Мой клыкастый лорд - Ольга Викторовна Романовская

мрачнее тучи, милейшая Абигаль! — Речь королевы лилась подогретой патокой. — Порой мне кажется, что убийство вампирского посла огорчило вас, а не обрадовало. Вы наконец-то избавились от бремени — и вдруг тревога, истерики…

— Вряд ли человек, которого обвиняют в убийстве, может быть весел, — парировала я.

Мы устроились в кабинете инспектора — местного аналога главврача и сотрудника минздрава в одном флаконе. Доротея, как обычно, выгуливала наряды и мнимые добродетели, мы с Лизелотой шептались. Наше сближение крайне не нравилось королеве, поэтому-то она ко мне прицепилась. Или банально голодна? Не спроста же вчера у нее отрасли клыки, а настроение скакало покруче синусоиды.

— Насколько мне известно, все уже разрешилось. И самым благоприятным для вас образом. — От улыбки королевы хотелось застрелиться. — Его величество, мой супруг, намекнул, свадьба состоится в самом скором времени.

Ага, с советником, о чем Доротея сама же велела ему помалкивать.

Притворилась несведущей:

— С кем же, ваше величество?

Ответ удивил. Хороший такой вышел хук справа.

— С герцогом Унгерским, разумеется, как изначально желал ваш отец. Не беспокойтесь, — наслаждаясь произведенным эффектом, «утешила» королева, — я лично уладила былые разногласия, убедила герцога, что вы по-прежнему чисты и невинны. Полагаю, на сборы уйдет не больше недели, так что свадебные колокола прозвенят в первых числах марта.

— Но как же я попаду в Унгрию, ваше величество? Мы в состоянии войны с вампирами…

— А, пустяки! — Доротея отправила в рот пирожное. — Никакой войны не будет. Вдобавок вы встретитесь с женихом и сочетаетесь с ним законным браком на полпути. Медовый месяц проведете при дворе Эгландии, заодно ваша матушка сумеет повидаться с родней. Полагаю, — гаденько улыбнулась она, — в Унгрию вы въедете уже сильно располневшей в талии. Мой вам совет: подыщите толковую повитуху ещё в Эгландии. Сколько славных женщин отправили на тот свет неумелые старухи!

Тему охотно подхватил инспектор, заверил, во вверенном ему заведении трудятся сплошь грамотные повитухи, чего не скажешь об унгерских.

— Я бы не доверил тамошним лекарям свою жизнь. Сплошь неучи, врачуют бабкиными заговорами. То ли дело у нас, во Вратии! Стараниями ее величества, — Доротея кивнула, — открыта первая повивальная школа. Я советовал бы ее высочеству доверить свою жизнь и жизнь будущего наследника кому-то из местных. Если угодно, я лично отберу кандидаток, а окончательный выбор останется за ее высочеством.

Да не понадобится мне повитуха: королева достаточно ясно указала, каким образом от меня избавится. Почти естественным путем и с фантазией. Видно, что-то поменялось, эшафот действительно для чужой головы. Дворянской, потому как простой люд вешают. А меня — под уродливого старика и с глаз долой. Вспомнилась присказка: «Такая корова нужна самому». Это я про советника.

Только вот когда Доротея все успела, как провернула переговоры? Уж не через Марию же Жозефу, которая якобы ее ненавидит? Принцесса во дворце не живет, специально приехала — зашла не к брату, а к нелюбимой невестке. Пробыла долго — когда я примерно через час отважилась выбраться из-за портьеры, она еще не вышла.

— Не вздыхайте так, Лизелота, — Доротея уделила внимание другой старшей фрейлине, —мы вас тоже выдадим замуж. Попросите ее высочество подыскать в Унгрии какого-нибудь достойного графа или барона.

Кончики ушей леди Анхель зарделись, глаза подернулись мечтательной дымкой. Ну да, по меркам Средневековья она старая дева, практически моя ровесница. Не Абигаль — Лены. И бесприданница, еще и без титула, попала во дворец стараниями опекуна. Тот постарался пристроить ученую девицу, чтобы не кормить лишний рот. Не самая плохая судьба, идеальная по здешним меркам. Та же баронесса Пийская оказалась приживалкой в чужом доме. А тут и жалование, и кров, и призрачная надежда вскружить голову одному из принцев.

— Ну а пока вы еще здесь, с нами, Абигаль, прикажите закладывать сани. Я спущусь через четверть часа.

Сделав привычный реверанс, оставила честную компанию.

Происходящее впору было описать цитатой из фильма: «Такие повороты не для моей лошади!» Только я составлю картинку, как королева снова перетасует кусочки паззла. Одно оставалось неизменным — через два дня (всего через два дня!), мэтр Хран сделает свое черное дело. А я тут любезничаю и ни на йоту не продвинулась в спасении Элефа!

Спустившись по внутренней лестнице, застучала каблуками по пустому коридору. Справа — окна, слева — палаты с больными. Их клали по тридцать-сорок человек, благо площади позволяли. В итоге на весь госпиталь выходило всего четыре палаты: две мужские и две женские.

В воздухе стоял кислый запах уксуса и кипяченой корпии — многоразового аналога бинтов. К приезду королеву все намыли, а больных переодели. Подозреваю, тяжелых и излишне пахучих унесли куда-нибудь с глаз долой. И везде белые штукатуренные стены. Если смотреть на них каждый день, с ума сойдешь. Хотя я и за час прекрасно справилась, раз мне кажется, будто кто-то меня зовет по имени. Остановилась, прислушалась — так и есть, зовет. Штучки мэтра Храна? Может, у него и артефакты для воздействия на психику на расстоянии имеются.

— Да отворите же окно! — рыкнула галлюцинация.

— Зачем? — на автомате спросила я и пошарила глазами по стеклам.

— Чтобы род Тимерусов не прервался, — обиженно ответили мне.

Галлюцинация оказалась Азнеем, зависшим в позе Человека-Паука на карнизе, еще и головой вниз. Сжалилась и впустила бедолагу внутрь. Мысли не поспевали за действиями. А потом плотину прорвало, на меня обрушился поток эмоций.

— Где вы были? Что с Элефом? Он еще жив? Как вы тут очутились?

Прижав опешившего от подобной наглости вампира к стенке, по возможности заслонила его от случайных прохожих. Про поручение королевы, разумеется, забыла: не до того.

— Вас искал, — Азней соизволил ответить на один вопрос.

— И еду? — беззлобно попеняла я.

— И ее тоже, — виновато потупился собеседник. — Впервые брал без спроса. Ну да не я первый, вы ведь в курсе.

Кивнула и прислушалась: не идет ли Доротея со свитой.

— Есть тут какая-нибудь кладовка?

Нам требовалось поговорить наедине, в коридоре это решительно невозможно, а Азней изучил все ходы и выходы. Рисковый: днем не прячется! Но вскоре я поняла, что выбора у Азнея особо-то нет.

— За мной охотятся, — когда мы благополучно устроились в темном закутке под лестницей, мрачно сообщил вампир. — Трижды устраивали засаду. В итоге попался слуга. Его убили и выдали за брата.

— Так, значит, Элеф?..

В груди