Даже зомби из трущоб поет блюз - Диана Роулэнд

кобуре на лодыжке. Маленькая такая пукалка всего на восемь патронов, и я всадила их все в это толстенное смотровое стекло, чтобы наконец-то разнести его к едрене фене. Моя камера была заперта снаружи, а вот дверь в каморку наблюдателей стояла настежь. Второй ствол Маккинни я тоже прихватила с собой. Стрелок из меня был так себе, но поскольку против меня играло как минимум полдюжины вооружённых амбалов, мне был жизненно необходим любой, даже самый паршивый козырь.

Прямо сейчас мои чувства обострились до какого-то космического уровня, и я могла буквально по запаху уловить, в какую сторону они все ломанулись. К несчастью, доктор Кэриш и этот её Пиджак успели отчалить с приличным отрывом. И судя по всему, эта грёбаная воющая сирена была для них сигналом в духе «хватайте манатки и сваливайте отсюда со всех ног».

Я выскочила из каморки наблюдателей и увидела доктора Кэриш в самом конце коридора у тяжёлой двери. Она вовсю понукала двоих охранников, нагруженных компьютерным барахлом, шевелить поршнями побыстрее. Обернувшись, она заметила меня, испуганно взвизгнула и пулей влетела в проём, налегая плечом на дверь, чтобы успеть её закрыть. Я вжала педаль газа на максимум, припустив с такой скоростью, с какой в жизни ещё не бегала, но тяжёлая створка с грохотом захлопнулась буквально за секунду до того, как я до неё долетела. Я с разбегу впечаталась в неё всем телом в надежде вышибить обратно, но в итоге лишь пиздец как больно выбила себе плечо, а глухой тяжёлый щелчок чётко дал понять: замок защёлкнулся намертво.

Скривившись от боли, я покрутила рукой в суставе, попутно оценивая саму дверь и косяк. На долю секунды в башке мелькнула мысль попробовать расстрелять замок из пистолета, но пришлось нехотя признать, что в реальности это говно работает вообще ни разу не так, как в голливудских фильмах. К тому же я успела заметить кое-что сквозь этот проём перед тем, как дверь закрылась. Там, где меня держали, всё было стерильным, белым и пахло свежей краской, а вот по ту сторону двери открывалась совершенно другая картина — сплошная ржавчина, вековая грязь и выбитые окна.

И тут до меня допёрло, где именно я нахожусь.

За дверью послышались голоса, так что я привалилась к ней ухом и затаила дыхание.

— Через это она точно не прорвётся, — выдохнула доктор Кэриш. Дышала она тяжело, но уже заметно спокойнее. Походу, барышня была железно уверена, что я надёжно заперта в этой конуре. — Да теперь это и не важно. Мы изначально планировали, что этот объект будет временным. Именно поэтому мы и развернули его в этом крысином гадюшнике. Филип у нас. Пора переходить к следующей фазе.

Правительственный чинуша что-то буркнул ей в ответ, но они уже начали удаляться, так что разобрать его слова я не смогла. К глубокому сожалению, мой заботливый паразит бросил все силы на то, чтобы экстренно починить моё выбитое плечо, вместо того чтобы удерживать меня в режиме супер-зомби. Твою мать.

Вскрыть эту дверь или пробить стены я бы точно не смогла, это было очевидно. Но существовал ещё один путь наружу, про который эти уёбки, скорее всего, даже не подумали. Ну, по крайней мере, я пиздец как на это надеялась.

Я рванула обратно в комнату наблюдения и с мясом рванула край ковролина. В компьютерах я смыслила негусто, но даже до моей трущобной башки доходило, что суперсекретная правительственная лаба не станет светить своим присутствием в беспроводных сетях или рисковать быть взломанной через вай-фай. А значит, они сто процентов должны были использовать уже имеющиеся в здании кабельные каналы.

Я хищно осклабилась, когда увидела под ковром съёмные напольные панели. Как я и думала (и на что очень надеялась), все кабели для компов, камер и прочей херни были протянуты через технические туннели прямо под полом. И эти милые люди даже поленились прикрутить панели обратно на болты. Они ведь в жизни не могли предположить, что их подопытная девка в курсе существования этих туннелей.

«Как же, сука, хорошо, что я такая тощая шмара», — подумала я, протискиваясь в узкий технический лаз. И ещё пиздец как хорошо, что я не страдала клаустрофобией. И не боялась темноты — потому что в этом туннеле было хоть глаз выколи, кромешная тьма. Я продолжала чутко прислушиваться к звукам, медленно протискиваясь вперёд по-пластунски и изо всех сил стараясь игнорировать вековую грязь, дохлых жуков (и вполне себе живых тараканов) и изредка попадавшихся дохлых крыс. Минут через пять я уже была уверена, что миновала тот сектор коридора, который они заблокировали. Теперь оставалось просто ползти дальше, пока не наткнусь на выход.

Постепенно до меня начали доноситься голоса, и я сбавила темп, чтобы случайно не сдать свою позицию. «Не сдать свою позицию», — мысленно повторила я и глупо ухмыльнулась. Хех. Ни хера себе, я прямо как секретный агент заговорила.

— Мы не можем просто оставить её здесь гнить, — донёсся голос Пиджака. На долю секунды я решила, что в этом уёбке проснулись остатки человечности, но он тут же продолжил: — Слишком велик риск, что кто-то припрётся сюда и найдёт её тело. Нам нужно всё подготовить, чтобы… — На этом моменте он ушёл дальше, и концовку фразы я упустила.

Ну окей. Помянем его человечность, которой и не пахло.

Впереди забрезжил свет, и я облегчённо выдохнула. Они даже не удосужились закрыть тот кусок пола, который вскрыли, когда доставали того неудачливого дохлого воришку меди. Я максимально осторожно подползла к проёму и высунула нос наружу. Доктор Кэриш была там, вместе со своим правительственным Пиджаком. Четверо охранников в темпе вальса паковали компы и коробки в глубь до боли знакомого белого фургона. Ещё двое охранников валялись кулем прямо на земле, но на них вообще всем было насрать. Они что, попытались бунт устроить, и их за это пришили на месте?

Окинув взглядом территорию, через пару секунд я засекла Филипа. Он сидел на ступеньках бывшей конторы мастера — ровно на том же самом месте, где торчала Марианна в мой прошлый визит сюда. Я аккуратно отползла обратно в глубь туннеля и выудила телефон Маккинни. Сеть поймалась, палочки были на месте. Но кому, блядь, звонить? У Эда мобилы не было, номер Маркуса я на память не помнила… Зато я пиздец как чётко помнила номер Пьетро, потому что он был один в один как у моего бывшего придурка Рэнди.

И о боже, у меня накопилось просто до хрена вопросов и ласковых слов,