Полный Шатдаун - Рут Стиллинг

Господи, я так счастлива.

— Совершенно верно — для личного использования. Как и всегда. Это место будет переписано на твоё имя, и я купила его, чтобы ты могла заниматься тем, что у тебя получается лучше всего, — работать с харлеями.

Я громко ахаю. Господи, он не просто купил этот гараж, он купил мне бизнес.

— Я...даже не знаю, что сказать, — я обвожу руками пространство. — Это мечта. Ты — мечта.

— И последнее, — говорит он, неся меня к двери, которую собирался открыть раньше.

Моё сердце бьется быстрее из — за сильного волнения.

— О, Боже, что ещё?

Сойер держит меня одной рукой, протягивая другую руку и нажимая на ручку двери. Когда открывается дверь большого шкафа, загорается верхний свет.

Комната белоснежная, с таким же полом, как в главном гараже. Но на самом деле это не то, на что я смотрю. Потому что я не могу смотреть ни на что другое. Там, в центре комнаты, стоит совершенно новый, полностью черный Harley — Davidson CVO Road Glide ST. Он прекрасен, сногсшибателен, само совершенство.

Я поворачиваюсь к Сойеру, разинув рот.

Он усмехается и целует меня в подбородок, прежде чем опустить на ноги.

— Он весь твой, мотоцикл твоей мечты, и, если я правильно помню, моего сына тоже.

Моё сердце становится больше, заполняя пространство в груди.

— Ты прав; это мотоцикл нашей мечты.

Сойер понимающе улыбается.

— Алисса сказала, что Эзра мог говорить только об этой модели на хоккейном матче. К тому же, вы оба говорили о CVO, когда мы пришли к тебе в гараж на Рождество.

Я провожу рукой по девственно черному сиденью, потрясенная этим мужчиной и его сердцем.

— Думаю, я хочу дать ему имя.

Он проводит рукой по подбородку. Я могу сказать, что он вспоминает наш разговор на улице у 'Rise Up' в тот раз — тот, когда я сказал ему, что не даю имена своим мотоциклам.

— Да? И какое же?

Пару раз кивнув, я продолжаю разглядывать красоту.

— Есть только одно имя, которое я бы дала, такое, которое придаст твоему сыну частичку его мамы, когда ветер будет трепать его волосы. Что — нибудь постоянное. Софи.

Я слышу, как у него перехватывает дыхание, и вижу слёзы, наполняющие его глаза.

— Тут есть какие — нибудь кожаные костюмы и шлемы? — спрашиваю я.

— Да, — его голос срывается. — Я заказал все размеры, какие только смог.

Я подхожу к нему и обнимаю за талию.

— Тогда давай прокатимся, Сойер. Только ты и я.

ГЛАВА 42

СОЙЕР

Что сексуальнее — Коллинз в кожаных штанах, сидящая верхом на харлее, пока мы направляемся к Брайтон — Бич, или Коллинз в облегающем костюме из искусственной кожи, сидящая верхом на мне? Трудно сказать, хотя и то, и другое чертовски возбуждает меня.

Эта женщина не просто самая горячая женщина, которую я когда — либо встречал; ещё у неё золотое сердце.

Она ездит по дороге так, словно она её собственность, точно так же, как и я.

Я крепче сжимаю её талию, когда она выезжает на следующую полосу и увеличивает скорость. Она невероятна, её волосы развеваются по плечам, аромат амбры каким — то образом доносится до меня, несмотря на шлем.

— Как у тебя там дела, старина? — она хихикает через наушники, которые я вмонтировал в каждый шлем, купленный для её гаража.

Когда она уволилась из “Smooth Running”, я поначалу разозлился за неё — она вложила столько труда в это место и не заслужила такого обращения к себе. Затем, после нескольких часов переваривания новостей, я пришел к выводу, что ситуация, в конце концов, не так уж и плоха. Я мог бы помогать ей столько, сколько потребуется, и, возможно, последней каплей стал перерыв, в котором она нуждалась. У неё есть потенциальная клиентская база, благодаря её активности в социальных сетях.

Проблема в том, что создание бизнеса по ремонту и обслуживанию харлеев обходится недешево, и я знал, что даже если бы она раньше рассматривала возможность открытия собственного гаража, прошло бы немало времени, прежде чем она смогла бы это осуществить.

Всё, что потребовалось, — это телефонный звонок, чтобы начать работу по обеспечению безопасности помещения, которое было наполовину закончено. Предыдущая сделка сорвалась в последнюю секунду, и владелец был готов быстро продать это место кому — то, кто мог бы заплатить полную запрашиваемую цену авансом.

Воплотить мечты моей девочки в реальность несложно. И покупка Харлея, о котором она всегда мечтала, сделала меня чертовски счастливым, особенно зная, что она увидит и то, и другое в свой день рождения.

— В чём дело? Кот прикусил тебе язык?

— Просто перевариваю всё это, малышка.

Когда мы подъезжаем к променаду10, она съезжает на тротуар и ставит подножку, поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня. Её щеки порозовели, лицо светится счастьем, когда она снимает шлем.

— Я думаю, это место могло бы стать моей любимой частью Бруклина.

— Тебе нравится океан? — спрашиваю я, тоже снимая шлем.

Легкий ветерок, поднимающийся с волн, обрамляет волосы вокруг её лица, розовые пряди падают на полные губы, и я протягиваю руку и убираю их.

Коллинз придвигается ближе, поворачивая своё тело на сто восемьдесят градусов, так что она сидит верхом на велосипеде лицом ко мне. Движение здесь относительно небольшое для буднего дня — не то чтобы я заметил кого — то, кроме девушки, сидящей передо мной.

— Я люблю воду. Я всегда была чувственной девушкой, и есть что — то успокаивающее в плеске волн. Думаю, что когда — нибудь хотела бы жить на берегу моря.

Я соскальзываю с сиденья и поднимаю её колени так, чтобы её ноги обхватили мои.

— Скажи мне кое — что, Коллинз.

— Всё, что угодно.

Моя рука в перчатке обхватывает ее затылок, приближая ее личико в форме сердечка к моему.

— Как думаешь, настанет ли когда — нибудь день, когда ты не удивишь меня или я не узнаю о тебе что — то новое?

Она поджимает губы, обдумывая свой ответ.

— Думаю, есть неплохой шанс, что я буду держать тебя в напряжении.

Взяв её шлем, я ставлю его и свой на землю рядом с нами.

— Иди сюда, малышка, — первый поцелуй, который я дарю ей, нежный и страстный — обещание вечности. — Ты всегда заставляешь меня гадать, и это одна из главных вещей, которые я люблю в тебе.

Когда я отрываюсь от её губ, она облизывает их, наслаждаясь вкусом нас