Пьяная Паучиха - Ксения Алексеенко

что она готова была руку зубами отгрызть, чтобы перестало жечь. И ревела, конечно, ревела без остановки и громко. Тогда еще была жива бабушка, сколько Юлге было? Лет шесть?

  И до сих пор она помнила эту боль даже слишком четко.

  И поэтому понимание, что она сейчас больше ничем не может помочь, только ждать очереди вместе с Атаном, что-то в ней такое задевало, отчего она тряслась и потела похуже мальчишки.

  Хорошо хоть в очереди перед ними сидела только мама с девочкой, сунувшей в рот лампочку. И та уже зашла.

  - Прививки? - Атан пожал плечами, - Но... Мне правда не больно, - поспешно добавил он, - вот, смотри. - И пальцем здоровой руки ткнул себя куда-то в область скрытого за горой пены волдыря.

  - Не волнуйся.

  Юлга вдохнула и выдохнула. Ну и семейка.

  Есса не очень хороши в чувствах, они понимают только логичные аргументы, напомнила она себе. Она с большим трудом заткнула внутренний вопль до того, как он вырвался из ее глотки, и сказала, как могла спокойно:

  - Не трогай. Занесешь инфекцию.

  - Прости.

  - Не извиняйся.

  - Вы все время волнуетесь, - сказал Атан, - но я нормальный. Просто боли не чувствую.

  - Никто не говорил, что ты ненормальный, ты чего!

  - Думали, - сказал Атан, - вы так думали. Я слышал.

  Юлга стукнула себя по грудине, между ключицами. Раз, другой. Не сильно, но быстро, несколько раз, кулаком. Ния так делала, говорила, когда волнуешься, так становится легче дышать.

  Воздух замер, мир растянулся, как резина.

  Чтобы выговорить что-то, нужен воздух.

  Но чтобы подумать...

  "Если хочешь рассаживать по клеткам голубей, а не шпионов, никогда и никому не говори про такое вслух".

  "И Жаннэй?"

  "Особенно Жаннэй", - подумала Юлга.

  - Нам пора, - сказала она, увидев, как открывается дверь кабинета, - пойдем. Заодно сейчас узнаешь, что такое прививки.

  44.

  ...Когда Варт позвонил ей вечером, она сказала:

  - Я не справляюсь.

  - С чем же?

  - Дети - слишком большая ответственность.

  Варт хотел сказать "особенно, когда они чужие", тонко намекая, что это вовсе не Юлгина ответственность, но тут в трубке раздался вопль - то ли скорбный, то ли радостный. Где-то в отдалении, но достаточно громкий, чтобы даже Варт его услышал.

  - Подожди, я проверю. - сказала Юлга.

  Несколько томительно долгих минут.

  - Что там? - спросил Варт, снова услышав ее дыхание.

  - Я сегодня отвела ребенка к травматологу, услышала кое-что, о чем не хотела бы слышать... А теперь Яльса беременна.

  - Яльса беременна?!

  Варт широко улыбнулся. Племянник будет. Племянница? Такая странная мысль.

  Настолько странная, что даже как-то не очень в голове укладывалась. Не так уж и много времени прошло. Яльса потом навестит дом Хинов? Может, навестить ее? Надо спросить Ярта, что да как...

  - Хочу пива, - как-то очень устало сказала Юлга, - хочу пива и домой. Не хочу сидеть с детьми ни дня больше. Ты как, вернулся?

  Ее новость почему-то не особо обрадовала. Впрочем, до Варта довольно быстро дошло, почему.

  - Угу, и ключа привез. - Варт поколебался, но добавил, - Попробовали вскрыть. Без тебя не получилось.

  В конце концов, он же не обещал Селии играть честно. Он вовсе не хотел, чтобы его девушка застряла в Хаше с Есса. Вот Жаннэй, вот она могла бы и там поселиться. Но не Юлга.

  А Юлга ловится на шкафных скелетов. Это Варт давно понял.

  - Без тебя никак не пробиться к Шелеке, - повторил он, - какая-то тайна.

  Если бы такое можно было бы провернуть по телефону, слово "тайна" он бы обвел большим красным сердечком.

  - Вот как. Но мама...

  - Что мама?

  - Не могу же я скинуть все на тетю Ато...

  Варт мысленно извинился перед Яртом. Брат, услышав о беременности, напополам порвется, лишь бы съехать поскорее в местечко потише. И если Варт успеет выдернуть Юлгу раньше Яльсы, то именно на Ярта приземлится основное бремя тяжелых переговоров по вытаскиванию из сетей Селии почти что дармовой няньки.

  Но Ярт мастер наплевать на чужие договоренности, когда речь идет о благе близких, и лучше уж пусть он с Селией меряется, кому больше надо.

  - Все не совсем так, Панда, - вкрадчиво сказал Варт.

  - А как?

  Юлга с характерным звуком открыла пиво.

  Или газировку, но Варт все-таки ставил на пиво. Почти год ее знал, как-никак. Юлга могла сколько угодно притворяться паинькой, но как-то спалилась на тусовке, когда на спор открыла бутылку глазом.

  - Ты забываешь про третьего человека. Который изначально взял на себя обязательства.

  - Мама в Аяксе...

  - Если она пораньше вернется из Аяксы, ей чуть урежут командировочные, - ласково сказал Варт, тут главное было не спугнуть и не торопиться, не выдать кровной заинтересованности, - Яльса беременна, ей нужен покой. Даже если она скажет, что нет, ты сможешь переубедить Ярта?

  Юлга закашлялась.

  Варт подождал.

  - А вот если ты не вернешься, и как можно скорее, - сказал он, удостоверившись, что его снова слушают, - ты вылетишь из университета. И Майя тоже, ее тянут, потому что она в ценном Кругу, и ты это знаешь. И Жаннэй не вернется, пока ты не вернешься, и Нию, возможно, убедят уйти на заочку, если большая часть Круга решит закончить учебу... - Варт сделал паузу, давая Юлге время осознать перспективы, и продолжил, - Ты либо выполняешь свои обязательства, либо обязательства Селии. Одного человека на все обязательства никак не хватит.

  - Ты так говоришь, будто это все будет моя вина! - немного слишком громко, непривычно резко.

  Варт прикинул поправки на пиво. Как же неудобно ее