Пьяная Паучиха - Ксения Алексеенко

не случилось? Парня? - Фарн вскинулся, и Варт примирительно поднял руки, - Я верю тебе, верю, но прорабатываю варианты. Мне нужно найти его близкого человека, чтобы позвал. Ты?..

  - Вряд ли, - с сожалением ответил Фарн, - я пытался сблизиться, но Шель ото всех держал дистанцию. Я был у него приятель, при котором не стыдно пить, но это все. У него и с группой не очень сложилось, потому что барабанщик-то он хороший, но в коллективы не очень-то вписывается. Всегда будто за стенкой ледяной. Разве что Анген? От Ангена он всегда был в восторге. Тот его за барабаны посадил, да.

  Пахнуло застарелой дружеской ревностью, внезапно без вездесущих цветочных ноток, немного обидой. Фарн и правда верил, что Шелеке не особо сдался.

  Варт задумался.

  В дистанцию ему по определенным причинам вполне себе верилось.

  Вообще это все, конечно, было интересно. Особенно удобно было бы согласиться, что Анген - ключ. В конце концов, и в компании их Лека оказался по приглашению Ангена. И история про учительницу хорошо ложилась... даже слишком хорошо.

  В кармане звякнул телефон. Писал Хако: "зашел Гаян, спутал меня с тобой, пытался на что-то навести, я его к тебе послал".

  Ну спасибо.

  Гаяна ему не хватало.

  Оставаться дольше не было смысла: Окос его знает, как Гаян отреагирует на тематику бара. Девчонки в углу увлеченно целовались, да и вообще народ проводил отличный, расслабленный вечер: не хотелось навести сюда беду, приманив ее на воду из Акки, коварно и очень палевно бегущую в Вартовых венах. Гаян же так в мире ориентируется?

  Варт поспешно встал.

  - Спасибо, помог... но служба зовет. А ты все-таки подумай насчет поездки в Тьен, - сказал он, натягивая куртку, - Лелле оплатит.

  Фарн вздохнул.

  - Напиши, если без меня реально не справитесь, - сказал он грустно, - но это вряд ли.

  "А вот была бы тут Юлга", - думал Варт, уже позже, стоя в очереди за кофе, - "Мы бы нырнули и посмотрели бы, вряд ли или не вряд ли".

  И это была дурацкая мысль. Потому что нельзя же вечно эксплуатировать Юлгу. Раньше как-то же справлялся всегда? И сейчас сам разберется.

  И бегать от Гаяна тоже идея дурная. Встреча с Энтаном завтра...

  В конце концов, Гаян же не предупредил, что ему надо. Да и скрыться от него в этом городе невозможно. Гостевой дом он вон без проблем нашел.

  И Варт малодушно решил, что завтра встретится с обоими. Что-то немного нудело, может, и совесть, или чутье какое-нибудь, или вообще так сказывалось атмосферное давление, и чтобы подуспокоить это нудящее Варт постоял с картонкой у Театра Моря, пока предыдущий протестующий отбежал в туалет и чуть погреться в ближайшей кафешке.

  Завтра будет завтра.

  Но Юлги очень не хватало. Варт сначала удивлялся, насколько, откуда такая неуверенность, ведь расследование и без нее вроде шло очень даже неплохо... а потом до него дошло, что он просто соскучился.

  Очень соскучился.

  46.

  На детской площадке Саю увидела три фигуры разных цветов, как карандаши в наборе. Белая - Ланерье, по рукавам подчеркнутый красной нитью, широкие штаны перевязаны красным поясом с кисточкой на конце, волосы убраны в высокий хвост; сине-зеленая - сложная прическа, знакомый разворот плеч, тоже хвост, только косичек от висков не по четыре, как у Ланерье, а по три, как и положено жрецу Многогранной. Саю не считала, она знала. Сколько она себя помнила, Гаян всегда носил такую прическу, и слоев одежды у него было как у лука.

  И зеленые перья только вписываются в образ.

  Саю чуть не рассмеялась. Такая неуместная мысль! Кто же сравнивает наследника Верховного с луком?

  Она обмерла вдруг: а если и отец здесь? Но нет, нет! Он не может покидать Храм, не ради такой мелочи, как Саю!

  Третья фигура - черная: Варт сидел между ними на корточках, как какая-то шутка, несуразица. Он тоже собрал отросшие с их последней с Саю встречи в короткий хвостик, и постоянно тянулся руками к шнурку, то ослабляя его, то затягивая. Он казался совершенно неуместным в своей выдавшей виды черной куртке и потертых спортивных штанах, и Саю могла побиться об заклад, что Ланерье выдернул его откуда-то одним звонком и совершенно точно не объяснил, что тут происходит.

  Саю, кстати, тоже понятия не имела, но догадывалась.

  Она ждала этого: прошло уже три дня с тех пор, как Лелле застала ее в магазине.

  "Здравствуй", - сказала она тогда.

  "Вы кто?" - спросила Саю, вложив в этот вопрос все свое спокойствие, - "Хотите купить шарфик?"

  Лелле посмотрела на нее какими-то очень поблекшими, тревожными глазами, и от этого взгляда что-то в Саю перевернулось и затрепетало, толкнуло вперед, рыдать и каяться в материнские объятия. Но злая сука Шес... Злая сука Шес не сделала ни шага.

  "Нет", - наконец сказала Лелле, - "Я пришла не покупать, а заявлять свое право".

  И от этого холодного, колкого тона кидаться в объятья как-то сразу расхотелось...

  - Шес! - крикнул Варт, и вскочил на ноги, энергично замахав ей обоими руками, - тебя-то мы и ждем!

  Саю вздрогнула. Чтобы подойти ближе, ей пришлось переступить через низкий заборчик. Она обогнула сначала карусель, а потом и брата по широкой дуге, быстрее, быстрее, за спину Ланерье, поближе к дому.

  Хорошо, что в такое время детей тут еще нет, все в садиках и школах.

  - Что... - начала было она и закашлялась.

  - Жреческие терки, - пояснил Варт без особого энтузиазма.

  - Ты привез его в Тьен, - бесстрастно сказал Ланерье.

  - Он сам себя привез в Тьен, - окрысился Варт, и Саю вдруг стало тревожно: впервые она видела, чтобы этот вечный оптимист так терял контроль над собой, - Он взрослый, состоявшийся и почти что женатый мужчина, он в состоянии сам привезти себя в Тьен!

  - Ма... Лелле сказала, что видела меня?