Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 1 - Селина Катрин

Кровь хлынула полноводной рекой. Тёплая, красная, яркая, как победа.

А я смотрела, как он захлёбывается собственной ненавистью, как из водянисто-голубых глаз уходит жизнь. Он умирал секунд тридцать-сорок, я хорошо перерезала его горло.

Голова Зерракса дёрнулась рефлекторно, будто мужчина всё ещё пытался сопротивляться неизбежному, — и повисла. Я отшагнула ещё дальше, чтобы не запачкаться. Тело завалилось вперёд, как мешок с гниющей плотью. Раздался тяжёлый хлюп. Кровь разлилась огромной буро-красной лужей. И только в этот момент, будто кто-то включил звук, я очнулась.

Я брезгливо попятилась и оглянулась. Миттарка стояла поодаль от терминала и смотрела на меня огромными выпученными глазами.

— Не бойтесь меня! Я всё объясню!

— Не надо, милая, — внезапно покачала головой синекожая толстушка. — Ты спасла зрение моему сыночку. Если так было надо, значит — надо. Теперь только волнуюсь, как уйти отсюда, чтобы его головорезы тебя не вычислили… Думала через декоративный балкончик выпустить, да там… — она мотнула подбородком в сторону царящего ада за прозрачной стеной, — небезопасно.

Мир стремительно вращался, а я не успевала за происходящим.

— Какому сыну? — оторопело спросила.

— Так Риттеру. Оболтус мой, полез в сопла звездолёта посмотреть, когда уже завёл двигатели… Шесть лет назад было. Он слепым должен был стать, но ваши золотые руки что-то нахимичили, и теперь он видит… Даже цвета отличает. Неужели не помните? Я же вас сразу узнала, как можно не узнать знаменитую госпожу Фокс, — взмахнула перепончатыми руками организатор. — Надо уходить отсюда. Раз на балкон нельзя, то вон там есть запасной выход.

И она указала на угол зала бракосочетания. Только сейчас я заметила узкую, искусно замаскированную под панель с кремовыми цветами дверь.

— Скорее-скорее, — подтолкнула в спину миттарка.

«Лея!» — вспыхнуло в голове.

Я сунула скальпель обратно за пояс, даже не глядя на алые пятна, что теперь расползались по ткани моего самодельного платья, и пробормотала:

— Спасибо.

Рванула к выходу, но не добежала пару шагов, когда дверь вдруг распахнулась — и я буквально влетела в объятия цварга. В первую секунду внутри всё встрепенулось от радости, что это Кассиан, но увы, это был не он. Незнакомец с чёрными рогами поймал меня под локти и чуть отстранился, заглядывая в глаза:

— Леди Фокс? Я Рамирос, послан Кассианом Монфлёром. Мы вас искали.

Почему-то моё имя в устах цварга прозвучало полувопросительно, словно он не был уверен, что я — это я. В поле его зрения явно попала окровавленная туша Зерракса, лицо мужчины изумлённо вытянулось. Я же запоздало утвердительно кивнула — да, я та самая Фокс — и обратила внимание, как вслед за Рамиросом зал наполняет всё больше и больше фиолетовых мужчин.

Откуда их столько? Впрочем, неважно.

— Пустите, там моя дочь! Мне надо её найти. — Я попыталась выпутаться. Дёрнула локоть на себя. Рамирос, оказывается, не удерживал, а потому движение получилось чуть резче, чем я рассчитывала.

Меня развернуло, и в этот миг за прозрачной стеной на секунду — всего на секунду! — я зацепила взглядом их.

Дочь рюкзачком обнимала Кассиана со спины за шею, а он, придерживая её под колени, лавировал между поваленными баннерами, мусором и пылающими обломками, как будто всё это было не препятствием, а частью его движения. Гибкий хвост с шипом он использовал как пятую конечность, чтобы защищаться, отражать удары и отбрасывать тех, кто пытался помешать. Его длинные чёрные волосы были растрёпаны, лицо в крови, рука в изодранной ткани.

Жива! Лея жива!

И в тот самый миг, когда сердце дрогнуло от облегчения, одновременно взорвались сразу два флаера. Оранжевое пламя поглотило их обоих. Это был ад.

Иллюстрация РОТР

Здание Реестра Отношений Тур-Рина

Иллюстрации

Тур-Рин, перед зданием РОТРИ немного коллажей по книге:Фокс и ХавьерГерои книги:Больше иллюстраций по текущей подписке, общения и просто авторские мысли вслух в моём телеграм канале. 

Глава 26. Дочь

Эстери Фокс

— Зачем ты вообще ввязался в это?! Я же запретила тебе!

— Потому что иначе бы всё закончилось ещё хуже! Ты, очевидно, не справлялась с ситуацией.

— Я справлялась!

— И потому вышла замуж за этого ублюдка?!

— Это не имеет значения. У меня всё было под контролем!

— Да в чёрной дыре я видел твой контро… Ау-у-уч!!! — Кассиан зашипел от боли.

Он дёрнулся, скривился. Под бинтом вновь выступила кровь, окрашивая плотную ткань багрово-коричневым. Кожа под повязкой уже начала прилипать к медтексу[22] — обугленная, потрескавшаяся, будто его выжгли изнутри. Правая рука, хвост, спина и половина торса спереди — от шеи до талии — были покрыты ожогами третьей степени. Волдыри лопались как перезревшие плоды, мышцы под ними пульсировали от перенапряжения.

— Прости, — выдохнула я и инстинктивно ослабила нажим.

Кассиан только зарычал и резко выдернул руку, как будто и не был на грани болевого шока. Переборол себя, выдав стон, выпрямился. Бледный, взмокший от пота, с запекшейся кровью на виске, он всё равно продолжал вести себя так, будто он — командир, а не пациент.

— Это всё не нужно, — прохрипел цварг, разматывая бинт. — Мои раны быстрее заживают на свежем воздухе. Я чистокровный цварг, если ты не забыла.

Я хотела возразить. Закричать, что он сходит с ума. Что его тело ещё не восстановилось, что у него температура, дыхание сбито, а зрачки сужены от боли. Но не смогла.

Потому что он смотрел на меня с таким злым, сдержанным огнём в глазах, с такой яростью, в которой горело всё: и боль, и страх, и предательство.

Кассиан встал. Оголённая лиловая кожа на боку и рёбрах казалась обугленной корой древнего дерева и приобрела почти густой фиолетовый оттенок. Она лопалась при каждом движении, кровоточила, но мужчина упрямо молчал.

— Ты могла умереть, Эстери, — глухо сказал Монфлёр. — А Лея — сгореть в этом треклятом флаере. Если бы я не вмешался — вас, возможно, уже не было бы в живых. Всех. Ты. Не. Имела. Права. Делать это одна!

— Это ты не имел права вмешиваться! — не выдержала и закричала на него в ответ.

— Да как тебе вообще пришло в голову выходить замуж за Зерракса?! А если бы он подписал документы на опекунство над Леей?!

Мы уже который час собачились с Кассианом