Хранитель талисманов 3 - Юлия Викторовна Давыдова

— Как жаль, хранитель, — вздохнуло оно, — если бы удалось поглотить и тебя, мы стали бы гораздо сильнее. Что ж, ты почти разрушил заклинание «замены воли». Заканчивай, если знаешь как.

Никита зарычал с облегчением, от которого все мышцы в теле зазвенели струной.

— Отпусти меня, — прошипел он. — Скрепившему заклятие повелеваю, именем своим его уничтожить. Имя тебе — Мрак. Отпусти меня!

С последним словом осыпались в воздух остатки чёрных символов. Заклинание, связавшее хранителя, разрушилось, а стоявшему перед ним существу, больше не надо было использовать облик Скарада и оно, наконец, показалось.

Исчезло лицо и человеческое тело, впитываясь внутрь скопления множества обликов, слипшихся чёрной слизью в единый клубок.

— Каковы наши заклинания, да?! — хор множества голосов окружил Никиту.

Живой кусок склеенных сознаний разных существ перетекал и перекатывался на месте, словно огромный ёж, иголками которого были головы и тела людей и разных созданий.

— Мы написали их вместе, — все рты Мрака говорили одновременно. — Скарад зря помог тебе! Ты мог бы не страдать! А теперь ты увидишь и почувствуешь всё! Ты свободен лишь сознанием, хранитель! Но твоё тело принадлежит нам! Заклинание «цепей сосуда» не разрушить! Пока течёт твоя кровь, и мы течём в ней! Ты задушишь свою берегиню собственными руками, а мы позволим тебе посмотреть на это!

Хор голосов хохотал, словно раскаты грома. И единый клубок сознаний рос перед Никитой, распуская лапы и крылья, раскрывая множество оскаленных пастей, изливающих вокруг себя чёрную слюну. Она текла на землю под ноги хранителя, затапливая поле до горизонта.

Велехов сделал вдох и замер с ним, чтобы почувствовать, как его силы возвращаются к нему. Он всё ещё пленник. Но там снаружи, за пределами его плена, сражаются за него Арнава и Рир, Иван и Вурда. И берегини наверняка уже вступили в схватку, потому что Мраку больше не надо прятаться. Он ждал лишь одного — медальона. Чтобы уничтожить угрозу себе.

Но теперь талисман в его руках, и он может двигаться дальше. Идти и поглощать все заражённые сознания, расползаться в мир. Никита чувствовал это. Прямо сейчас тёмные души уходили в сотни мазуров, чтобы сражаться. Это армия Мрака, и она начала свой бой, чтобы поглотить, как можно больше живых сознаний и сделать их частью себя, чтобы восстановить ту мощь, которую уничтожили берегини.

Никита со всей очевидностью понял, что это их вина. Они нарушили равновесие, и тем самым заставили Мрак защищаться. Души, соединённые во тьме, пребывали в покое много сотен лет, но объединились и восстали с новой общей целью — выжить.

Чёрная слюна чудовища заливала землю и небо, и Велехов стоял в ней уже по колени. Мрак пытался подавить хранителя. Клубок сознаний кричал и выл, извивался, надвигаясь на него.

— Я белый волк, — прошептал Никита. — Нет заклинаний, способных мне навредить.

Он сделал шаг. Синее пламя обращения охватило его тело и сошло на тёмные воды под его ногами, поджигая их. Горящие полосы побежали в разные стороны по чёрному зеркалу.

Клубок сознаний шипел оглушающе и бесился неистово.

— Я свет! — зарычал Никита. — Нет тьмы, способной меня удержать!

И Мрак ринулся на него! Огромная масса переплетённых туловищ, конечностей и лиц с пустыми глазницами, источая брызги чёрной жижи, раздулась и, выплюнув из себя все шипы и когти, обрушилась на хранителя...

***

Первые же драконы, миновавшие черту города, угодили в сети из конечностей мазуров. Оттолкнувшись от стен и крыш, монстры молниеносно взлетели в воздух, ловя и оцепляя собой рептилий. Мазуры, каждый, как огромная живая сеть, просто ломали кости драконам. Те из них, кто успел проскочить, возвращались и отрывали монстров от своих товарищей.

Мазуры, державшие людей, переключились на большую угрозу и просто бросили заложников. Швыряли их с крыш или прямо в драконов. Рептилии, срывая с себя цепких монстров, ловили людей и опускали вниз. Но так получалось не у всех. Схваченные чудовищами драконы падали со сломанными крыльями и рёбрами и захлёбывались чёрной кровью, потому что перемалывали челюстями мазуров, лезущих им в пасти. Монстры втыкали зубы прямо в языки рептилий.

Брада на своём драконе ринулась вниз, когда один из оборотней её звена, пытаясь оторвать от себя трёх мазуров, отстал от группы. Чудовища, опутавшие его крылья и лапы, сжали его намертво, и дракон, рухнув в воду, поднял волну, прокатившуюся по улицам.

— Гинева, — Брада успела сжать медальон, — Скарад хочет уничтожить нашу сотню!

— За этим и позвал! — ответила Гинева.

Людей мазуры начали убивать, чтобы заставить алавийцев ринуться на помощь и оказаться в ловушке городских стен.

Верховная берегиня во главе звена уже прошла середину пути до башни. Драконы сопровождения вели её, поднявшись выше, но остальные звенья под ними просто тонули в чёрном месиве мазуров, пытаясь вынуть из него людей.

А впереди на башне монстров было, как в гигантском муравейнике. Они покрыли её собой, не оставив и просвета. Огонь драконов не брал это полотно, потому что оно было влажным. Густая слизь обтекала монстров, защищая их, словно жидкая броня.

Брада вместе со своим звеном нырнула вниз меж улицами. Дракон берегини ушёл всем телом в воду и схватил тонущего товарища. Подоспели остальные, поднимая облепленного мазурами дракона на поверхность, и Брада перепрыгнула на него. Вдавила ладонь в тело ближайшего монстра и крикнула:

— Дайте огня!

Драконы выплюнули пламя со всех сторон, а берегиня призвала его рукой и направила. Огненная волна даже не опалила покрытого слизью мазура, но сквозь ладонь Брады, вжатую в его тело, ринулась прямо внутрь него — в центр сплетения конечностей, в костяную капсулу. Там выжигая её содержимое — останки и символы заклинания, которым было создано это существо.

С треском и шипением, пожираемое пламенем изнутри, тело чудовища полопалось и разорвалось, сгорая и осыпаясь пеплом. А в воздух взметнулось и рассеялось чёрное облачко, на мгновения пропустив несколько лиц, объятых злостью.

— Да, берегиня! — взревели драконы.

Брада призвала пламя, всё ещё реющее в воздухе вокруг неё, и через ладони направила в остальных монстров. Горели и разрушались их тела, потому что выжигалось заклинание их создания, и, глядя на тёмные души, испаряющиеся из чудовищ, Брада схватилась за медальон:

— Гинева! Души в телах мазуров! И не по одной!

— Видела! — немедленно ответила верховная берегиня.

Возле башни монстров всё-таки уничтожали, и