Любовь не спрашивает. Часть 1 - Элен Бергман

— Давай свой поединок, — каждое слово я выговаривал медленно, веско, вбивая их, как гвозди в крышку гроба.

Я сделал ещё один короткий шаг, вторгаясь в его личное пространство и заставляя его невольно попятиться.

— Коль не шутишь, щенок.

В комнате воцарилась такая мёртвая тишина, что стало слышно, как в камине трещит уголь. И вдруг… — серьёзно?

Я едва не поперхнулся от неожиданности. Нос уловил резкий, ни с чем не сравнимый душок. Очень характерный.

Я медленно вскинул бровь, глядя на побледневшего «героя», а затем мои губы растянулись в широкой, хищной ухмылке.

— Глядите-ка, какой смельчак… — мой голос раскатился по кабинету. — Ты что же, парень, никак обосрался прямо перед мормэром?

Я расхохотался в голос, не скрывая презрения:

— Ну и бздо у тебя вонючее… Неужто это всё, на что ты способен?

За моей спиной послышалось сдавленное фырканье лорда Юэна, а следом не выдержал и сам Амлайб — его раскатистый смех ударил в спину блондина. Ангус менялся в лице на глазах: сначала пошёл пунцовыми пятнами, а после стал землисто-серым.

Я подошёл вплотную и по-хозяйски хлопнул его по плечу, едва не сбив с ног.

— Ну, назовись, душистый ты наш, — усмехнулся я, заглядывая в его бегающие глаза. — Моё-то имя ты выучил, а я твоего до сих пор не знаю.

Он открыл рот, но от унижения слова застряли у него в горле.

Тесть, всё ещё утирая слёзы от смеха, подал голос:

— Это Ангус, сын Эрка из Стратерна.

Амлайб посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом и задумчиво кивнул, словно приходя к важному выводу.

— Что ж… Пожалуй, ярл Хокон и впрямь тот самый зять, который нужен и мне, и моим землям.

Белокурый говнюк взвизгнул, задыхаясь от злобы. Его глаза зажглись бешеным, лихорадочным блеском, как у загнанного в угол хорька.

— Ты ещё пожалеешь, ярл! — пронзительно выкрикнул он, сорвавшись на жалкий фальцет. — Вы все поплатитесь за это!

Не дожидаясь ответа, он круто развернулся и почти бегом бросился вон из кабинета. Дверь за ним захлопнулась с таким грохотом, что зазвенели кубки на столе.

В кабинете повисла тишина.

Я посмотрел на Амлайба. Он посмотрел на меня.

И через секунду мы все снова расхохотались.

* * *

Ангус почти бежал через внутренний двор, чеканя шаг по стылой земле. Ярость душила его, подступая к самому горлу, и он едва замечал людей, шарахавшихся в стороны. Слова ярла и издевательский хохот мормэра всё ещё звенели в ушах, обжигая позором хуже ударов плетью.

Обосрался… бздо…

Пальцы судорожно сжимались в кулаки, ногти до крови впивались в ладони.

— Вы ещё пожалеете… — прошипел он сквозь плотно стиснутые зубы, и этот звук больше походил на змеиное шипение.

Почти достигнув конюшен, он резко затормозил на каблуках и обернулся к своим замёршим людям.

— Седлайте коней! — рявкнул он так, что кони в стойлах испуганно заржали. — Мы убираемся отсюда немедленно!

Сопровождающие, не смея перечить господину в таком исступлении, поспешно склонили головы и бросились выполнять приказ. Ангус уже собирался шагнуть в тень конюшни, как вдруг едва не сбил с ног молодую женщину, внезапно вышедшую из-за угла сарая.

Он остановился на месте, тяжело дыша. Глаза его сузились, превратившись в две колючие щёлки, когда он впился взглядом в незнакомку.

Он прищурился, и в его затуманенном злобой взоре вспыхнула искра узнавания.

— О… — ядовитая мысль скользнула в сознании. — Да это же та самая потаскушка… кузина этой негодяйки Мойры.

Ангус впился в неё внимательным, оценивающим взглядом. Густые тёмные волосы, тонкие черты лица и глаза, в которых всегда плескалось слишком много греховного огня.

— Элли… — наконец вспомнил он имя. — Ну конечно… Элли.

Губы его медленно, почти лениво растянулись в торжествующей улыбке. А девка-то по-прежнему была чудо как хороша. В памяти всплыло, как жадно она когда-то ловила каждый его жест.

— Кажется, она была влюблена в меня… — самодовольно заключил он. — Преданная, как дворовая кошка.

Он сделал вальяжный шаг вперёд, нависая над ней и окутывая своим присутствием.

— Любимая… — протянул он вкрадчивым, почти ласковым голосом, в котором всё ещё вибрировали нотки недавней ярости. — Уж не меня ли ты здесь высматриваешь?

Элли замерла, и её сердце предательски дрогнуло, пропустив удар. Она вскинула голову, стараясь сохранить на лице маску холодной гордости.

— С негодяями вроде тебя мне не о чем говорить, — отрезала она, хотя голос её слегка вибрировал.

Ангус лишь тихо, вкрадчиво усмехнулся, сокращая дистанцию.

— Сердце моё… — выдохнул он ей в самое лицо. — Ни дня не проходило, чтобы я не вспоминал твои сладкие губки и этот огонь в глазах.

Он склонился ниже, обдавая её жаром своего дыхания:

— Если бы не проклятый брачный договор, на котором настоял мой отец, мне, поверь, не была бы нужна ни одна женщина в мире, кроме тебя. Но это политика, Элли. Грязная игра стариков.

Элли слушала, чувствуя, как пульс ускоряется. Слова Ангуса ложились на душу, словно целебный бальзам на старую рану.

— Но теперь, когда эта негодяйка Мойра замужем за своим северным зверем… — он победно улыбнулся, — я наконец свободен от обязательств.

«Конечно она, — вспыхнула в голове Элли ядовитая мысль. — Опять эта корова-сестричка, я так и знала, что это она стояла между мной и счастьем». Но глядя в синие, полные фальшивого обожания глаза Ангуса, она хотела верить: сейчас он принадлежит только ей.

— И что теперь? — прошептала она. — Теперь, когда ты волен выбирать?

Ангус притянул её к себе, коснувшись руки, и его шёпот стал опасным, как змеиный яд. Он говорил о мести, о том, как легко превратить напускной покой дома Амлайба в пепелище. Одна искра, один верный слух — и мир обернётся пожаром. Элли слушала, завороженная этим медовым голосом, пока они незаметно отступали в глубокую тень за углом конюшенного сарая.

Там, в серой мгле, скрытой от любопытных глаз, они слились в своей болезненной страсти, не замечая ничего вокруг. Но даже в эту минуту в их сердцах жило одно и то же чувство. Жгучая, холодная жажда мести дому Амлайба.

И в этот самый миг за штабелем старых досок шевельнулась иная тень. Некто, почти сливавшийся с потемневшим деревом, замер, превратившись в слух. Свидетель не шевелился, ловя каждое слово их преступного сговора, и лишь тусклый отблеск металла на его одежде на мгновение выдал его присутствие.

— Мне есть о чём рассказать ярлу, — тихо прошептал голос…

Глава 21. Подарок для моей жены

Сэр