Мой клыкастый лорд - Ольга Викторовна Романовская

Кислая физиономия советника стала слабым утешением. Ему бы поблагодарить меня, а не рожи корчить. Но какой благодарности ожидать от парочки убийц, с тем же успехом можно выпрашивать дождя посредине Сахары.

Реакцию Доротеи на мой финт ушами угадать было несложно, поэтому упросила короля временно оставить все в тайне. Мол, девичья честь, позор, да и труп Элефа еще не остыл. Собственно, на последний я собиралась взглянуть. Как обвиняемая, имею право. Не сходилась в голове картинка. Сейчас, когда боль потрясения немного притупилась, а седативные больше не застилали разум туманом, обнаружилось множество нестыковок. На часть я обратила внимание короля.

Положим, тяжело раненного Элефа отнес в спальню Азней, но почему не сказал мне, почему исчез? Уж не труп ли младшего брата выдали за тиуна? Для непосвященных они похожи: все вампиры бледные, темноволосые. Никому из свиты Элефа тело не показывали, что лишь усилило мои подозрения. И почему подданным Сумеречного княжества отказали в открытом расследовании, почему предпочли довести до бунта, убийств? На языке новостей это называлось эскалацией конфликта.

Ну и вопрос менее важный, но занятный: куда так нарядилась королева? Что там за завтрак такой, на который требуется одеться как для встречи послов? Последних в Христинии не наблюдалось. Кроме вампиров, которых благополучно выгнали из дворца и заключили обратно в дом-клетку. Или Доротея разоделась, чтобы помахать им на прощание? Вряд ли. Находись мы в нашем времени, грешила бы на какое-то официальное заявление. Только в этом мире телекамер нет, интернет тоже отсутствовал.

Задумчиво остановилась посреди королевской приемной. Кто там сегодня дежурная фрейлина? С утра голова была ватная, но я ее вспомнила: леди Корвели. Она мне и поможет, расскажет, чем занималась ее величество во время моего отсутствия. А дальше одну за другой потянем за ниточки, распутаем клубок.

Меня охватила жажда деятельности. Подспудно понимала, что таким образом пытаюсь заполнить пустоту внутри, но лучше носиться электровеником, чем рыдать в подушку. Особенно, если монархи двух стран решают, отрубить ли тебе голову.

Подхватив юбки, бегом добралась до фрейлинской комнаты и с облегчением выдохнула, обнаружив там леди Корвели. Выходит, королева здесь, в своих покоях, никуда не выходила. Странно. Положим, завтрак я пропустила, но дальше-то? Поела вместе с супругом и вернулась к себе, косплеить дам с портретов Веласкеса?

— Вам уже лучше?

Леди Корвели оторвалась от вышивания и с сочувствием посмотрела на меня.

— Ужасное потрясение! Но, определенно, вы уже не так бледны, как с утра. Мэтр Хран творит чудеса!

— Да, благодарю вас.

Опустилась на край дивана рядом с клеткой с певчими птицами. Наверняка ее поставили во фрейлинской не случайно — чтобы чириканье мешало дежурным придворным дамам спать.

— С утра я была немного не в себе, передайте мои извинения леди Торн.

На самом деле ни малейшего раскаянья я не испытывала, просто хотела заручиться поддержкой леди Корвели, создать благоприятное впечатление. Ну и не сразу же в лоб спрашивать: «Куда ходила королева?»

— Уверена, она уже вас простила, — мягко улыбнулась собеседница.

Как же, прокляла в ответ.

Между нами ненадолго повисло молчание, прерываемое лишь шорохом ниток.

— Как прошла беседа с его величеством? — насторожено, избегая смотреть мне в глаза, поинтересовалась леди Корвели. — С утра он был мрачен, я опасалась за вашу судьбу, ваше высочество.

Пустая формальность, не стоит принимать ее слова за чистую монету, но все равно приятно.

— Не стану скрывать, я натерпелась страху. Меня ведь обвиняют в убийстве… Однако его величество мудро рассудил, что слухи беспочвенны.

Обтекаемый ответ устроил собеседницу. Не преступница и ладно.

Пора и мне задать свои вопросы.

— Ее величество у себя?

Покосилась на дверь, ведущую в проходную комнату, из которой можно было попасть в кабинет и будуар Доротеи.

Что я еще упустила из виду? Тяжело снова учиться мыслить после почти двух суток прокрастинации!

— Да, у себя в кабинете.

В обращенном на меня взгляде читалось: «А вам зачем?» Пришлось импровизировать:

— Хотела посоветоваться с ней насчет выбранных для сирот помещений: достаточно ли трех или надлежит выделить четыре? Мне показалось, ее величество собиралась к кому-то с визитом…

— Нет, она никуда не уезжала, позавтракала с его величеством и сразу вернулась к себе. Она не в настроении, — по секрету сообщила леди Корвели и прислушалась. — К ее величеству заходил герцог Грельский, пробыл буквально пару минут, после чего королева переменилась в лице и заперлась в кабинете. Часа два назад.

Интересно девки пляшут! Что такое сообщил королеве советник, да еще до того, как я объявила его своим любовником.

Колокольчик на стене дернулся: королева звала дежурную фрейлину. Только не в кабинет — в спальню. Каждый колокольчик подписан, не приходится гадать, куда тебе бежать.

— Простите, ваше высочество.

Леди Корвели отложила вышивку и скрылась за дверью. И я лучше пойду, нечего зря королеве глаза мозолить.

В приемной столкнулась с мэтром Храном и моим новоявленным женихом. Последний испепелил меня взглядом, но в присутствии лекаря откровенничать побоялся.

Думала, мэтр Хран поинтересуется моим самочувствием, но мысли лекаря витали где-то далеко. Он смотрел мимо меня и повторял одно слово: «Недостаточно!»

— Ее величество ждет вас, проходите!

А вот и встревоженная леди Корвели. Королева, бедняжка, заболела, от переживаний, вызвала лекаря. Ничего, сейчас герцог ее добьет. Но начать он решил с меня. Дождался, пока дежурная фрейлина и лекарь скроются за дверьми кабинета, ухватил за локоть и втолкнул в библиотеку. После чего запер дверь.

Не на шутку испугалась, когда герцог бросил в пустоту:

— Давай, делай свое дело, избавь меня от не в меру прыткой девицы!

Вообразила: сейчас из-за стеллажа выйдет Охотник. Съежилась, лихорадочно припоминая приемы самообороны — будто я Мери Сью! Но из глубины помещения вышел безоружный гвардеец. Он выглядел несколько смущенным и избегал смотреть мне в глаза.

— Ну, ступай к нему!

Советник толкнул меня в спину, и я угодила прямиком в объятия гвардейца.

— И хорошенько раздвигай ноги! А я прослежу, чтобы все увидели, с кем ты прелюбодействуешь.

Вот оно что — он подкупил гвардейца, чтобы тот меня изнасиловал. В самый пикантный момент распахнется дверь, и прости-прощай навязанный брак с Абигаль. Мол, сами видите, ваше величество, с кем она кувыркается, можете с чистой совестью рубить ей голову. План блестящий, только вот советник рассчитывал на характер Абигаль.