Антагонизм - Натали Ният

— Прекратите немедленно! Обоих выгоню из своего дома, если не замолчите!

Странно, но вопреки всем моим наихудшим ожиданиям и мама, и Мария послушались Сачка и в тот же миг разошлись в разные стороны. Мамочка пошла к себе домой, а Мария — в туалет. Уф, Сачок появился как нельзя вовремя, страшно подумать, чем могло бы все закончиться. Моя мамочка полна сил и энергии, и сейчас ей лучше ни в чем не перечить.

В следующий мой визит к бабуле я увиде́лась там с Лидкой. Она почти сразу же появилась на пороге, когда узнала, что я у бабули в гостях. Чуть погодя мы уединились с ней в дальней комнате.

— Линда, меня поймали с поличным, — хихикнула Лидка.

— Сильно досталось?

— Да ерунда, — отмахнулась та, — уже почти зажило.

— Дура ты.

— Я знаю. Ну дура и дура, что ж теперь поделать?

— Действительно, что ж поделать? — съязвила я. — Например, не дуреть еще больше.

— Линда, вот скажи мне, что им всем от меня надо?

— Кому всем? — не поняла я вопроса.

— Матери, тетке, братьям, соседям.

— Не знаю, ничего, наверное, не надо, — пожимаю плечами.

— Нет, им всем много чего надо. Им надо лезть, куда их не просят. Делать, что их не просят.

— Это к тебе лезть?

— Ко мне. Мать меня годами не замечает, ну хорошо, месяцами, неделями точно. Ей же насрать, что я, где я, пожрала ли я? А потом она вспоминает обо мне и начинает воспитывать.

— Ну, наверное, всё же заботится о тебе.

— В чём же? Ты знаешь, что у неё два хахаля. Что, глаза расширила? — Лидка, видимо, заметила моё удивление. — Да, они не знают друг про друга. А я знаю про них. Она до того обнаглела, что от твоей бабки им звонит, называет Лариса Сергеевна или там Пелагея Степановна какая-нибудь, их. Каждый раз по-разному, хм, наверное, чтоб не запутаться самой. Не знала? Кто она после этого? Мы с тобой сидели рядом, она при мне звонила несколько раз.

Отвожу взгляд в окно. Сказать мне нечего. Ответить тоже.

— Молчишь? Шлюха она после этого, вот кто.

— Лид...

— Что? А потом, если бы не тётка, она бы и не знала ничего. Ей похрен на меня, понимаешь?

— Лид, я не знаю, что сказать. Но пить — это не выход.

— А кто пил? Мы просто бутылку пива на двоих выпили с Алкой. И всё.

— Ну и что? Тем более ты на неё злишься, что она обманывает, мама твоя. А сама тоже врёшь. Ведь так? Когда врут, понимают, что плохое натворили.

— А куда мне деться от них?

— И этот Эльдар, ты же понимаешь, что он скользкий тип. Я чуть с ума не сошла в тот раз. Ты меня подставила бы тоже. Ещё как бы подставила. Ты просто не знаешь. И если тебе всё равно, что тебя отлупили, мне нет. Притом не за что. Я так не хочу.

— А как ты хочешь? — в голосе Лидки явственно чувствовалась злоба.

— В том-то и дело, что никак. Если всё в таком вот будет виде, то никак не хочу. Мне и своих проблем хватает.

— Тебе-то?

— Мне.

— Это тебе, у которой папочка работает большим начальником, бабушка которой сдувает с тебя пылинки? Тебя-то на машине водитель папин возит. Тебе легко рассуждать. Щелк-щелк пальцами, и смотрите, нашей Линде всё готовенькое на блюде приносят.

Все ясно, Лидка, наверное, сошла с ума. Ее избила мама, и задела важные органы в мозгу, и только сейчас пошло осложнение.

— Лида, ты несешь несусветную чушь. Если бы ты подумала хорошенько, то вспомнила бы, о чем я тебе рассказывала. А насчет бабули — это ты зря. Бабуля часто покупает нам с тобой одинаковые подарочки. И сладости.

— Вот именно! Мне не нужны твои подачки! Подавись ими! Сука!

Лида вскочила с кровати и собралась выйти из комнаты, и, наверное, вообще из дома. Вдруг она резко повернулась ко мне и бросилась на шею со слезами.

— Прости меня, прости, пожалуйста. Я правда не хотела ничего такого сказать. Это само вылезло. Это я сука.

— Успокойся, Лида, — погладила я подругу по голове. — Это все нервы. Так бывает. Это пройдет.

Глава 61

Глава 61

Я уже дома, вернулась от бабули. Не могу перестать думать о Лидке и о том, что она мне сказала. Про свою маму, да и вообще про всё. Мы с ней не поругались, она еще потом долго плакала. Наверное, многое накопилось у нее на душе.

Как жаль, что нельзя отмахнуться и вообще не вникать в некоторые мысли и моменты жизни. Вот раньше, когда я была маленькой, воспринимала людей как плохих и хороших, добрых и злых, красивых и некрасивых. Чуть повзрослев, стала вникать поглубже в человеческие образы, многое пришлось переосмысливать. А теперь вообще худо. Для чего мне нужно было узнать про Лидкину маму и ее двух хахалей? Ведь я теперь буду смотреть на нее другими глазами. Да, мамочка говорила про Лидину маму, что она та еще штучка и нечто наподобие, что и подразумевало ее нехорошее поведение. Но подразумевать, догадываться — это же совсем не то, что знать наверняка. Я многого не хочу знать, но приходится. И все эти углубленные мысли и эмоции могут переворачивать всё с ног на голову. Например, Лидка совершила плохой поступок: она напилась алкоголя. Это плохо, и я не должна ее жалеть, но после того как она почти полчаса проплакала у меня на шее, мне стало жалко ее. Не думаю, что в тот момент она обманывала. Мне стало жалко, что ее мама так к ней относится, что Лидке приходится во всем этом вариться, как картошке в супе. Выходит тогда что ж, Лидка не виновата? Виновата ее мама? Но нет, это же не может быть так. Ведь пиво с одноклассницей пила не Лидкина мама, а она сама. Я просто не представляю, чтобы мы с Катькой решили выпить пива или другого алкоголя. Хотя у Катьки тоже не всё гладко в семье и с мамой. Ох, всё это кажется таким запутанным.

С недавних пор в нашем городе комендантский час: с двенадцати ночи и до пяти утра. В это время никому нельзя выходить из своих домов, или только по специальным документам. Хоть я и мои родители и так не выходили из дома в такое время, всё равно как-то неприятно. Надя рассказывает, что на их многоэтажку и