Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 1 - Валентина Зайцева

Я резко обернулась, вглядываясь в туманную даль улицы, туда, где только что скрылась его повозка. Мои глаза лихорадочно искали среди сотен экипажей и уходящих гостей ту самую фигуру, чья холодная решимость стала моим спасением. Но тщетно. Остерхольд поглотил его, не оставив и следа — Каллум исчез, будто его и не было, оставив после себя лишь горьковато-сладкий привкус солодки на моих губах.

— Элли, на что ты так смотришь? — Валерия помахала ладонью перед моим лицом. Её густые, по-мужски прямые брови сошлись на переносице, а в голосе послышалось неприкрытое беспокойство. — Где тебя носило? Ты хоть понимаешь, что я чуть с ума не сошла от страха!

Я медленно опустила взгляд, чувствуя, как тяжесть пережитого вновь наваливается на плечи. Как я могла объяснить ей всё это? Похищение, дурман, тёмный склад и человека, который был одновременно моим кошмаром и единственным защитником?

— Сестра, — тихо произнесла я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал слишком сильно. — Всё это слишком сложно... Давай обсудим это, когда вернёмся домой.

* * *

Евнух Северус

Во Дворце Непорочной Луны царило мёртвое безмолвие, пропитанное едким ароматом воска и холодного камня. Я стоял в тени высокой колонны, не смея пошевелиться, пока Императрица Беатриса зажигала свечи.

Она была в простом белом платье, её длинные волосы тёмным шёлком рассыпались по плечам. В руке она держала лучину, методично пробуждая огонь в сотне бронзовых подсвечников у подножия алтаря Богини Милосердия — Эларии. Тепловатый жёлтый свет подчёркивал её безупречные черты, и в этом сиянии она сама казалась ожившим изваянием — такой же безмятежной, лишённой земных страстей и печалей.

Весь двор Остерии почитал её как святую. Говорили, что Императрица Беатриса не раздавит и муравья, а её рацион состоит лишь из трав и чистой воды. Именно эта маска кротости позволила ей стать доверенным лицом принцессы Изабель и, в конечном итоге, возвести своего сына Даэна в ранг кронпринца.

— Даэн всё ещё стоит на коленях перед Залом Солнечного Трона? — спросила она, не оборачиваясь. Её голос был подобен звону тонкого льда.

— Да, Ваше Величество, — я склонился так низко, что видел лишь носки своих сапог. Моё охристое одеяние казалось слишком ярким в этом храме тишины. — Император лично нанёс Его Высочеству десять ударов плетью, после чего приказал стоять на коленях под открытым небом. Гнев Его Величества не знает границ.

Я осторожно поднял руку, прикрывая ладонью пламя свечи от сквозняка, и добавил, понизив голос: — Из-за ярости у Его Величества вновь обострился старый недуг. Он принял капли и забылся тяжёлым сном, но перед этим долго поминал других принцев, почивших в юности. В его словах слышалось раскаяние... и опасная ностальгия.

Императрица будто не слышала меня, продолжая зажигать последний ряд свечей.

— До меня дошли слухи, Северус, что в том постыдном безумии, что Даэн устроил на банкете принцессы Изабель, была и твоя доля участия.

Моё сердце пропустило удар. Холод пробежал по спине, и я мгновенно рухнул на колени, едва не запутавшись в тяжёлых складках плаща.

— Этот слуга был ослеплён преданностью! Видя, как Его Высочество день и ночь терзается мыслями о младшей дочери Валериусов, я лишь хотел исполнить желание господина... Кто же знал, что эти никчёмные тени в темноте перепутают девиц и приведут не ту...

— Снова эта Элара Валериус, — Императрица с глухим стуком отложила лучину. В её глазах, обращённых к лику Богини, не отразилось ни единой эмоции. — Я помню... генерал Дамиан Валериус ведь твой старый знакомый, не так ли?

Меня обдало жаром. Этот вопрос не требовал ответа — он был приказом. В одно мгновение я осознал всю глубину её замысла.

— Да, госпожа. Этот слуга всё понял.

— И ещё, — она плавно опустилась на расшитый мат, складывая ладони в молитвенном жесте перед безмолвной Эларией. — Раз уж Император так разочарован в Даэне, выбери в Восточном дворце наложницу покорнее. И прикажи лекарям убрать из её питья те горькие травы, что препятствуют зачатию. Пришло время... мне нужен внук. Маленький принц, который не будет столь неблагоразумен.

В этот миг тишину разорвал резкий звук — звон бьющегося фарфора.

Маленькая служанка, нёсшая поднос с чаем, застыла в дверях. Её лицо стало мертвенно-бледным, глаза расширились от ужаса — она слышала то, что предназначалось лишь теням. Понимая, что совершила непоправимое, она рухнула ниц, дрожа всем телом.

— Ваше Величество, пощадите! Смилуйтесь!

В этот же момент ночная бабочка влетела под стеклянный колпак лампы. Она отчаянно билась о преграду, едва не касаясь фитиля. Императрица Беатриса медленно протянула руку, приоткрыла стекло и нежно выпустила трепещущее насекомое на волю.

Она даже не взглянула на лужу чая, расплывающуюся по дорогому камню пола.

— Убери здесь, Северус, — произнесла она с той же невыносимой благостью в голосе.

Я молча поднялся. Подойдя к девушке, я увидел в её глазах отражение собственного безжалостного облика. Короткий, оборванный вскрик, глухой удар тела о гранит — и во дворце снова воцарился покой.

Императрица Беатриса продолжала шептать заупокойные псалмы, пропуская через пальцы костяные бусины вервицы. Её лицо светилось состраданием, пока она молилась за спасение всех живых существ, а свечи за её спиной плакали горячим воском, оплакивая ещё одну загубленную душу.

* * *

Элара Валериус

На поместье Валериусов опустились сумерки, и в саду один за другим зажглись фонари, отбрасывая дрожащие тени на каменные дорожки. После лекарств и долгого сна ко мне наконец вернулись силы, а вместе с ними — ледяная ясность ума.

Я сидела у окна, по крупицам восстанавливая события этого безумного дня. Зачем Варкасу понадобилось похищать меня? Как такие разные люди, как Кронпринц Даэн и Лиана Торн, оказались сплетены в столь омерзительный узел? Если Лиана так отчаянно жаждала проложить себе путь в Восточный дворец, её план был запредельно глупым.

Я вспомнила, как очнулась в карете, сжимая в руках фиолетовую шёлковую накидку Лианы. И почему Даэн тайно явился в резиденцию принцессы Изабель? Догадка всплыла из глубины сознания, обжигая холодом: Лиана выдала меня за саму себя. Она вывезла меня из поместья под видом госпожи, чтобы передать Варкасу, но Даэн… он перепутал нас. Он жаждал меня, но по ошибке забрал ту, чьё лицо было скрыто моей маской.

Отвращение и ярость захлестнули меня. Собрав волю в кулак, я велела пригласить родителей и брата с сестрой в главный зал.

В неверном свете ламп я поведала им всё: как меня опоили, как похитили и как Варкас Торн притащил меня в Храм Благовонных Теней, желая растоптать