова.

И снова.

И снова.

А потом стало тихо.

Глава 34

— Ну как? Ты в порядке?

Гидеон стоял передо мной и придерживал за плечи, удерживая, чтобы я не осела на пол. Его ладони были уверенными, твёрдыми и тёплыми, в них не было ни суеты, ни раздражения. Только монументальное спокойствие.

Я действительно едва держалась на ногах. Всё тело ломило, напоминая о долгой болезни или изнурительной дороге. В висках стучало, мысли двигались вязко, продираясь сквозь густой туман. Я пришла к