Сезон продаж магических растений - Валентина Ильинична Елисеева

Ей послышалось, или за кустами под окнами прозвучал смешок? На всякий случай Кэсси покрепче сжала нож и ногой придвинула к себе лопату. Расстроенный аристократ пробормотал:

— Оригинальная форма отказа, леди, мои аплодисменты, — и побрёл в темноту по садовой дорожке.

Прекрасно, но остался ещё один незнакомец…

— Вы удивительно ловко управляетесь с огромным ножом — сразу чувствуется огромный опыт садоводства, — весело произнёс гортанный голос с характерным акцентом горцев. — Милая девушка, священнослужители совершенно безопасны для людей, можете собрать вооружение обратно в рюкзак.

— Святой отец? — Кэсси не поверила своей удаче, когда в пятно света вышел монах из горного монастыря. — Я очень хотела с вами поговорить!

— Мне так и показалось на балу, что вы движетесь ко мне целенаправленно. Я вас внимательно слушаю.

Горец склонил набок седую голову, доброжелательно улыбнулся и сотворил вокруг них звуконепроницаемый щит. Удачная предусмотрительность для обсуждения королевских тайн! Кэсси спешно собрала рабочий инвентарь и украдкой зажала в кулаке записку, которую ей всё не давали прочитать. Уверившись, что ей не изменит голос, она сказала:

— Хотела уточнить про клятву, которую неизвестно кому дал младший принц. Лорд Левитт поделился со мной вашими соображениями в самых общих чертах, но хотелось бы уточнить: казнь диверсантки действительно единственный выход? Если можно «ужесточить» условия клятвы, то отчего бы ей не взять все «ужесточения» на себя?

— Как это по-женски — переживать за судьбу негодяйки. Нэсса, любое изменение условий должно быть с её стороны абсолютно добровольным и искренне желаемым. Такого невозможно добиться силой, шантажом и угрозами.

— Я понимаю! Но если она, скажем, раскается и искренне захочет всё исправить?

— Вы мыслите категориями человека честного и благородного, а в сфере грязных политических интриг таковых не водится, — устало и грустно улыбнулся монах. — Девица провернула аферу не для того, чтобы взвалить на себя все последствия.

— Это-то да! — с жаром подтвердила Кэсси. — Но всё-таки?

— Клятву разрушит либо её смерть, либо данная ею более значимая клятва. Скажем, её клятва верности другому мужчине ничего не изменит, поскольку будет равноценной, а не превосходящей.

— А какая станет превосходящей?

— Например, клятва вечного безбрачия, которую приносят те, кто посвящает себя Богу, уходя в монастырь. Тогда для плотских уз она будет всё равно что умершая, и клятва принца утратит силу. Ещё возможны варианты, аналогичные вышеназванным.

— Аналогичные смерти и уходу в монастырь? Моя фантазия пасует и вариантов не даёт.

— Моя тоже, но из этого не следует, что их нет, — усмехнулся монах. — Я провожу вас обратно во дворец, а то прогулка по ночному саду сильно затрудняет сотрудникам имперской безопасности дело вашей охраны. Буквально кожей ощущаю напряжение следящих за нами людей лорда Левитта. Нет, они себя ничем не обнаруживают, но я сам когда-то служил телохранителем эмира и чужое присутствие улавливаю шестым чувством.

— Спасибо. Подождите минутку, я затяну шнурки на форменных ботинках.

Эх, она всегда знала, что невыносимый зеленоглазый брюнет подведёт её под монастырь! Только не догадывалась, что присказку следовало понимать в самом прямом смысле слова. Какая из неё выйдет монашка? Она опасалась, что не самая послушная, бедная настоятельница научится тяжко вздыхать на ректорский манер. Повернувшись к монаху спиной и присев в льющемся из окна свете, Кэсси быстро развернула записку особистов.

«Алые полевые маки и листья паучьих силков», — значилось в ней.

Место расправы над пульсаром усыпали не теми растениями, что она спасла из королевского питомника. Его усыпали любимыми цветами Лиеры. Теми самыми, что Кэсси положила на её могилу в день похорон. Это был прозрачный намёк, понятный лишь двум самым близким ученицам нэссы.

Интересно, побег в монастырь спасёт её от упокоения в могиле? Хоть выбор, конечно, так себе, ассортимент вариантов мог бы быть и побогаче.

Она вернулась в зал как раз к окончанию танцев. К ней тут же подступил лысый лакей, принудительно сунул в руку маскировочный лимонад и сказал краткое «благодарю» священнику горцев. Тот кивнул, попрощался и ушёл, а Кэсси осталась стоять под сенью паучьих силков, чувствуя на себе полные благородного негодования взоры гвардейцев. Интересно, ей вменяют в вину, что она покинула пост в разгар спецоперации, или создание дополнительных трудностей в деле её охраны? Завтра опять на ковёр к начальству для разбора полётов вызовут, не иначе. Благо хоть королевский бал завершился, осталось дождаться, когда гостей уведут к накрытым столам — и можно грузить в фургон свой зелёный зоопарк. Хоть всеядный гибискус и звероеда она бы оставила — во дворце эти растения определённо не раз пригодятся!

Ожидание застолья вернуло оживление гостям короля. Представители светского общества перемещались по залу в поиске знакомых, с которыми не успели перемолвиться словечком. Кто-то двигался в сторону возвышения с троном, дабы принести королю заверения в своих верноподданнических чувствах. Кто-то флиртовал с видными кавалерами, пользуясь последней возможностью перед тем, как всех рассадят за столы согласно статусу, должности и установленным на тарелках карточкам. Кэсси постаралась отыскать взглядом своего единственного «не зелёного подопечного» — и обнаружила, что он шагает напрямую к ней! Переливающийся изумрудными всполохами взгляд убеждал в наличии у главы СИБа горячего желания свернуть шею сотруднице конторы, незапланированно улизнувшей из области его контроля.

— Уважаемый глава, можно жалобы от гвардейцев перенести на завтра? — со вздохом попросила Кэсси. — Со мной же всё в порядке.

Нельзя забывать, что у окружающих чуткие ушки на макушке, а глава имперской безопасности не окутал их звуконепроницаемым щитом — несомненно, из вящей заботы о её репутации.

— Предположу, особисты переживали не за тебя. Они опасались, что ты начнёшь миссию самоспасения, и они опять не успеют прийти на помощь всем пострадавшим, — хмыкнул невыносимый брюнет, на лицо которого понемногу возвращались краски жизни. — Ты чересчур бледна — что-то случилось?

— Ничего.

— Неправда, — вмиг нахмурился проницательный маг, поднаторевший в ремесле дознавателей.

«Мне намекнули, что ждёт меня могила неподалёку от наставницы, но об этом не стоит болтать посреди дворца», — подумала Кэсси и исправила ответ:

— Ничего срочного, за мной пока не охотятся с артефактами. Вы рядом с кем за столом сидеть будете?

Бал — не финальная часть вечера, к сожалению.

— Как положено по