Заложница дьявола - Аделина Жемчужева

Но он не отпустил. Напротив, притянул меня ещё ближе, словно боялся, что я исчезну.

— Бей меня, злись, — прошептал он с улыбкой, — но я всё равно не отпущу. Никогда.

Глава 27: Гости

«После близости с ним меня охватывает странное чувство, как будто я не понимаю, что произошло. Отвращение к себе, к тому, что я позволила ему так к себе обращаться. Он не умеет быть нежным, его прикосновения лишь оставляют в душе пустоту.»

Я сбросила с себя одежду и посмотрела в зеркало.

Собственное отражение меня напугало.

По всему телу расцветали синяки — глубокие, почти чёрные, с жёлтыми разводами по краям. На шее тёмные отметины, словно грубые руки до сих пор сжимали её, оставляя следы своей власти. Разбитая губа горела неприятным жаром, и даже лёгкое движение отзывалось болью.

Я сжала зубы.

Злилась. На него. На себя. На этот проклятый мир.

То, что он сделал со мной, нельзя было назвать нормальным. Ни один нормальный человек так не поступит. Он повторяет ошибки своего отца, и я вижу, что это лишь начало.

Завтра вечером должны приехать гости: мои сёстры, Аспер и Шарлин. Эмир решил устроить ужин без взрослых, и мне казалось, что он затеял это не просто так. Но я не хотела видеть никого. Не хотела, чтобы они смотрели на меня в таком виде — сломанную, униженную, в синяках и с пустым взглядом.

Снаружи всё выглядело прилично. Внутри — меня разрывало на части.

А он…

Эмир наслаждался этим.

Его возбуждали мои синяки.

Он был болен.

Он был чудовищем.

Я провела день, пытаясь прийти в себя. Горячая ванна, парная, масла, травяные примочки — ничего не помогало. Боль не уходила. В голове застряли воспоминания о его руках, его взгляде, его холодном удовольствии от того, что он делал со мной.

Во дворце царила суета. Наложницы сновали туда-сюда, готовясь к завтрашнему вечеру. Для них это был всего лишь ужин. Для меня — новый круг ада.

Я натянула платье, подошла к окну и выглянула наружу.

Во дворе стоял Эмир.

Вокруг него — странные люди. Их лица скрывали чёрные маски, а фигуры оставались неподвижными, словно они ждали приказа. Он говорил с ними, жестикулировал, объяснял что-то, но я не могла разобрать слов.

Что он задумал?

Мои пальцы сжали подоконник, в груди разлилась глухая тревога.

Я не знала, что со мной.

Но одно понимала точно.

Я хотела сбежать.

Бежать подальше, пока не стало слишком поздно.

Я отошла от окна и медленно опустилась на край кровати. Мысль о побеге все сильнее захватывала мой разум, но я прекрасно понимала, что это почти невозможно. Эмир не тот человек, от которого можно легко скрыться. Он найдёт меня где угодно, а последствия будут ещё хуже.

Внутри дворца всё напоминало о его власти. Каждый взгляд наложниц, каждый шаг стражников, каждая деталь вокруг напоминала мне, что это не мой дом, а его клетка.

* * *

Следующий день наступил слишком быстро, оставив меня в состоянии нервного ожидания. Я почти не спала ночью, всё время прислушиваясь к каждому шороху за дверью, боясь, что Эмир может пригласить к себе наложницу. Но, к моему удивлению, он вернулся поздно и, не пригласил к себе никого. Это немного успокоило меня, но ненадолго.

Вечером дворец наполнился звуками суеты. Наложницы бегали туда-сюда, разнося посуду и еду, а новые слуги, которых Эмир недавно нанял, подготавливали зал для ужина. Музыка звучала громко, её мелодия словно пыталась скрыть напряжение, повисшее в воздухе.

Я уже была готова к ужину.

Тёмно-синее платье с закрытым блестящим воротником надёжно скрывало синяки и всё, что напоминало о безумии, именуемом Эмиром. Я распустила волосы — они немного отросли с того момента, как я их отрезала.

Хорошо, что мои родители не увидят свою жалкую дочь, ставшую жертвой насилия и кровопийцы.

Я вышла из покоев и спустилась вниз, проверяя, как справляются слуги. Всё шло своим чередом, пока в зале не появился он — наш властелин и король.

Эмир.

Все склонили головы, когда он двинулся вперёд.

— Милая, ты безупречна, — произнёс он, целуя меня в лоб.

Он и сам выглядел безупречно в своём обтягивающем чёрном одеянии, украшенном кожаными ремнями. Высокий ворот скрывал его шею, но не мог скрыть ауры власти и опасности. Широкие плечи, крепкая грудь, движения, полные силы и уверенности — он всегда умел произвести впечатление.

— Спасибо, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Эмир вдруг наклонился к моему уху, его голос стал низким, злобным:

— Я хочу тебя предупредить, Лилу… Если я увижу, что ты смотришь на Аспера или, не дай бог, заговоришь с ним, я уничтожу тебя. Ты меня поняла?

Конечно. Он был бы не Эмиром, если бы не говорил со мной так.

Я кивнула.

— Да.

В этот момент в зал вбежал стражник.

— Ваше величество, гости прибыли.

Эмир улыбнулся.

— Пошли, Лилу, — сказал он, обняв меня за плечи.

Этот жест не был ласковым. Он демонстрировал свою власть. Напоминал мне, кому я принадлежу.

Я ненавидела это.

Но не могла показать слабость.

Мы подошли к входу, где уже собрались слуги и стражники. Эмир держал меня крепко, словно железной хваткой. Я смотрела на массивные двери, за которыми ждали гости.

Ворота распахнулись, и первыми я увидела Аспера, высокого и величественного короля Эрегрина. Его осанка и спокойная уверенность поражали. Он был одет в тёмно-серый бархатный камзол. Его лицо, с чётко очерченными скулами и взглядом, наполненным мудростью и хладнокровием, отражало силу.

Рядом с ним шла Шарлин, моя подруга с детства. Её светлые, почти серебристые волосы спадали на плечи мягкими волнами. Она выглядела словно фарфоровая кукла — нежная, но с огоньком в глазах. Её голубое платье с высоким воротником подчёркивало тонкую талию и изящные черты лица. Она улыбнулась мне, и эта улыбка была настоящим утешением в этом холодном месте.

За ними следовали мои сестры. Джанесса, самая сдержанная из нас, шла с прямой спиной и тихим достоинством. Её рыжие волосы были убраны в элегантный пучок, а изумрудное платье выгодно подчёркивало её строгую красоту. Она выглядела, как всегда, благородно, словно родилась для роли королевы.

Но больше всего внимания привлекала Бибиана. Она всегда умела появляться так, чтобы каждый обернулся ей вслед. Её бордовое платье с глубоким декольте идеально подчёркивало её идеальные формы, а лёгкая улыбка на губах излучала кокетство и уверенность. Её тёмные